class="p1">— Чтобы навредить мне, вам нужно много лечиться и следовать моим рекомендациям. Тогда есть шанс, что вы будете способны на что-то единственного заряда, который и то пролетел мимо.

— Н. М-мо.

— Не мимо? То есть, вы специально промазали? Ну, утешайте себя. А теперь задержите уже дыхание, вашу мать!

Почему эти мужчины никогда не слушаются?

С любым другим пациентом, я бы использовала успокаивающие заклинания, но с драконом они не сработают. А таких мощных седативов, как в моем мире, здесь просто не было.

Так что со спазмами придется справляться бабушкиными методами.

Повисла тишина.

Ашера колотило, каждый вдох и выдох давались ему с трудом. От боли и напряжения на коже выступила испарина.

Несколько секунд ничего не происходило, а затем он поднял голову — и я наконец вживую увидела того, по ком сходила с ума Амелия и вся женская половина военной академи.

Пожалуй, Ашер был самым красивым мужчиной из всех, кого я когда-либо встречала. Даже сейчас, даже в том состоянии, в котором он находился. Теплого оттенка смуглая кожа, черные волосы, прямой нос, широкий лоб и ямочка на подбородке.

Правую сторону лица пересекал шрам.

Глаза скрывала черная повязка.

Иррационально, но я почувствовала на себе его взгляд и поежилась.

Стало страшно, захотелось сбежать или спрятаться. Меня не пугали попытки Метьюза надавить на меня магией. Но сейчас этот дракон, от силы которого остались одни ошметки, привел меня в животный истеричный ужас.

Так! Взять себя в руки! Ты не трепетная первокурсница, ты медик!

У тебя дракон сейчас задохнется!

Я запоздало сообразила, что Ашер наконец меня послушался и уже какое-то время задерживал дыхание.

— Отлично, — дрожащим голосом сказала я. — Теперь медленный выдох на три счета. И снова вдох. Давайте вместе.

Помедлив, я дотронулась до его руки и мысленно трижды выругалась. Как же больно! Как же горячо!

Человек, у которого тело разогналось до такой температуры, давно бы умер, а дракон… дракону просто очень больно.

— Пс. Ти. Грс.

— Не отпущу. Так что или вы успокоитесь — или у меня будет ожог.

— Грс!!

— Раз… Два… Три… А теперь медленный вдох. Задержите дыхание. И снова выдох.

Кожа запястья под моими пальцами была раскаленной, под большим пальцем с бешеной скоростью колотилась вена.

Я заставила себя успокоиться, надеясь, что мое состояние передастся Ашеру.

Конечно, простая техника дыхания против тревоги была не лучшим вариантом, чтобы снять мышечный спазм и болевой синдром, вызванный перегрузкой магической системы организма, — но другого варианта у меня сейчас не было. Нужно было, чтобы нервная система этого дракона успокоилась — я надеялась, за ней снизит обороты и магическая, которую он сам разогнал созданием боевого заряда.

В теле все взаимосвязано, как любила повторять моя бабушка. Став врачом, я в этом убедилась.

Оставалось надеяться, что у драконов все работает по тому же принципу.

Для того, чтобы успокоить нервную систему, нужно было насытить кровь углекислым газом, то есть — дышать медленно и выдыхать намного дольше, чем вдыхать.

По крайней мере, я надеялась, что это сработает.

— Три. Задержка дыхания.

— И ты… Думаешь… Что эта хрень… Мне поможет. Грейс? — с трудом выдохнул дракон. — Ты. Еще тупее. Чем я. Запомнил.

Я приготовилась поморщиться от его дыхания (у такого мудака оно обязано быть несвежим и вонять, например, чесноком), но оно было просто теплым и немного пахло пеплом. Забавная драконья особенность.

Я бы сказала, что он прищурился, но видела только повязку на его глазах.

— Вы по крайней мере снова можете говорить нормально, чтобы мне нахамить, генерал Ашер. Так что будьте любезны, засуньте свое бесценное мнение о моих целительских способностях поглубже и делайте, как я говорю.

Тишина.

— Что. Вы. Себе. Позволя… — Он снова поморщился от боли, и я рявкнула:

— Дыхание!

Да мать его, где там горячая вода! На нее вся надежда, по правде говоря.

Стоило мне об этом подумать, как дверь открылась, и жердеподобный управляющий появился на пороге с ведром в руках.

Он смерил меня подозрительным взглядом, охнул, увидев не задернутые шторы и залитую дневным светом комнату. Еще бы. Вопиющее нарушение правил содержания больного! Я бы эти правила запихала тому, кто их придумал, так глубоко, что… Ладно, опустим подробности. Я все-таки леди. Немного. На полшишечки.

Я встала, отняв руку от мощного запястья дракона. Несмотря на то, что оно было горячим, как кипяток, и дотрагиваться до него было больно, внутри что-то дернулось от ощущения потери.

— И это все? — спросила я у управляющего, забирая из его рук металлическое ведро с кипятком.

— А что вам еще нужно? — едко процедил он. — Может, сразу столовое серебро принести?

Я пригляделась к нему повнимательнее. Лет пятидесяти, лицо неприятно землистого цвета, кривящиеся тонкие губы, сюртук и белоснежная рубашка, сидящие на нем, как на вешалке… Резкая потеря веса, как я понимаю??.. Еще и эмоциональная нестабильность на лицо.

— Что ты на меня уставилась? Я за тобой слежу, имей в виду!

— Вашему драгоценному герцогу нужна горячая ванна, так что будь добр…

— Неужели. Ты. Грейс. Решила. Так до меня. Добраться. — Каждое сказанное Ашером сопровождалось тяжелым шипящим вдохом, как будто воздух застревал у него в горле. Переведя дух, он продолжил: — Только. Через мой. Труп.

Я замерла, а затем как могла спокойно ответила:

— И не надейтесь, генерал Ашер. Меня не интересуют калеки.

— Да как ты смеешь, больничная прошмандовка! — затрясся управляющий. — Генерал Ашер — герой империи! Он спас тебя — и остальных неблагодарных тварей! А сейчас…

— А сейчас ведет себя как капризный ребенок и не хочет лечиться. Не очень-то эротично, не правда ли?

— Да как ты…

— Мортимер, — громко произнес Ашер.

— Разрешите, я ее вышвырну, ваша светлость! Эта прошмандовка…

— Закрой. Дверь.

— С удовольствием, ваша…

— С той стороны. И ты, Грейс. Тоже. Уби. Райся.

— Чтобы вы тут загнулись?

— Не в первый. Раз.

Я вздрогнула. Не в первый раз? То есть, это нормальная ситуация?

— Вы можете умереть от болевого шока, генерал Ашер.

Скорее всего обойдется, конечно, но все равно приятного мало.

— Я. И так. Почти труп. Уби…

Он тяжело выдохнул и обмяк на кресле — должно быть, разговор вытянул из него все силы.

Я стояла довольно далеко от него, видела только напряженные плечи, но легко могла сказать, что тремор возвращается.

Метнувшись к креслу, я присела на корточки и вгляделась в его лицо. Дурацкая повязка! Ощущение, что я вообще ничего не вижу.

— Генерал Ашер. Вы меня слышите? Постарайтесь не засыпать.

— Не. Хочу.

— Не хотите? Чего вы не хотите?

— Уми. Рать. От боле. Вого.