Д. Овасон объясняет эту композицию следующим образом: «Правая нога Меркурия касается похожего на чадру платья Весты, напоминая нам, что Меркурий идентичен Гермесу, “хранителю того, что скрыто за покрывалом”, “хранителю древних мистерий”, поскольку именно Меркурий держит покрывало перед глазами несведущих. Позади Гермеса тянется плащ с шестью похожими сверху на холмы складками; этот плащ идет к полубогу врачевания Эскулапу и, проходя мимо него, опускается к ногам богини Майи, матери Меркурия. Направление, в котором тянется плащ Меркурия, выявляет его происхождение и напоминает тем, кто знает мифологию, что имя его матери связано с греческими словами “сиделка”, “кормящая” и “акушерка”».52

При изображении главных действующих персонажей скульптор применяет прием исокефалии – равноголовия, свойственный еще мастерам античности. Но, несмотря на него, рельеф не вызывает гармоничной целостности композиции, свойственной произведениям прошлого. Если «отбросить» мистические связи и обратить внимание на композиционные, то можно обнаружить следующее: Гермес (Меркурий), отвернувшись от матери и врачевателя, попирает ногой богиню Весту, полубог Эскулап с вызовом взирает на божественную Майю. Герои разобщены. Из-за этого нарушается символика произведения, если она, конечно, есть. Американскому искусству с его тягой к таинственности не всегда хватает европейского лоска…

В настоящее время в мировом искусстве вновь рождается интерес к античности. Но мы заканчиваем небольшой обзор произведений зарубежного искусства первой половиной ХХ века, так как уже рассмотрели наиболее яркие творения прошлого, где встречается образ Гермеса (Меркурия) и его атрибуты. Приведенные примеры показывают влияние античности на последующую историю развития мирового искусства и самые характерные проявления божественной сущности Гермеса-Меркурия, а именно то, что он – бог андрогин, астролог, вестник, миротворец, психопомп, плут, торговец, воспитатель, покровитель искусства и влюбленных и т. д., и самое главное, что он Бог и Человек. Проанализируем, как эти многочисленные ипостаси Гермеса (Меркурия) отражаются в искусстве России.

2.2. Гермес (Меркурий) и герметизм в истории отечественного искусства

В России образ Гермеса (Меркурия) был известен еще со времен Cредневековья, но широко стал применяться в культуре и искусстве в связи с европеизацией страны Петром I. И любовь в Петербурге к аллегориям, символам и эмблемам появляется именно в период правления этого императора. По его указу для России в 1705 году в Амстердаме издается книга «Simbola et Emblemata…». Аллегорический характер носят и многие произведения искусства петровского времени. Причем, не только аллегорический, но и мифологический.53 Новую столицу необходимо было приучать к общеевропейскому языку искусства, часто обращавшемуся к мифологическим образам и аллегориям. Образ Гермеса (Меркурия) в искусстве должен был наглядно предсказывать петербуржцам, что город будет не только военной столицей страны, но и мирной, богатой, просвещенной.

Гравюра и картография

Меркурий становится героем многих гравюр петровского времени. В этом плане интересна уже первая петербургская гравюра знаменитого гравера XVIII века Алексея Федоровича Зубова – виньетка газеты «Санкт-Петербургские ведомости» (1711). Здесь на фоне молодого города – с Петропавловской крепостью, мазанками на Троицкой площади, салютующими судами на Неве – изображен на первом плане летящий Меркурий. Знаток графики того времени М. Алексеева писала об этой гравюре следующее: «Виньетка с видом Петербурга стала знаком изданий Санктпетербургской типографии, своего рода издательской маркой».54

Меркурий стал не только вестником новостей Петербурга, но он и возвещал всему миру о том, что Петербург главный город новой России – страны, имеющей мощный флот и выход к Балтийскому морю. Об этом «говорит» и картография. На новых картах обозначены новые территории, отвоеванные у шведов. Они как новые возможности для разнообразных форм общения с европейскими странами, ставших намного ближе к России. И на картах, следуя европейским образцам, в картушах, украшающих «эту точную картину мира», наряду с другими богами античности, появляется и Меркурий. Он здесь не только бог миротворец и бог морской торговли, но и покровитель путешествующих, в том числе и морским путем.

Итак, уже в начале XVIII века роль Меркурия, показываемая в произведениях искусства России, не однозначна. Не менее интересна она и в искусстве середины XVIII – начала XIX века.

Архитектура

Под знаком Меркурия: Зимний дворец

Обратимся к наиболее знаковому памятнику этого периода, где отражается синтез архитектуры, декоративной скульптуры и живописи, – Зимнему дворцу. Здесь нас постоянно «сопровождает» Меркурий.

Изваяния Меркурия, наряду с другими статуями античных богов и аллегорических персонификаций, украшают воссозданную В. П. Стасовым после пожара 1837 года Иорданскую лестницу Зимнего дворца – знаменитое творение Ф.-Б. Растрелли. Если быть точнее, то лестницу украшают сразу три скульптурных Меркурия. Они как три ипостаси бога:

– в нише, помещенной в стене нижнего марша лестницы, примостился Меркурий с кошелем. Явно, что это бог торговли. Он здесь всегда в тени, т.е. не выпячивает свою финансовую сущность. Легкий наклон головы показывает некоторое смущение и в то же время лукавство «денежного» бога;

– в центре, когда лестница разделяется на два рукава, рядом со скульптурной аллегорией Владычества разместилось на консоли и женское воплощение Меркурия. Здесь изображение богини величаво. Его можно трактовать как аллегорию Мира;

– далее, в тот момент, когда ветви лестницы «поворачиваются» на верхней площадке к встрече с друг другом – мы видим еще одну фигуру с кадуцеем. Это отдыхающий Гермес (Меркурий). Он стоит в свободной позе, опираясь на ствол дерева, покрытый шкурой барана – жертвенного животного античного бога, которое, как отмечалось выше, дало возможность провести ассоциативную связь между Гермесом и Христом.

Да и на живописном плафоне XVIII века работы Гаспаро Дациани, украшающим главную эрмитажную лестницу, мы можем встретить Меркурия в сонме богов Олимпа…

Иногда Гермес (Меркурий) не так наглядно предстает в произведениях искусства. Их творцы могут создавать и более «тонкие» связи с наследием античности. Предположим, как в архитектуре Зимнего дворца трактуется герметизм.

Известно, что Гермес прекратил раздор стихий. Символическое объединение стихий можно найти в Зимнем дворце,55 построенном по проекту Ф.-Б. Растрелли в середине XVIII века. Если представить пространственно-схематический план (упрощенную аксонометрическую проекцию) дворца, то обнаруживаешь, что он состоит из пяти кубов, причем пятый – внутренний куб (полый) – объединяет при помощи галерей остальные четыре, где разместились церковь, театр, тронный зал и лестница (Посольская или Иорданская).

Попробуем соотнести их со стихийными первоэлементами.

1. Церковь – «земля» – как напоминание о словах Христа о Петре, что он камень веры. Напомним, что Петербург это не только тезоименный город его основателя Петра I, но и город святого Петра – первый российский император мечтал (наперекор известному предсказанию) создать четвертый Рим, противостоящий Москве – третьему Риму.

2. Театр – «вода» – отражение, в том числе и отражение в театре