полным необходимых вещей; любое животное — или похититель — услышало бы её шуршание по тропе, но Лайла скорее предпочла бы выдать себя, чем уничтожить улики. Ей до сих пор снились кошмары о том, как она проснулась, обнаружила исчезновение Эллисон и принялась лихорадочно сбрасывать с кровати одеяла и подушки, проверяя, не спряталась ли подруга. Возможно, тогда не было утеряно ни одной важной волосинки или частички ДНК, но она никогда не перестанет терзаться мыслью, что это всё-таки произошло.

Лайла присела у подножия дерева, где нашла туфельку. Раньше она успела только поднять её и упаковать, лишь мельком пройдясь фонариком по округе, прежде чем её увезли в участок. Здесь могли остаться другие ключи, оставленные намеренно или случайно. К счастью, дождь пока так и не начался. Может, Джимми с его «наполовину полным стаканом» был прав.

Методично водя лучом фонаря, она проверяла каждый квадратный метр вокруг дерева. Находя в основном мох да грибы, она уже собиралась двигаться дальше, когда за стволом луч выхватил края отпечатка ноги.

Примерно сорок шестой размер и, судя по форме и каблуку, скорее всего, ботинок. Никаких опознавательных знаков бренда. Но это уже что-то. Достав из сумки телефон и пластиковый контейнер, она сфотографировала след и соорудила над ним временное укрытие из перевернутой коробки.

Стоя на поляне, она открыла в телефоне показания свидетеля. Похититель наполовину нес, наполовину тащил молодую женщину между двумя деревьями. На одном из них была прибита табличка: «РАЗВЕДЕНИЕ КОСТРОВ И МАНГАЛОВ В ЗОНЕ ОТДЫХА ЗАПРЕЩЕНО». Судя по круглому выжженному пятну в центре «ведьминого круга», кто-то либо проигнорировал знак, либо фейри прожгли землю своими танцами.

Переступив через куст утесника между двумя деревьями, Лайла остановилась, чтобы пинцетом снять зацепившийся за колючку клочок шерсти и положить его в пакет для улик. Кто-то недавно продирался сквозь эти заросли — в воздухе еще стоял свежий кокосовый аромат растения, а земля вокруг была примята. Там были такие же отпечатки ботинок, но еще и другие следы. Эти отметины, оставленные, скорее всего, кроссовками, соответствовали движениям человека, который спотыкался или которого тащили за собой — пятки или носки обуви пропахивали землю.

Лайлу передернуло. На Грейс не было той туфли, на которой остались её отпечатки; её подбросили в лес отдельно, чтобы Лайла её нашла.

Здесь след обрывался. От этой точки вглубь леса вели восемь едва заметных тропинок. Все они выглядели малохоженными, и не было никаких признаков того, куда именно ушли похититель и Грейс. Деревья сгрудились теснее, будто совещаясь, помогать ей или нет, и решив промолчать.

Когда Лайла повела лучом фонаря по кустам, она заметила на ветке что-то темное и отражающее свет. Сначала она не могла понять, что это — слишком тонкое и блестящее, — но когда она подошла ближе, дыхание перехватило.

Это была старая печатная фотография Эллисон, на которой чьей-то рукой были зачеркнуты глаза. Когда Лайла дрожащими пальцами сняла снимок с ветки, за которую он зацепился, из её груди вырвался всхлип. На обороте кто-то написал: «Какие у неё большие глаза».

Глава 10.

Шипы и возмездие

Из комнаты Грейс донесся ропот, пробудивший Кейти ото сна. Рассвет окрасил чердак в тыквенно-оранжевые тона; Кейти бесшумно откинула коврик и прижалась ухом к «слуховой» доске.

— Могу я тебе доверять? — Глубокий голос похитителя доносился чуть издалека, будто он стоял снаружи перед дверью Грейс.

Кейти затаила дыхание и скрестила пальцы, надеясь, что её план сработал. Если он выпустит Грейс, они обе смогут найти способ сбежать.

— Мои друзья говорят, что я очень надежная, — голос Грейс дрожал. — И я думаю, что так и есть? — Интонация в конце фразы взлетела вверх, словно воздушный шарик, наполненный надеждой.

— Посмотрим. Я выпускаю тебя из комнаты.

Кейти прижала ладонь ко рту, чтобы подавить возглас. Он действительно следовал тому, что она написала.

— Я могу идти домой?

— Тебе запрещено покидать этот дом, но я позволю тебе перемещаться по нему. Кроме одной комнаты.

— Если я буду слушаться, тогда вы меня отпустите? — От наивной надежды в голосе Грейс Кейти передернуло, но она понимала, что, скорее всего, спросила бы то же самое.

— Это зависит от тебя. — Было ли это рычание в его голосе, или она сама выдумала его, потому что так написала в тексте?

Дверь со скрипом отворилась; петли протестующе взвизгнули. Мелькнула тень — Грейс осторожно двинулась к выходу.

— Можешь выходить, — сказал он, будто обращаясь к пугливому котенку. — Я не хочу причинять тебе боль.

Чушь собачья.

— Я оставлю тебя осматриваться, — добавил он, — после того как покажу комнату, в которую тебе нельзя входить.

Кейти выдохнула. Она сделала ставку на то, что ему польстит сравнение с Синей Бородой и его домом с женами-скелетами, и что ему понравится смешение со сказкой «Красавица и Чудовище». В конце концов, Чудовище было своего рода «принцем инцелов», королем стокгольмского синдрома. Запри их, пока не полюбят.

По замыслу Кейти, он должен был показать Грейс дверь в свой запретный кабинет внизу, а затем позволить ей бродить по дому — и тогда она найдет способ выпустить Кейти. Вместе они сбегут, а может, и запрут его в его собственной камере. Неправдоподобно, но большинство детективных сюжетов таковы — всё дело в подаче. Кейти надеялась, что Грейс сумеет сыграть свою роль.

Однако его шаги направились вверх по лестнице, и Грейс семенила следом за ним.

Решетка на двери Кейти со скрежетом открылась.

С замиранием сердца она подошла к двери и оказалась лицом к лицу со своим похитителем. Человек с волчьей головой стоял на площадке прямо перед ней. Высокий, широкоплечий, совершенно неподвижный. Серая маска, покрытая мехом, пахла латексом и плесенью. Глазницы были темными — никаких признаков настоящих глаз. Серая футболка с коротким рукавом обнажала мускулистые руки, покрытые татуировками: серые розы вились сквозь шипы колючей проволоки, похожие на черные вены.

— Как вам мой последний черновик? — спросила она, понизив голос.

Глубокий вдох вздыбил его грудь, но он ничего не ответил. Позади него на вершине лестницы появилась Грейс. Она выглядела еще меньше и хрупче, чем Кейти думала, и совсем юной. Она всматривалась в решетку, теребя волосы. Она нервничала.

Волк поманил Грейс вперед.

— Ты сказала, что я могу тебе доверять, и я поверю тебе на слово. — Достав из кармана пальто золотой ключ, он показал его Кейти, а затем опустил в ладонь Грейс. — Это ключ от этой комнаты. Я оставлю его тебе и спущусь вниз. Что делать дальше — твой