Шрифт:
Интервал:
Закладка:
Аня взялась за ювелирку – за висевший на шее кулон. Осмотрела остальные магические украшения, особо отметив помолвочное кольцо-оберег, при взгляде на которое в груди потеплело. Вооружена и опасна!
Чуть не рассмеявшись, Аня решительно зашагала к входной двери из гостиной.
- Агни, а мы? – растерянно спросила в спину Кристал.
- Пока я не знаю, кто там, спрячьтесь и не высовывайтесь, - велела она. – А потом – по ситуации.
А когда вышла на крыльцо, сложила пальцы правой руки так, чтобы указательный стал дулом пистолета, и надменно хмыкнула. Берегись, дайна Эннис!
И всё-таки рассмеялась, дивясь собственной глупой и детской игре. Что она сумеет противопоставить опытной дайне Эннис – она, совершенно не разбирающаяся в магии и её законах? «Тоже мне – вооружена…»
Она стремительно прошла дорогу от крыльца до ворот и удивлённо подняла брови. Нет, не ландо дайны Эннис. Ой, кажется – ура? Покупательница?
На ходу Аня свернула к кустам и забрала ключ от замка.
- Добрый день, - поприветствовала она женщину в лёгком, но очень дорогом (судя по обилию кружев) платье. Ко всему прочему, та пряталась от солнца под кружевным же зонтиком, а насколько Аня помнила любовные романы, дамы высшего света старались прятать от солнца свою нежную кожу. Признак аристократизма – белая кожа!
- Добрый день, - нежно откликнулась дама и шагнула к воротам, обнаружив таким образом за своей спиной женщину, лет пятидесяти, небольшого росточка и полненькую. – Нам сказали, что в вашем доме шьют кукол. Мы приехали, чтобы посмотреть и выбрать для наших детей таких, каких видели у нашей дальней родственницы.
- Здрасьте, - тихонько сказала полненькая женщина. В отличие от своей дайны, она была одета очень пёстренько и выглядела добродушно.
- Проходите, - пригласила Аня, кивнув одновременно и кучеру, сидевшему на облучке настоящей крытой кареты. Пока тот проезжал мимо ворот, она сообразила, что пока закрывать их не стоит. Если даже дайна Эннис появится, она не посмеет вести враждебные действия при чужих.
А потому Аня быстро догнала своих гостий и повела их к дому, расспрашивая, сколько дочерей у покупательницы и какого они возраста – любимая тема многих мамочек. Не прогадала: неизвестная, не представившаяся дайна мгновенно защебетала о своих двух девочках, а потому Аня могла прекратить любые расспросы до дома.
С любопытством поглядывающая по сторонам полненькая женщина семенила следом за своей госпожой, и Аня забавлялась догадками, кто она. Но так и не угадала. Или не успела угадать. Как посмотреть…
- Нянюшка!!
С пронзительным воплем вылетела из коридора в столовую Лисса. Резко остановилась, глядя на ошеломлённую полненькую женщину, которая просто-напросто таращилась на малышку, потеряв дар речи.
- Нянюшка!!
С новым воплем Лисса кинулась через всю гостиную к нянюшке, чтобы через несколько стремительных шажков повиснуть на её шее.
- Лисса! – запричитала та, мгновенно облившись слезами и обняв прижавшуюся к ней малышку. – Деточка моя горемычная! Лисса! Мы уж думали – потеряли тебя навеки!
Изумлённая Агни взглянула на женщину-покупательницу. Та стояла, сжав руки на груди… Нет, Аня подозревала, что однажды среди покупательниц кукол Тильда может оказаться человек, который узнает Лиссу, едва только завидев её. Но почему Лисса бросилась к нянюшке, а не к матери? Или… Или эта женщина, которая стоит чуть ли не в прострации, сжав руки на груди и беззвучно плача, не мать Лиссе? Но… кто она в таком случае?
Успокоились все не сразу. Успела проснуться и попробовать спуститься Онора – Аня видела, как девушка немедленно сбежала опять на второй этаж при виде взволнованных незнакомых дам. Успела втихаря подобраться к Ане Кристал, у которой глаза тоже оказались на мокром месте.
Наконец Аня поймала мгновение, когда поняла: пора командовать парадом. И предложила гостьям сесть в уголке, где располагался диванчик, любимый двойняшками, и несколько кресел перед ним. Лисса, заикаясь и вздыхая, уселась между нянюшкой и дайной Мадэйлеин, как последняя представилась. И взяла обеих за руки.
После этого движения уже совсем ничего не понимающая Аня сначала предложила гостьям чаю, но те отказались.
Вздыхая от пережитой встречи, дайна Мадэйлеин сама начала объяснение.
- Лисса – дочь моей младшей сестры. Мы все (две семьи) жили в доме деда – известного ювелира. Когда дед… - она испуганно взглянула на макушку Лиссы, прислонившейся к плечу нянюшки, и, видимо, поправилась: - Ушёл из этого мира в мир иной, мы поняли, что пора разъезжаться. Дедовский дом был очень старый и в основном деревянный, ремонтировать его было невозможно. Наши семьи, моя и сестры, очень дружили. Неудивительно, что мы договорились найти дом, куда могли бы заселиться вместе, чтобы жить привычной жизнью. Или, если уж не получится, найти два дома, чтобы жить в близком соседстве. – Она сглотнула и немного прокашлялась. Снова взглянула на малышку – и снова её глаза наполнились слезами. Но, справившись с собой, дайна Мадэйлеин продолжила: - Когда мы начали переезжать, переезд был сопряжён с большими хлопотами. Ведь необходимо было не только переезжать самим, но и перевозить и заново расставлять вещи, мебель, а заодно искать что-то новое, потому как вместе с домом дедушки устарели и некоторые предметы обстановки. Нянюшка, - она посмотрела на женщину в пёстреньком, и та закивала, - следила за нашими детьми, но однажды понадобилась её помощь. Боги, зачем мы её позвали?! – вознесла к небу руки дайна Мадэйлеин. – Когда нянюшка вернулась, в комнате сидели только мои дочери. Лисса исчезла напрочь. И даже мои девочки не могли сказать, в какое время она пропала. Мы искали её очень долго, но так и не преуспели в поисках…
Примерно догадываясь о развитии событий, помня слова Кристал, откуда появилась Лисса, Аня осторожно спросила:
- Дом вашего дедушки находится рядом с рынком?
Женщина, снова заливавшаяся слезками, говорить не могла, только закивала.
- Я нашла девочку там.
- Её всегда привлекал этот окаянный рынок, - проворчала нянюшка, сморкаясь в подол фартучка. – Говорила – ей там весело и красиво.
- Если вы там её нашли, почему не сообщили в полицию? – осведомилась дайна Мадэйлеин, тоже промакивая выступившие слёзы, правда, кружевным платочком.
И этот поворот Аня вполне представляла себе, поэтому лишь