— Понял! Чух-чух, вашу мать! — доспех свистел перегретым котлом и помчался вперед, испуская облачка пара. Князь, вовремя заметивший угрозу, встретил противника могучим ударом дубины, но не было еще такого дерева, которое могло бы разрубить толстую дварфийскую сталь. Трорин отлетел в сторону, но князь лишился оружия.

Это был мой шанс. На полном скаку я вонзил разогретый до максимума Кладенец в ствол, служащий живому доспеху ногой, и клинок вошел на ширину ладони. Сила удара выбила у меня из рук рукоять, но это было уже не важно. Дерево свистело, от кипящего сока, стремительно сохло и начало гореть, исходя желтоватым дымом.

Следом за мной вновь ударил дварф. Великанский двуручный молот обрушился на князя эльфов со всей силой парового двигателя, каждый удар сминал и ломал десятки ветвей. Эльфу никак не удавалось справиться с врагом, который был куда крепче просто в силу природы. И тогда он пошел на отчаянный шаг, бросившись на Трорина, он оплел его всеми ветвями, не давая двинуться, но при этом раскрываясь для мощных ударов. Паровой доспех увяз в противнике и высвобождался слишком медленно. Князь же выпрыгнул из своего и подскочил к прорези забрала, чтобы прикончить Черного стража.

Вот только именно этого я и ждал. В едином порыве со мной Акташ прыгнул на спину самоотверженного эльфа и, схватив поперек туловища, отбросил под ноги Энмире.

— Вот он, князь древлян! — крикнул я, выдирая Кладенец из дерева, — убей его, и наш договор будет исполнен!

— Ты посмел атаковать нас, — прогремел хор Хикентов, щупальца подхватили эльфа, сжимая его горло и растягивая в разные стороны конечности, — наконец мы вернем долг. — Они ударили одновременно, сложенными вместе руками, а затем вытащили из груди еще живого князя сердце.

«Договор исполнен. Перерасчет долга». — промелькнула у меня перед глазами надпись, но расслабиться я не успел, потому что за ней шла следующая, — «ошибка, невозможно переназначить следующие обвинения: измена, бунт против Длани, поклонение Свету. Остальные обвинения сняты. Переназначение… Внимание, максимальный рейтинг опасности. Вы включены в топ сто врагов Империи на семнадцатом месте. Ликвидация через 3… 2…»

Глава 53

«Ошибка. Удаленная ликвидация невозможна. Наивысший приказ об уничтожении. Назначение…»

Читать, что будет дальше, я не стал. По взглядам спутников это и так было понятно. Сейчас у каждого слуги Длани в зоне видимости появлялся значок, указывающий на меня, и приказ уничтожить любым доступным способом. Возможно даже награда за мою голову. Да, не так я представлял себе освобождение от долга. Оставалось только надеяться, что остальной план был в силе. Ведь Энмира приняла приказ к исполнению.

Десятки марионеток побросали своих противников и ринулись на меня со всех сторон, и только быстрые ноги Акташа спасли меня от немедленной гибели. Ну же? Где они? Неужели Хикару не передал сообщение? Неужели весь план пойдет насмарку только потому, что нужных людей не окажется в нужное время на месте?

Додумать я не успел. Чернорот, сидевший на стене дома, прыгнул на меня сверху, и мне едва удалось отразить его атаку, ударив Кладеноцом наотмашь. Морду твари располовинило, буквально сорвало крышу. Однако тело еще пыталось добраться до меня, дергая когтями. К счастью, нужды сражаться с ней у меня не было.

Надеяться сейчас на поддержку Трорина да кого бы то ни было, кроме Эвы и самого себя, не стоило. Враг номер семнадцать. Даже как-то обидно. А кто тогда остальные? Святогор-то хоть на первом месте? Вот только времени открыть интерфейс и посмотреть не было. Да и остался от него только жалкий ошметок. Союзников не видно, а значит, нужно срочно менять план. Слабее, чем сейчас, во время битвы с эльфами, после десятка применений магии Огня, Энмира точно никогда не будет. А следовательно, это мой единственный шанс.

— Эва! Идем на прорыв!

— Да вы не просто псих! Вы самоубийца! — весело крикнула драконидка верхом на волке, — если это будет последний бой в этой жизни, надеюсь, он того стоил!

— Без вопросов, Акташ, если ты меня понимаешь, мне нужны все твои силы, все силы стаи, — прошептав это, я активировал на волке плетение максимального усиления. Зверь зарычал от удовольствия и собственной силы, а потом взвыл. И ему ответили. Вся стая мчалась на отвлекшуюся ведьму. Вот только марионеток было еще слишком много.

Рубиться одновременно с немертвыми и младшими демонами даже под зельями было неимоверно тяжело. Кладенец дымился от сжигаемой крови и черной эссенции. Верхом на лютоволке я чувствовал себя если не всемогущим, то достаточно сильным, чтобы пробиться через строй врага к своей главной цели, отгородившейся десятком щитов от возможного заклятья Огня.

Энмира наконец признала свою природу, Райни встал перед ней, и все щупальца, кроме пары, сформировали плотную стену отгораживающую ее от меня. Единственного противника, которого она опасалась. Я уже видел свет фиолетового свечения — она копила силы для того, чтобы покончить со всем одним ударом. Но даже без этого я был обречен.

Акташ прыгнул, заслонив меня от парной атаки младших демонов, и пал под их натиском. Но даже глубоко раненый вожак успел откусить Чернорту голову. Я пробился к телу моего скакуна и активизировал на нем узор регенерации, но отвлекся от остальных врагов, и меня просто смели, прижав к стене. Спасала только правая рука, уже разгрызенная и изодранная до демонических тканей равных по прочности клинкам атакующих.

Где-то неподалеку кричала Эва, она подпрыгивала, маша крыльями, и била врагов когтями, но ее уже несколько раз умудрялись схватить за ноги. Пошедший против империи Макграг бился своими прозрачными клинками сразу с двумя марионетками. Трорин, завязший в дереве, бессильно матерился. Остатки эльфов стреляли издали, почти не причиняя урона.

Все было кончено.

И только тогда пришли они.

За воплями раненых и ревом демонов я не сразу услышал, как пробиваются из земли корни. Сотни, тысячи гигантских белесых червей оплетали оставшиеся войска Хикентов. Тащили их под землю, в могилу, где им было самое место. Энмира, уже нацелившая свое заклятье на меня, обернулась, чтобы найти новый источник опасности. И высвободившись из хватки марионеток, мне удалось выбросить вперед потрепанную правую руку.

Теперь я ясно видел, как переплетаются непонятные ангельские жилы с демонической плотью, срастаясь в единое целое. Они горели Светом, подпитывая готовящееся заклинание. И наконец я высвободил эту ужасную силу, ради которой сдерживал себя несколько дней. Глаз Они, зелья усиления — все