решилась на свой ритуал? Однако с Лиззи об этом сейчас лучше не стоит. Девочку следовало отвлечь.

— Хочешь кренделек? — спросила я, вытаскивая лакомство в белой глазури из пакета у себя за пазухой. Специально не стала есть, сберегла для нее.

Лиззи взяла и даже начала жевать, но по ее глазам я видела, что она все еще пребывала в избушке.

— А мой папа такой касивый, — вдруг заявила она. — Ты очень павийно его выбаа.

Что сделает милорд, когда познакомится с дочерью? Признает или нет… Будет ли ласков с внебрачным ребенком? Сразу отправит в пансион учиться речи, манерам и прочим премудростям или сначала позволит ей подрасти?

Ее сердечко продолжало неистово колотиться. Твари все-таки вытянули из нее немного силы, и из-за этого огненный контур — преобладающая магия Элизабет — оголился. Стал еще резче и опаснее.

Мне ничего не оставалось, как убаюкать свою малышку. Воздействовать взглядом я не хотела. Еще начнет бояться родную мать. Поэтому прижала к себе и укачивала, как младенца, обволакивая теплом и убеждая ее дикие расшалившиеся потоки, что всем нам пора отдохнуть.

Через пять минут Лиззи посапывала на белых подушках и хрустящих простынях. Даже в этой скромной по меркам усадьбы комнате она выглядела неуместно. Холщовая рубаха ниже колен — и все равно уже маловата. И, конечно, девочка у меня бегала босой.

Дома на антресолях я нашла новые туфельки на три размера больше. Другой обуви у нее не было. Соседка пообещала принести башмаки от малявки постарше, чье семейство жило на другом конце улицы. Но я подозревала, что Лиззи, с ее-то прытью, не любила обувь на деревянной подошве и что все усилия бесполезны.

А вот нежданно-негаданный папа точно обратил внимание на ее внешний вид… С каким презрением он рассматривал мое платье. Пальцы на руках с коротко стриженными ногтями.

Я обтерла ее маленькие ножки полотенцем. Поцеловала в висок. Волосики уже растрепались. На ночь я всегда переплетала дочку ко сну. Мы с ней быстро восстановили большую часть ежедневных ритуалов. Ведь Лиззи помнила все, что мы обычно делали вместе. Жаль, что все куклы сейчас в избушке и мне не положить рядом с ней Аглаю с красным бантом или Веронику с фиолетовым.

Что характерно, ни я и ни дочь не сомневались, что красавчик Дэвид одолеет всех тварей. Но мне все равно было любопытно. Более того, я догадывалась, что могла бы подсмотреть за схваткой, потому что она происходила на моей земле.

Ведь в болото я открывала портал с закрытыми глазами. А чтобы заглянуть на свою территорию, подошла бы любая более-менее подходящая поверхность. Зеркало на комоде годилось, только оно маловато. Ага, но в моем распоряжении целый чан с водой…

Наклонилась над ним, слегка плюнула. Все равно граф далеко и не скривится над привычками простолюдинки. По поверхности пошла рябь… Вот и полянка перед лесным домиком. То, что мне и требовалось.

Его Сиятельство больше не был похож на себя. От него остался лишь темный высоченный силуэт с длинными, слегка изогнутыми у основания рогами. Он стоял, широко разведя ноги, а в его сложенных одна на другую ладонях полыхал пожар.

Но тварей уничтожал вовсе не огонь, хотя я уже выяснила, что этой стихии они боялись. По всей полянке шныряли тени, повторяющие фигуру милорда.

Эти черные отражения расправлялись с уродцами быстро. Тем не помогали ни клыки, ни копыта. Хотя вряд ли даже с такой экипировкой они были сильны физически. Подозреваю, что уповали на яд, на скорость и, может, какие-то еще компоненты магической самозащиты. Но то, что творил Деус… Его тени пожирали «грибы» без всяких усилий. Более того, с видимым удовольствием. Как будто он заглянул к нашей лачужке ровно за тем, чтобы перекусить.

Копии демона двигались так, что я не всегда улавливала движение. На мгновение одна из них зависала над тварью, разевала рот и втягивала ту в себя с едва слышным присвистом. А с тихим хрустом, с каким давят таракана, тень отделяла проглоченное от остального тулова.

Я заметила, что перекусывались все твари относительно ровно — в районе талии.

И все это даже не вызывало гадливости, потому что не было видно ни крови, ни грязи. Словно, ну, очень большое семейство дятлов пожирало насекомых-паразитов.

Некоторые из этих существ не просто бестолково метались в очерченном демоном кругу, но и пробовали переместиться в другое место. Перед тем, как исчезнуть, они замирали и меняли цвет — от серого с плесенью до темно-синего. Однако уйти мало кому удалось. Большинство из них, как и прочие собратья, тут же лишились верхней половины тела.

Исход битвы, очевидно, был предрешен. Да и смотрела я ее скорее всего с задержкой: мой запрос сводился к тому, чтобы увидеть самое важное из того, что произошло…

Куда интереснее разглядеть демона целиком. На кого он похож в вовсе не человеческом виде… У него лицо или морда?

Водная гладь плохо годилась для детальной настройки. Но у меня все же получилось приблизить фокус. Так, это сзади. Вот уже плечи крупным планом. И не поймешь, туман это или плоть. При этом мышцы бугрились, как на нормальном теле… Крепкая шея, затылок… Нет, не туман. Возможно, жидкий металл, принявший форму… Впрочем, это совсем бред. А если я коснусь…

Изображение демона раздвоилось. Сверху появилось еще одно, человеческое, и покрупнее. Волосы рассыпались по плечам. Плечи такие широкие, что и без того расстегнутая рубаха, кажется, треснет. Какой же он притягательный, прямо как острая бритва. Конечно, глупышка Рит сразу потеряла голову… А я чуть не ткнулась носом в воду, если бы не мужские руки.

— Я вижу, вам нравится подглядывать, правда, Марта? — поинтересовался Дэвид с ласковой издевкой.

С какой стати он на меня снова злится? Однако разъяснения не заставили себя ждать.

— Что за идиотская самодеятельность? Нет, тупая самонадеянность… Спрятала ребенка в какой-то берлоге и спокойно расхаживала весь день здесь. А если бы пустые успели насосаться энергии по дороге сюда? Они бы усилились и не зависели от времени суток.

Его обвинения укладывались на благодатную почву. И он не врал. Всякий раз, когда принимался меня отчитывать, демон не кривил душой.

— Откуда же я могла знать? Я же не помню ничего. Не исключено, что подобного опыта у нас с Лиз и нет. Я полагалась на интуицию, на обереги, на свою силу. Я бы защитила дочь.

Последнее прозвучало не очень уверенно. Положим, мы с малышкой успели бы переместиться в деревню. А дальше что?

— Ты? На силу?

Его