«Во власти постоянного ускорения массивные корабли класса «Алоксилон» жались друг к другу, сцепляясь в огромные, летящие сквозь пустоту города. Люди не сидели сложа руки – в корабельных лабораториях учёные активно работали над перспективными проектами, закладывая технологический фундамент будущей цивилизации. Модификация ДНК и культивация сверхвыносливых видов растений; новый тип энергии; проработка плана по терраформированию планеты, которая была намного менее дружелюбной, чем ожидалось…»

В этот момент Агапов слегка вздрогнул, его взгляд на секунду стал отсутствующим, ушёл внутрь. Он поднял палец усталым, извиняющимся жестом.

— Простите, служебный вызов. Дежурный звонит. — Он на несколько секунд замолк, слушая невидимого собеседника, его взгляд сфокусировался на пустоте, в которой он видел что-то, что было недоступно нам. Затем тихо ответил: — Да, я понял. Перенаправьте отчёт на меня, я ознакомлюсь после летучки. И скажите Ткаченко, чтобы не торопился с выводами по стабилизатору шестого движителя – там нужны дополнительные тесты. Спасибо.

Он моргнул, возвращаясь к нам, и с лёгкой улыбкой провёл рукой по вискам.

— Должность обязывает быть на связи постоянно. Всегда что-то ломается, требует решений… Прошу прощения за небольшое отвлечение. Продолжим…

«Причудливое сообщество, сплочённое общей целью, строго по плану сближалось с новым домом. Огромные, неповоротливые корабли расходились в стороны, сбрасывая к поверхности десятки исследовательских дронов. Разумный выход был только один – поглубже зарыться в землю, чтобы обезопасить колонию от спорадической звёздной сверхактивности… Планета оказалась чрезвычайно богата ледниками и подземными минералами. Однако самые невероятные открытия затмили любые ожидания.»

— Что за открытия такие? — я непроизвольно наклонилась вперёд.

В ответ на стене возникла тёмная, подсвеченная прожекторами пещера. В её центре на груде острых, облупленных зубцов покоился исполинский пористый шар.

«Первый Объект был обнаружен в глубинной подземной пещере. Гигантская, метров десяти в поперечнике каменная сфера, испещрённая бессчётными червоточинами, покоилась на возвышении. В этом месте царила ужасающая, звенящая тишина. Звук шагов, голоса, гул оборудования – всё поглощалось в прямой видимости Объекта без следа. Люди хватались за горло, проверяя, не отказали ли их голосовые связки… Учёные, забыв обо всём, обставили «Сферу Тишины» многочисленными приборами, приёмниками и акустическими датчиками, однако долгие недели наблюдений не принесли никаких результатов. Пока физики ломали головы, к поверхности спускались десятки транспортных челноков, подготавливая посадочные площадки. Ковчеги один за другим начинали снижение…»

— Гигантские «Алоксилоны»… — пробормотал Василий, выпустив струйку дыма и глядя в потолок. — Сажали их, как чёрных китов на берег. Должно быть, зрелище было жуткое.

Дальше пошла хроника обустройства: горные работы, прокладка дорог среди скал, люди в тяжёлых скафандрах, возводящие жилые модули в подземных кавернах…

«Работа кипела. Алмазные буры вгрызались в твёрдые скалы, пробивая проходы к обширным пустотам под поверхностью. Непредсказуемые вспышки буйного светила можно было предугадать всего за считанные минуты до их начала, и списки погибших от радиации росли быстрее, чем карты новых туннелей… Просторные каверны осваивались и обрастали модульным жильём. Проходчики с каждым днём углублялись в разветвлённые сети пещер, обнаруживая новые «Сферы Тишины» – на момент полного переселения колонии под землю их числилось уже полдюжины самых разных размеров. Сколько таких сфер таили в себе недра всей планеты – оставалось лишь гадать…»

— И всё это время вы жили в страхе перед радиацией и этими шарами, — констатировала я.

Агапов вздохнул, снял очки и начал протирать их краем пиджака.

— Мы выживали, — поправил он мягко. — А потом нашли нечто, что всё изменило. — Он снова провёл рукой в воздухе.

«Изучая лона округлых, вымерзших проходов «третьего» яруса, руководитель изысканий пришёл к шокирующему выводу: эти пещеры имеют искусственное происхождение. Плавные изгибы овальных каменных коридоров и почти идеально ровные края – туннели походили на давно заброшенные норы существ невообразимых размеров. Вероятно, схожих с червями. Началась подготовка к отражению возможной угрозы. Геологи подрывали и баррикадировали туннели и обставляли завалы охранными системами. Долгие месяцы колония жила в страхе, но любой страх, как известно, сходит на нет, если его источник так и не являет себя воочию. Было тихо, и, постепенно успокоившись, все вернулись к планомерной работе…»

— Страх сошёл на нет... — я фыркнула, отхлёбывая свой уже остывающий чай. — Легко сказать.

— Легко-не легко, самое интересное дальше, — хрипло сказал Василий, вдавливая окурок в пепельницу.

Изображение сменилось видом с воздуха. Картина во всю стену была столь реалистичной, что у меня перехватило дыхание.

С высоты птичьего полёта открывалась циклопическая картина: гигантский карьер изо льда, уходящий в глубь планеты на сотни и сотни метров. Серебрящиеся слои расчерчивались идеально ровными спиралями выработок, напоминая срез гигантского дерева. По его уступам, словно муравьи, сновали огромные самосвалы. Всё это состояло изо льда. Один сплошной лёд, который даже не мог провалиться – потому что под ним тоже был лёд.

«В ходе изысканий группа буровиков обнаружила радиоволновую активность, исходящую с самого дна промёрзшего озера, названного «воронкой Новикова». Вся имевшаяся на тот момент роботизированная мощь была брошена на раскопки заледеневшего водоёма. В итоге бур упёрся в иссиня-чёрную поверхность неизвестного рукотворного устройства. Двухсотметровое кольцо из невообразимой комбинации сплавов идеально опоясывало каменное дно. Иноземная конструкция лишила сна и покоя всю колонию. Руководящий совет разделился во мнениях – половина членов настаивали на том, чтобы запечатать находку. Другая – ратовала за подключение устройства. Первый Администратор колонии Кирилл Разумов встал на сторону авантюристов…»

— Знание, скрытое под вечной мерзлотой, — почти выдохнул Агапов. — Споры были… жаркими.

В голосе его звучало давнее эхо тех разговоров.

— И ведь всегда найдётся тот, кто захочет сунуть нос в дуло заряженного ружья, — философски хмыкнул Василий, разминая затёкшие плечи. — Из чистого любопытства.

Агапов покачал головой, но на этот раз ответил, глядя на экран:

— Иногда это единственный способ сделать шаг вперёд.

«В назначенный час в аппаратном зале энергоцентра колонии собралось всё руководство. До финальной команды оставались считанные секунды, и в этот момент посреди зала появился продолговатый светящийся силуэт. Он возник буквально из ниоткуда и повис под потолком, распространяя вокруг себя статическое электричество. Разумов первым вступил в контакт… Если точнее – первым и единственным. Администратор медленно, будто против воли, протянул руку. В момент прикосновения пальцы его просветились насквозь. Около минуты он стоял неподвижно, после чего силуэт бесшумно растворился, а Разумов дрожащим голосом приказал отменить запуск и убыл в неизвестном направлении…»

— И исчез, — прошептала я.

— Вы уже знакомились с этой информацией? — удивился Агапов.

— Нет,