жирафа, и слона, — пробурчала Астория и осеклась. В Мэррилэнде она видеть экзотических зверей никак не могла, а рассказывать о том, что тринадцать лет провела в другом мире — это прямой путь в психиатрическую лечебницу. Или в запертую комнату без окон, зато с мягкими стенами.

— Где же ты могла видеть этих зверей?

— В книжке с картинками.

— Понятно.

Они в молчании вернулись в замок и поднялись в спальню. И там легли спать в одну постель.

Астория совершенно этого не понимала: зачем? Впрочем, постель была большой. На разных ее сторонах они и не соприкасались вовсе.

А наутро в замок прибыла ещё одна женщина — портниха с образцами тканей. Она со всех сторон измерила ошалевшую от неожиданности Асторию и обещала прислать пару платьев для миледи уже к вечеру. Не из тех тканей, что она показывала, пока переделает готовое. Потому что негоже красивой гостье князя ходить в нелепых обносках. Глаза у портнихи блестели так ярко, что Астория поняла: к вечеру о новой любовнице Дэймона будет знать вся Барса.

Что ж, тем хуже для него.

Платья и вправду привезли. А ещё весь день воины наводили порядок: сметали паутину и мыли полы. Астория догадывалась, что это для неё, и ей это ужасно нравилось. Но князь не обращал на неё ни малейшего внимания. Он едва замечал ее за обедом и ужином (завтрак она всегда просыпала), а перед сном едва удостаивал ее пары слов.

Неужели не нравится? Очень обидно.

Зато все остальные в замке пытались ей услужить — а ещё улыбались и просили совета по любому вопросу: что готовить на ужин, какой ковёр постелить в малом кабинете, подходит ли цвет портьер к интерьеру, кого лучше пригласить к ужину, музыкантов или мага иллюзий. При воспоминании о маге Ренгаре Астория содрогнулась. Уж лучше музыканты.

Так прошла неделя, затем другая. В один прекрасный день она набралась смелости и заговорила с князем сама, в спальне.

— Для чего вы меня здесь держите? Зачем я нужна вам?

— Ты забавная.

— И это все?

— Ну… в общем, да.

— Тогда я бы хотела уехать.

— Нет. Ты принадлежишь мне. Тебя мне подарили.

— Человек не может кому-то принадлежать.

— Князю принадлежит все, что есть в Барсе. Все женщины, всё золото, жизни всех подданных.

— Это не так. Вы не правы.

— Очень даже прав. Ты моя. Рабыня, игрушка, ручной зверёк.

— Так посадите меня в клетку, — Астория начала злиться. — Как тигра в зверинце!

— Ты не столь опасна. Даже у лисы есть зубы. А что у тебя, кроме красоты? Ни характера, ни смелости, ни силы.

Никогда Асторию так не оскорбляли. И кто — мужчина, который ей ужасно нравился!

— Не смейте так со мной разговаривать!

— Закрой свой ротик и иди спать. А то, действительно, посажу в клетку. У меня есть пара свободных.

— Вы вонючий бесчувственный урод! — закричала Астория и осеклась. Совсем с ума сошла — орать на князя, да ещё оскорблять его? Ударит ведь сейчас… или и вправду — в клетку.

Но Дэймон только пожал плечами.

— Урод? — переспросил он. — Не знаю. Вроде и ничего. Ты считаешь меня уродливым?

— Нет, — сконфузилась девушка. — Вы ничего.

— Вот именно. Вонючий? Я моюсь! И бреюсь. И прачечную в крепости открыл ради того, чтобы перед тобой быть всегда в чистом. Так почему вонючий?

— Я… погорячилась.

— Давай дальше. Бесчувственный-то почему?

— Вот тут все верно, — снова начала злиться Астория. — Вы просто чурбан!

— Объяснись.

Она на миг задумалась, но, не найдя правильных слов, махнула рукой и брякнула все, что думала в последние дни.

— Вы вообще ни на что не реагируете.

— Это называется хладнокровие и выдержка, звездочка моя.

— Я не в этом плане.

— А в каком?

— Вы… я… я сплю с вами в одной постели, а вы… наверное, у вас импотенция.

— Это что за болезнь?

— Мужское бессилие!

Он фыркнул и быстро, как хищный зверь, поймал ее в свои объятия. Прижал к широкой груди, провёл ладонью по девичьей спине и мурлыкнул вкрадчиво в ухо:

— Это называется хладнокровие и выдержка. Но если ты думаешь, что я на тебя не реагирую, то ты ошибаешься.

— Тогда почему? — жалобно спросила девушка.

— Ты ещё маленькая.

— Я маленькая? — она дёрнулась, но мужские руки держали крепко. — Это я — маленькая? Это вы… м-м-м…

Она все же ее поцеловал. Очень спокойно, нежно, но твёрдо. У Астры не было опыта в поцелуях, но теорию она знала и поэтому расслабилась и впустила его язык в свой рот. И даже отвечать попыталась. Ей было очень любопытно.

Кажется, она все делала правильно, потому что Дэймон просто окаменел. Девушка положила ладони ему на грудь, ощущая, как колотится сердце.

Он чуть отодвинулся.

— Ещё! — капризно потребовала она, едва не топая ножкой в нетерпении.

— Не смею отказать прекрасной деве.

И он снова прильнул к ее рту, на этот раз — куда более нетерпеливо и эмоционально. Его ладонь смяла светлые кудри на затылке, губы ощупывали рот, подбородок, щеки, снова возвращались к губам. У Астории кружилась голова от такого напора, но так хотелось большего. И снова — дурацкое любопытство! Она задрала его рубаху и провела пальцами по горячим крепким бокам.

— На сегодня хватит, — мгновенно отпрянул Дэймон.

— Нет, — сказала девушка. — Не хватит.

— Глупая, ещё немного — и я не смогу остановиться.

— Не останавливайся.

— Ты вообще понимаешь, что происходит?

— Вполне.

— Я мужчина.

— У каждого свои недостатки.

— Ну вот что мне с тобой делать? Ты и монаха выведешь из себя!

— Бедненький! Тебе рассказать, что делают мужчина и женщина в спальне? А я и не подозревала, что ты столь неопытен!

— Видят небеса, я не хотел! То есть хотел, но старался сдерживаться! Но эта горная козочка напрашивается!

И он подхватил Асторию и бережно опустил на кровать.

Глава 10

Первый раз

Астория широко раскрыла глаза. Она все ещё была уверена, что он остановится, если только она прикажет. Столь быстрое развитие событий застало ее врасплох, хотя она сама спровоцировала князя. Просто… неужели обычная неопытная девушка может так легко соблазнить Дэймона? А вдруг он в принципе не считает интимную близость чем-то серьёзным? Но ведь она единственная женщина, которой дозволено остаться в замке!

— Последний раз спрашиваю: ты уверена?

Она задумалась всерьёз, даже губу прикусила от волнения. Он ей нравится неимоверно. Разве это не идеальный вариант для первого раза? Взрослый, серьезный, опытный. Это тоже важно, да?

— А ты позаботишься обо мне? — спросила девушка прямо.

— Да.

— Тогда я уверена.