2. Как Раснак сумел утаить денежные убытки по своим форвардным спекуляциям?

3. Почему данные о парах опционов пут и колл с одинаковым страйком и одинаковой премией должны были привлечь внимание бэк-офиса?

4. Как можно использовать модель международного паритета валютных опционов пут–колл для арбитража?

5. Мог ли Раснак обмануть Allfirst, если бы спекулировал биржевыми валютными фьючерсами и опционами, а не внебиржевыми инструментами?

6. Сравните действия Джона Раснака и Ника Лисона (банк Barings).

7. Какова стоимость финансирования при получении средств путем продажи опционов глубоко в деньгах?

Говоря по правде, Сэм, после последней маленькой сделки я решил бросить спекуляции. Эта игра затягивает, все глубже и глубже, и из нее уже не выйти, когда начинаешь понимать, что к чему, да и выходить не хочется.

Фрэнк Норрис,

«Омут: история Чикаго» 1902

25 февраля 1995 г. лондонский Сити потрясла невероятная новость. Имеющий вековую историю банкирский дом Barings оказался на грани банкротства. Заголовки The Sunday Times гласили: «Королевский банк почти разорен: £400 млн убытков. Банк отчаянно ищет покупателя, потеряв $600 млн на торговле деривативами».

Говорили, что трейдер-мошенник из далекого сингапурского филиала открыл огромные позиции по фьючерсам на индекс Nikkei 225, на облигации японского правительства и на валютную пару евро/иена. Невыявленные убытки накапливались с 1992 г. Банк Англии предложил пакет финансовой помощи, но безуспешно: в Barings ввели внешнее управление, а затем продали его голландскому финансовому конгломерату ING за символическую сумму £1.

Как молодому трейдеру удавалось так долго вводить в заблуждение старейший и один из самых опытных торговых банков Сити? Сага о падении банка Barings замешана на взрывоопасной смеси изощренного мошенничества и неудачных спекуляций деривативами вкупе с несовершенными и небрежно исполняемыми процедурами управления риском. Мы откроем эту главу коротким рассказом об истории банка и о карьере человека, который его погубил.

Старейший торговый банк лондонского Сити ведет свою историю с 1763 г., когда отец и сын Баринги, выходцы из семьи немецких эмигрантов, учредили в Лондоне компанию John and Francis Barings Co. Вначале это был торговый дом, занимающийся продажей текстиля и международной торговлей сырьевыми товарами, включая медь, индиго и кошениль. Создав развитую сеть агентов в центрах международной торговли Фрэнсис Баринг понял, что финансовые операции гораздо более прибыльны, чем торговые. Предоставляя поставщикам гарантии получения оплаты от покупателей из отдаленных стран, банк Barings способствовал ведению международной торговли и де-факто занялся кредитованием. Он стал одним из первых акцептных банков Сити, объединив торговлю и банковское дело и положив начало развитию торговых банков.

Barings также поддерживал тесные связи с правительствами. В период с 1793 по 1815 г. он привлек для Великобритании финансирование в размере £770 млн. В 1803 г. он провел от имени США сделку по покупке у Франции земель штата Луизиана за $15 млн, привлеченных в Лондоне и Амстердаме. Эта сделка считается одной из самых крупных сделок с недвижимостью второго тысячелетия. То, что Франция воевала с Великобританией, и Наполеон мог использовать полученные средства для финансирования военных действий, не волновало банкиров. В 1818 г. герцог Ришелье, премьер-министр французского короля Людовика XVIII, отметил заслуги банка, произнеся знаменитую фразу: «В Европе есть шесть великих держав: Англия, Франция, Пруссия, Австрия, Россия и Barings». По мере превращения Лондона в центр международной торговли и финансов, компания Barings Brothers Co. продолжала свой стремительный взлет. Так, в середине XIX века Barings выступал андеррайтером трети всех акций и облигаций, выпущенных американскими железнодорожными компаниями.

Однако в 1890 г. банк оказался на грани краха из-за опрометчивого участия в выпуске акций и облигаций предприятия водоснабжения Buenos Aires Water Supply and Drainage Company Ltd. на сумму £10 млн. Barings отправил деньги в Аргентину на финансирование этого крупного инвестиционного проекта, не дождавшись завершения выпуска акций и облигаций. Столкнувшись затем с серьезным кризисом ликвидности, Barings был вынужден привлекать значительные заимствования для исполнения обязательств. Ему на выручку пришел Банк Англии, создавший гарантийный фонд и в конечном итоге собравший £17 млн с участием практически всех известных торговых банков Сити. Банкирский дом Barings чудом избежал банкротства, а семья Барингов лишилась практически всего состояния. Для всеми уважаемого института это был очень болезненный и унизительный инцидент, однако банк не стал терять времени и провел реструктуризацию, возродившись в качестве компании с ограниченной ответственностью Barings Brothers Co. Limited. Ключевым изменением стала «ограниченная ответственность», а также новый подход к управлению риском в целом и к участию в крупных инфраструктурных проектах развивающихся рынков, в частности.

После Первой мировой войны лондонский Сити потерял вес на мировой арене. Он перестал быть излюбленным местом иностранных правительств и компаний для привлечения финансирования через выпуски облигаций и акций, так долго приносившие банку Barings солидные комиссии за андеррайтинг. Доходы банка сократились, он прекратил заниматься международным финансированием, переориентировался на финансирование национальных компаний и стал оказывать услуги по реструктуризации и сопровождению слияний и поглощений, таких как крупное враждебное поглощение компанией ICI фирмы Courtauld в 1961 г., стоимостью £200 млн.

Только в 1970-х гг. Barings вновь обратился к международному финансированию и развивающимся странам. Это произошло параллельно с волной приватизации и дерегулирования, прокатившейся по мировым финансовым рынкам. В 1975 г. Barings расширил спектр услуг по управлению активами, став со-управляющим нефтедолларовых резервов Министерства финансов Саудовской Аравии в размере $1,70 млрд. В 1981 г. он организовал выпуск и размещение облигаций Всемирного банка на £100 млн. Означало ли это возврат к истокам? Так или иначе, повторный выход Barings на мировую сцену международного финансирования был ориентирован на Азию, включая Гонконг, Японию и Сингапур, а не Латинскую Америку и Аргентину, которые были основным источником доходов банка в XIX в.

«Большой взрыв», вернувший лондонскому Сити былую славу одного из главных международных финансовых центров, потряс относительно защищенный и стабильный мир британской брокерской торговли акциями и гилтами[96]. Миролюбивые семейные отношения между британскими торговыми банками и брокерскими домами были нарушены наплывом американских, европейских и японских банков и брокерских фирм. Barings предпринял шаги, которые в то время казались робкой попыткой входа в брокерский бизнес. Он купил у одной из средних по размеру брокерских фирм ее отделение в Дальневосточном регионе со штатом в 15 человек, в числе которых был чрезвычайно активный и деятельный Кристофер Хит, возглавивший новую компанию Barings Far East Securities Ltd (BFES). Вскоре BFES стала крупнейшим источником прибыли Barings, а Хит — самым высокооплачиваемым торговым банкиром Сити: в 1986 г. он заработал £5 млн. Хит и его команда снимали сливки на бурлящей