не успел, как его начали тыкать носом в настенные рисунки, которые Маша нарисовала углём буквально за минуту.

— Дарен, смотри. — Маша быстро объяснила идею, показывая дополнительно руками. — Сколько займёт времени, чтобы построить вот такую веранду: вот от двери и до плетня, и от стены и до… вон, пяток того мужика в жёлтой рубахе?

— А материал?

— Дровяной сарай под раздачу попадает.

— Куда? А, впрочем, понял, кухонный говор… С разбором — день, ровнять, лаги, корпус… всего дней пять.

— Пойдёт. А вот такие навесы со столиками — как много времени надо?

— Материал? Сколько их надо?

— Будет, деревенские привезут. Штук десять для начала.

— Ну, пару дней, от момента как материал привезут. Только что важнее, что вперёд делать?

— Навесы со столиками. Потом веранду, затем второй этаж!

Плотник хмыкнул и махнул рукой.

— Было бы сказано. Ярмарку собираешься делать? Дело хорошее.

— Не совсем. Просто источник небольшого, но стабильного дохода… Вась, как думаешь, сколько деревенских захотят торговать при таверне и платить от одной до трёх медяков в день за место?

— Ни один, это слишком дорого, — ляпнул было я и запнулся. — Хотя что я? Уже двое так торгуют и довольны. Думаю, что многие! Это получается от десяти до тридцати монет можно будет зарабатывать только за право торговать у нас?

— Бери выше. Прилавков будет тридцать: просто вот с этой стороны — двенадцать, а вот с той стороны, где кузня, — восемнадцать. А проход к кузне будет как между рядов. Ты погоди, я тут ещё тебе Новые Васюки сделаю, просто пока попаданец из меня слабоватый, медленно идеи рожаю. Ну ничего, я ещё развернусь! Шашлык, кстати, будешь? Пойдем по быстрому перекусим?

Глава 4

Дележка чудовищ

На следующий день мы почти не сражались с лиером между собой. Его учитель показывал нам связки движений для атаки, а после того, как мы их более-менее смогли повторить, Ивер показывал контрмеры от этих выпадов. Полтора часа на обучение, отдых и полтора часа на отработку этих движений. Рейнар меня старательно не замечал и только в самом конце, когда нам дали задание продемонстрировать, как мы усвоили материал, вяло провёл против меня пару атак. Также небрежно отбил мои. Ну и леший с ним. Зато меня учил столичный мастер, и, к слову, его схема обучения отличалась от того, как учил Ивер. Много уделялось дыханию, движению мышц в разные моменты выполнения приёма. Даже разминка, которой он научил в самом начале, разогрела мышцы, о которых я и не подозревал. Так что я точно смогу перетерпеть этого столичного сноба.

Оказывается, у нас были зрители. После того как я умылся и вышел из помывочной, я обнаружил, что за таверной, на приготовленных к строительству досках, стояли три стула. На двух расположились Маша в купальнике с Астой… ну, пусть это тоже будет купальник, но, по-моему, она просто полоски ткани повязала на манер Машиного комплекта. На третьем стуле стояли уже пустые тарелки и высокие стаканы из зелёного стекла, которые Мария покупала ещё в первую поездку в Город. Рядом на досках лежали постеленные одеяла, на которые льеры как раз и перебрались. Я хотел было побыстрее уйти от портомойни, но Маша заметила меня и позвала.

— Вес, можно на минутку?

Я подошёл быстрым шагом, стараясь смотреть в сторону. Что получалось, почему-то не очень: глаза ни с того ни с сего начали жить своей жизнью и совершенно мне не подчинялись, постоянно возвращаясь к изгибу спины, переходящему…

— … Сходим? — закончила вопрос Маша.

— Да, а куда? — глупо переспросил я, понимая, что и со слухом у меня творилось что-то странное.

— Ты меня не слышишь, что ли? — еле сдерживая улыбку, загадочно переглянулась с Астой девочка, поворачиваясь ко мне, отчего глаза снова начали терять контроль. Пришлось совсем отвернуться, а то, боюсь, и второй раз вопрос не услышал бы. — Я в деревню хочу сходить, пройтись по жителям, предложить им торговать у нас на рынке!

— Для рынка не дотягиваете, — ехидно вмешалась Аста. — Так, мелкая ярмарка, где все продают не постоянный товар, а то, что самим не нужно.

— Ай, лишь бы по медяку платили…

— В месяц? — презрительно скривила губу Аста. — Было бы из-за чего ноги сбивать…

— В день, конечно, — возмущённо уточнила Маша. — Я думаю, десять человек точно наберётся. Три чешуйки за месяц из ничего — уже есть ради чего ноги потоптать?

— Никто не будет брать в аренду место, за которое надо платить медяк. Это деревня, они каждый грош считают…

— У меня уже двое работают, причём корзинщик куда больше платит, просто изделиями. А если больше десяти захотят? Так за год и империал выйдет.

— Хм, — пренебреживо махнула рукой Аста. — Мелко мыслишь… Вот по прошлому году такой же, как ты… Так и сколько нам коптиться на солнце надо?

— Первый раз лучше немного. Вы вон какая бледная. Можете быстро обгореть. Минут двадцать ещё полежим и в тенёк. Тут главное не переборщить, иначе польза во вред перейдёт. Вес, поедим и сходим, ладно?

— Да, конечно. Я сейчас Ивера предупрежу.

Я уже было пошёл в сторону таверны, как Аста произнесла в никуда:

— Когда уходишь от «согнутого волка», делай ещё один подшаг, меняй опорную ногу и переходи в контратаку по центру. — И как ни в чём не бывало упала головой на одеяло, подставляя тело солнечным лучам.

Обедали вдвоём с Машей. Ивер пришёл, наложил две порции и, ловко прижав поднос культей, быстро сбежал. Остальные на кухне, едва гости разошлись и пока не требовалось готовиться к вечеру, пошли отдыхать.

Взяв рисунки стоек для торговли, мы уже было вышли со двора, когда на дороге стала видна пыль.

— Всадники… — протянул я, раздумывая, справятся без меня или остаться.

— Да, Ивер встретит, — махнула рукой Маша, потом, вспомнив загадочное выражение лица дяди, оба смутились и, расхохотавшись, пошли обратно.

Через пять минут во двор въехали три всадника с лиером Сайзеном Трин Годором во главе. Он спрыгнул с коня легко, будто и не было долгой дороги, и сразу направился к крыльцу, где стояли мы с Машей.

— Льера Мария! — воскликнул он ещё издали, и голос его звенел от нетерпения. — Всю обратную дорогу