сказать, а потом выясняется, что ты знала! Всегда! Леша постоянно из-за этого попадал в опасности! Ты сейчас должна очень хорошо подумать и ответить, что с ним и что нам делать! Месяц! У него остался всего месяц!

Кошка молчала.

Святое небо, как же я сейчас хотел придушить засранку! Но для этого нужно было встать с этой чертовой каталки.

— Да скажи ты хоть что-нибудь! — крикнула Вася и топнула ногой.

— Василиса Михайловна, осторожнее. Не здесь.

О чем он говорил? Что происходит?

— И ты опять ничего не говоришь! — все больше распалялась Василиса. — Почему ты молчишь⁈

— Василиса Михайловна! Не здесь! — рыкнул Григорий.

Потом скрипнул пол, затрещала одежда, охнула Вася.

Да что происходит⁈ Как же мне не хватает возможности чувствовать магию! Видеть всех остальных! Святое небо, я же рехнусь!

— Лекарь запретил использовать здесь магию! Это может повредить заклинания на Алексее Николаевиче! Плетения могут неправильно сработать!

Вот оно что! На эмоциях у Васи в руках появились нити, и она напитала их силой.

Я на долю мгновения замер, ожидая изменений в своем состоянии.

— Жу! Скотина ты такая, слезь с него! — с надрывом закричала Василиса.

И вдруг меня окатило теплом.

Оно родилось где-то в середине грудины и волной прошлось до самых кончиков пальцев.

Что это было? Неправильно сработало лечебное заклинание или это работа Жу?

Вася что-то кричала, плакала, Григорий нашептывал ей успокаивающие слова, а кошка продолжала молчать.

Отбросив все мысли, я решил сосредоточиться на внезапных изменениях и воспользоваться ими.

Мысленно я представил свое тело, прямо как оно было: скелет, обтянутый мышцами, линии нервов и сосудов, кожу, даже волосы! И все для того, чтобы пошевелить пальцем. Если бы у силы воли было физическое воплощение, то сейчас бы оно прошло проверку на прочность.

Концентрация достигла той самой точки, что весь мир сузился только до одного пальца. Остальное перестало существовать.

Я должен им двинуть. Должен!

А потом у меня дернулась рука.

Глава 11

Когда дернулась рука, я сначала даже не поверил. Показалось? Нет?

Осознание, что у меня, наконец-таки, получилось, начисто сбило концентрацию, и пришлось начинать все заново.

Однако мне помешали.

— И что теперь делать?.. — истерика Васи схлынула, оставив плаксивое настроение. — Гриша? Почему ты молчишь?

— Будем искать варианты, Василиса Михайловна. Я напишу в столицу, в главную больницу города и империи. Не переживайте, мы обязательно что-нибудь придумаем.

Василиса вздохнула. Кажется, она сидела на полу, по крайней мере, звук ее голоса шел ниже места, где я лежал. Совсем расклеилась! Надо срочно повторить движение рукой. Они с Григорием заметят и выдохнут!

— Жу, слезь уже с него. Он тебе не лежанка, — устало попросила Вася.

Кошка все еще сидит на мне? Может, она почувствовала изменения?

— Я вызову повторно Козински, чтобы он проверил плетения.

— Ты думаешь, что я все испортила⁈ — взорвалась Василиса.

— Я не думаю, что вы что-то испортили. Возможно, добавили, возможно, изменили. Это слишком сложные заклинания, Василиса Михайловна, и я должен быть уверен, что все в порядке.

Топнула маленькая ножка, а потом Вася убежала.

— Зачем же она так, как думаете, Жу? — тихо спросил Григорий. — Никогда не слушает. А вы, действительно, слезайте с него.

— Неу нужноу вызывауть леукаря, — вдруг сказала она. — Нити в поурядке.

— Хорошо, если это так, однако я все же предпочту проверить.

Нет, Жу точно что-то почувствовала!

Я постарался отрешиться от разговоров и снова подвигать пальцами. Удивительно, но у меня почти сразу это получилось! Заметил ли это кто-то?

Прислушавшись, я понял, что ничего не слышу. Меня оставили одного. Ладно, так даже лучше. Сейчас еще немного постараюсь и сам встану. Мне даже отчаянно захотелось увидеть лица, когда своими ногами войду в двери кухни и скажу: «Не ждали⁈»

Вася будет визжать, это точно.

Я внутренне засмеялся, а потом стал серьезным. Сначала еще нужно встать, а у меня и пальцем толком не получается пошевелить!

Зараза! Чтоб этого Вотке драли все черти всех миров одновременно!

Насилу успокоившись и запихнув эмоции подальше, я сосредоточился.

Мизинец и безымянные пальцы на правой руке послушно пошевелились. Следом и остальные.

Продолжая не верить в происходящее, я осторожно и медленно сжал и разжал их в кулак. Я все это осознаю.

Вот только почему я все еще этого не чувствую? Ни запахов с кухни, ни холода, ни боли? Хотя последнее весьма даже радовало.

Шаг за шагом я проверял работу каждой мышцы. И они отзывались, послушно сгибаясь и разгибаясь. Моя надежда, что я вот-вот встану, крепла с каждой минутой.

Попутно не забывал прислушиваться к происходящему в доме. Удивительно, что Вася не сидела сейчас рядом, я-то думал, что она от меня не отойдет!

Да и вообще, никого рядом не было! Неужели они смирились с тем, что я якобы умер⁈ Нет, никогда в такое не поверю. Должно быть разумное объяснение, просто я его еще не нашел.

Ладно, пусть делают что хотят, у меня тут свои планы, один грандиознее другого.

Прошла уже не одна вечность, прежде чем я подумал о том, что готов вставать. И едва решил, как раздался нетерпеливый звонок в дверь, затем торопливые шаги Григория из кухни.

— Что случилось? — недовольный бас Козинский зазвучал раньше, чем я услышал скрип открываемой двери.

— Необходимо проверить стабильность ваших заклинаний, — сухо ответил Григорий.

— И как это получилось? — тяжелая поступь лекаря пересекла коридор. — Вы плели заклинания? Решили, что у вас лучше получится?

— Просто сделайте, что должны, — в голосе помощника послышались железные нотки.

Я был уверен, что Козински поморщился. Любой от такой постановки задачи сделал бы то же самое. Мне даже показалось, что и мои лицевые мышцы дрогнули.

— Сейчас все проверю.

Сказал, будто одолжение делал.

На мгновение мне захотелось подняться и врезать ему в челюсть. Двойной удар — мертвый встал и отправил в нокаут. А потом все же, решил подождать. А то схватит Козински инфаркт, набегут другие лекари, еще на опыты отправят — не отобьюсь без магии-то!

Поэтому я замер, прислушиваясь к каждому шороху.

Очень долго Козински что-то делал, неразборчиво бормотал, что я чуть не заснул. Очнулся, когда лекарь громко обратился к Григорию:

— Все испорчено! Не знаю, что вы тут натворили, но теперь заклинания работают неправильно.

Вот же какой Коз… Козински! Его надменный голос так и стоял у меня в ушах. Нет, я сейчас точно встану.

— Нужно все переделывать! — продолжал он. — Счет я вам вышлю после. Эту комнату нужно изолировать снаружи от любого магического воздействия! Я же вас предупреждал!

— А