- Ты получила мой подарок? - переводит мой мужчина тему разговора.

- Именно из-за него и пришла, - я закатываю глаза. - Ты серьезно? Целая коробка? Я хотела только попробовать делать аромасвечи, а ты заказал полный комплект всего, назначения чего я даже близко не понимаю! Подогреватель какой-то, термометр, воск разных названий и предназначений, ароматы в таком количестве...

- Тебе нравится? - он обнимает меня, и его руки снова начинают путешествие под юбкой. Целует шею, ключицы, спускается ниже.

- Ты даже не представляешь, насколько, - выдыхаю я.

- Это хорошо, - мурлычет. - Это очень хорошо.

- Но у меня для тебя тоже подарок есть, - говорю я, и в этот момент сердце начинает биться быстрее.

Александр отрывается от меня. Поднимает голову. Смотрит в глаза.

- М-м-м?

- Я хочу съездить с тобой в одну клинику, - прикусываю губу. - И сделать УЗИ.

Он замирает.

- УЗИ, - переспрашивает медленно. Прищуривается. - Плохое или хорошее?

- Скорее хорошее?

- Нет, - его лицо расплывается в широкой, невероятно счастливой улыбке.

- Да, - киваю я. - Две полоски. На пяти тестах.

Мой мужчина подхватывает меня под ягодицы - так резко, что я вскрикиваю - и начинает кружить по кабинету. Чепчик летит в сторону, мои туфли чудом не сбивают вазу.

- Лена! - он смеется, и этот смех - самый красивый звук, который я слышала. - Лена, ты...

- Поставь! У меня голова кружится!

- Я тебя никогда не поставлю!

- Александр!

Дверь снова распахивается.

На пороге застывает Петр с папкой в руках.

- Босс, я там случайно... - лепечет он.

Александр медленно поворачивает голову.

Петр сглатывает.

- Понял, - выпаливает он. - Сам решу. И больше не отвлекаю.

Исчезает быстрее, чем Карина.

Александр ставит меня на пол. Проводит рукой по лицу.

- Точно уволю секретаря, - рычит. - Она не справляется. Не может остановить Петра.

- Даже ты его порой остановить не может! Слушай, пусть она еще немного поработает? - я поправляю чепчик и широко улыбаюсь. - Пусть ее зависть живьем сожрет. Очень хочу на это посмотреть.

Александр смотрит на меня. Долго. Внимательно. В его глазах что-то такое, от чего у меня перехватывает дыхание.

- Ты же моя... - шепчет. - Люблю тебя, знаешь?

- Знаю, - я тянусь к нему и целую в губы. Легко, невесомо.

- Как хорошо, что я не улетел тогда, - говорит он, прижимая меня к себе.

- Еще бы, - усмехаюсь я. - Кто бы тебе галстуки завязывал?

- И штаны сушил.

- И пуговицы пришивал.

- И сына родил, - он кладет ладонь на мой живот.

- А вдруг дочка?

- Еще лучше, - Александр улыбается. - Будет такая же сообразительная и невероятная, как мама.

Я смеюсь. Утыкаюсь носом в его пиджак. Пахнет домом, безопасностью, любовью.

- Саш, - шепчу я. - А ты не передумал? Насчет... ну, всего этого? Свадьбы, детей, совместной жизни?

- Лена, - он берет мое лицо в ладони. - Я не передумал. Я только начал. Мы только начали.

- Ты уверен?

- Я купил тебе оборудование для свечей на полмиллиона. Ты думаешь, сделал бы такое для девушки, которую не люблю?

- Я думаю, что ты сумасшедший.

- Твоими стараниями, - он целует меня в лоб. - Только твоими.

- Александр Сергеевич! - снова раздается за дверью голос Петра, но теперь он звучит осторожно, издалека. - Там мама ваша звонит! Говорит, что если вы не возьмете трубку, она приедет сама! И привезет... э-э-э... журнал с образцами свадебных платьев!

Я смотрю на Александра. Он смотрит на меня.

- Ты можешь возненавидеть меня, но я не говорил ей, что сделал тебе предложение.

- Я тоже. Это твоя мама, и ты должен решать, когда поставить родителей в известность.

- Тогда как она узнала?

- Подсказало материнское сердце? - предположила я, а потом глянула на дверь.

- Петр, - озвучил Александр мою догадку.

- Почему ты сразу на него наговариваешь? - шепчу я, хотя тоже на него подумала.

Только он такой косячный.

- Александр Сергеевич, так что мне ей ответить? - спрашивает помощник и снова стучит в дверь.

- Никакой личной жизни на работе, - сокрушенно качает мой мужчина головой.

Мы одновременно смеемся. Я отстраняюсь и подталкиваю его к двери, чтобы поговорил-таки с мамой. На выходе он оборачивается.

- Люблю тебя, моя горничная по обмену.

- По обману, говорила же. По обмену была та, другая горничная, настоящая. Я же была просто обманутой и несчастной горничной.

- А сейчас счастлива?

- С тобой - да! - отвечаю уверенно. - Все, поговори уже с мамой.

- Нет уж, меня ее угрозы не проймут, - вдруг разворачивается он и спешит ко мне. Подхватывает, усаживает на рабочий стол. - Если хочет ехать сюда с каталогом свадебных платьев, то пусть. Сейчас я занят самой сногсшибательной женщиной на всем свете.

- Но это же мама!

- Я ей перезвоню, - шепчет и снова целует, целует, целует. - Ты важнее всего остального.

- Так приятно звучит, - улыбаюсь я и спешно расстегиваю его пуговицы.

- Ой, оторвалась.

- Ничего, - сбрасывает пиджак, снимает рубашку. - Иди ко мне, иди сюда. Хочу тебя. Надевай почаще свою горничную.

- Могу потом другой