— Хрен там плавал и нырял! — рявкнул я, подрываясь с места и швыряя зловещий целебный кабачок в стену, от чего тот испарился в безвредном взрыве, — Не в мою смену!

Кто-то болезненно икнул. Богиня злобно засопела, готовясь к новому раунду, а я, демонстративно отряхнув руки, сказал, глядя в её искаженное разными эмоциями личико:

— Я не верю, что Шакалот бы решил причинить тебе зло, Лючия, к тому же, он единственный, кто помог мне и этому миру, когда Скарнер нашел способ не только вырваться, но и набраться сил. Поэтому я решил ему помочь, многого он не просит, зато обещает уйти отсюда и снять с себя тот облик, в который ты его превратила.

— Он просто знал больше! — Лючия уловила в моей недолгой речи главное, а именно — упоминание о собственной бесполезности, — Так нечестно! Ты мой святой!

— Я будущий отец твоего ребенка! А с ним у меня просто бизнес! И я твой мужик, а не твой святой!

— Это одно и тоже!

— Нет! — вякнул эльф, который, несмотря на много тысяч лет жизни, оставался мужиком, — Отец…

— Ни слова больше! — рявкнула моментально озверевшая и покрасневшая богиня, — Все вон! Видеть вас не могу! Предатели!!

Пришлось срочно ретироваться, чтобы не искушать милую девушку продолжать разнос. Правда, смылись мы с мудрецом в разные стороны, он ушёл в Школу Магии, а я сбежал в лес к Наталис, где и принялся, сидя на завалинке в тишине и спокойствии, строить козни. Необходимо было выработать образ, в котором я отправлюсь на разведку в логово принца, а также средства убиения дракона, которыми смог бы воспользоваться Астольфо.

С выдумыванием последнего особых проблем не возникло. Старое доброе копье, которое мы смажем каким-нибудь безумным ядом. Нет, двадцать или тридцать штук, да! Одно втыкается в цель, затем храбрый рыцарь благоразумно драпает, а спавший до этого дракон, разозленный тычком, пытается его догнать, прямо как Безобраз, но натыкается на остальные копья, что мы установим правильным образом. Теперь, имея дракона в качестве тестового образца и алхимический комплекс (несколько), мы сварим усыпляющий газ, которым и потравим спящую зверюшку перед тем, как Астольфо осуществит мечту каждого молодого человека «вогнать кол в жопу чудовищу». Просто, подленько, предельно эффективно.

Ах да, теперь не надо заботиться о скалолазательном оборудовании, потому что у нас есть летающий транспорт. Надо позаботиться о том, чтобы эта зверюга не откусила нам головы до, во время, или после процесса убиения его богатого собрата. С Безобраза станется, я видел его взгляд. Тот еще гад растёт!

Ладно, это мелочи, главное — принц. Здесь всё намного сложнее, жаль, что Шакалот дал такое расплывчатое техзадание.

— Да нормальное задание я дал, — пробурчал упомянутый мной вслух бог, клюя какой-то лопух возле моей ноги, — ты просто шевелиться не хочешь, а просто прийти и победить! Главное ведь путь, а не результат. Верно я говорю?

— Бог-философ, надо же, — фыркнул я.

— Не у тебя спрашивал! — каркнула курица, вытаскивая клювом упирающегося крота, крепко схваченного ей за хвост.

Откуда он это сказал⁈

— Му-да…, — от могучего басовитого голоса, раздавшегося у меня над ухом, я подпрыгнул метра на три вверх, наверное. А приземлившись назад и больно стукнувшись копчиком… уставился в большие и добрые глаза Кума, меланхолично жующего траву. На огромном черном быке не было его излюбленной брони, но рога по-прежнему были обиты металлом, грозно сияя под солнечными лучами.

— Чё? — пробормотал я.

Мне никто не ответил. Кум жевал траву, а отбежавшая немного курица заглатывала крота, задрав клюв к небесам. Зрелище было не для слабонервных.

Может, мне просто послышалось это «да»? Всё-таки, я много работал, немного курил, пережил разговор с драконом и божественный скандал, кабачки эти фиолетовые взрывались рядом. Нервы, опять-таки. Про бога безумия молчим, молчим. Пусть кушает. Хороший ему крот попался, жирный, вон как встал поперек глотки.

— Му-путь — это важно, — дожевав, довольно внятно проговорил Кум, — Идя — ты приходишь. Но потом идёшь снова. Му.

Охнув, я откинулся с завалинки, стукнувшись затылком об жердину. Из головы выдуло все хитрые планы. Ненадолго, всего на пару секунд, после чего я, подскочив, заорал на давящуюся кротом курицу:

— Шакалот!!!

Та, сучка эдакая, аж прыгала на одном месте, пытаясь заставить добытое животное провалиться глубже. На мой вопль лишь досадливо отмахнулись крылом. Я изошел на мат, облаивая бога безумия последними словами.

— Незачем так орать, — укоризненно заметил мне бык.

— Ты сказал, что ничего кроме своих «ура-ура» не сажал, гад пернатый!! — вопил тем временем я, — А это что⁈ Зачем ты мне друга испортил?!! Кто тебя просил⁈

Сволочь! Такой бык был! Такой бычара! Великолепный! Правильный! Четкий пацан, ровный чувак, свой в доску! А теперь что⁈ Что теперь, я спрашиваю⁈

— Спасибо, Джо! — Кум копытом попытался утереть выступившие у него слезы, — Я тебя тоже люблю! Муу-у!!

Высказав всё, что можно и нельзя, я остановился, тяжело дыша и глядя на таки справившуюся с кротом курицу. Та, несколько раз и икнув, десяток раз подпрыгнула, а потом уставилась на меня, по-птичьи наклонив голову.

— Скажи мне, Джо… — вкрадчиво произнес Шакалот, — Ты знаешь, что такое безумие?

— Творить дичь! — гаркнул я, указывая на растроганного быка, — Пошто скотину испортил, ирод⁈

— Безумие, — нимало не впечатленный мной бог почесал клюв лапкой, — Это, Джо, в первую очередь — честность. Для бога безумия, конечно. Я вообще никогда не обманываю.

— Ээ… — озадачился я.

— Может вспомнишь, что именно ты обернул вокруг рогов этого замечательного быка, перед тем как заковать их в сталь? — ехидно спросила меня курица, знатно отрыгнув перед этим.

— Оооо!!!

Мои плакатики! Мои волшебные, сверхсложные, абсолютно бессмысленные, но невероятно полезные для гоблинов волшебные плакатики! Мой эксперимент!

Значит, не только для гоблинов! Нужно проверить…

— Не подходии-и!!! — правильно понял мои намерения Кум, разворачиваясь и давая панического драпа, — Мои рожки!!

— Да ладно… — растерянно пробормотал я, — Не очень-то и хотелось. Но надо же как…

— Настоятельно тебе рекомендую свалить этот эпизод на меня и дальше эту тему не развивать, — посоветовал мне Шакалот, — Если эльфы узнают, что ты разгадал их секрет, то за твою шкуру я не дам ни одного «ура-ура». Кстати, Кум уже жалуется Наталис и