Отставную императрицу оплакивали горько и искренне – оказалось, что она, сама того не замечая, владела сердцами многих. В спальне возле торжественно одетого, волосок к волоску причёсанного и магически накрашенного тела сидели Гортензия, Жюли Бонапарт – супруга Жозефа, старшего брата императора, Жермена де Вьевилль, Лилиана де Лок и сестра Жюли Дезире Бернадотт – несмотря на то, что супруг её давно уже жил на севере и разорвал все отношения с Франкией, сама она осталась в Паризии и тоже навещала Жозефину. Изабель, конечно же, слышала сплетни о том, что Бонапарт когда-то там должен был жениться на Дезире, а в последний момент предпочёл Жозефину, но никогда не вдавалась в детали этой истории и не задумывалась о том, что Дезире думала об императрице.

- Изабель, как хорошо, что вы пришли, без вас невозможно, - бросилась к ней рыдающая Гортензия.

Утешить Гортензию, кивнуть Дезире и Жюли, поздороваться с Жерменой и Лилианой. И сесть подле них всех. И неожиданно понять, что ушедшая Жозефина была ей даже может быть и подругой – ей, Изабель де Риньи де Саваж, у которой никогда не было никаких подруг. С Жозефиной можно было посмеяться, пофыркать, обсудить какие-то частности… теперь нет.

Дверь приоткрывается, там кто-то пришёл и что-то хочет. Изабель решила, что она наверное, самая способная решать разные вопросы, поднялась и вышла. И увидела там заплаканную камеристку Жозефины и… Амандину де Роган, супругу принца Максимилиана, ныне регента при юном короле, и первую даму двора младшей, теперь единственной императрицы.

- Госпожа герцогиня, - приветствовала её принцесса, - её величество желает навестить этот дом сейчас частным образом.

Императрица? Частным образом? Неожиданно.

- Конечно, - что ещё она может сделать или сказать?

Принцесса Амандина даёт кому-то знак, открывают портал и императрица появляется. Высокая и строгая.

- Госпожа герцогиня, - кивает она Изабель без улыбки. – Мне отчего-то не было покоя, пока я приду и не скажу хотя бы про себя прощальные слова этой удивительной женщине.

Надо же, как оно. Изабель молча поклонилась и открыла дверь.

Конечно же, все они там подскочили, но Мари-Луиз кивнула им – не до протокола. И постояла молча некоторое время. А потом поклонилась и вышла.

Изабель оставалась снаружи, взглянула на императрицу вопросительно.

- Я всегда восхищалась умением её покойного величества собирать вокруг себя друзей. Она умела это очень хорошо. И я была бы весьма рада, если бы вы, госпожа герцогиня, присоединились к моему двору – и как супруга министра, и как опытный маг. Ваш родственник маршал де Риньи просится в отставку, мне нужен хотя бы один некромант рядом с его величеством. И просто было бы приятно видеть вас и встречаться с вами. Я не жду от вас немедленного ответа, но если вы решитесь – я буду вам благодарна.

И шагнула обратно в портал. И кстати, любопытно, какое семейство рассталось со своим порталом для императрицы, ведь портал Роганов у старшего принца Анри, а он не собирается возвращаться?

Когда хоронили Жозефину, проститься с ней пришли несколько тысяч человек, Изабель никак этого не ожидала. Да, её, оказывается, любили, в отличие от принцессы Роган, какой бы кровной наследницей та ни была. Это для магов Роганы безусловны, как и любой, наверное, древний магический род. А для простецов – нет, не так.

Но для того, чтобы детям проще жилось в этом снова изменившемся мире, нужно дружить с сильными этого мира. И Изабель через несколько дней прибыла к императрице Мари-Луиз в приёмный час и попросила доложить о ней.

Мари-Луиз приняла её немедленно.

- Ваше величество, - Изабель поклонилась.

- Рада видеть вас, герцогиня. Права ли я, и вы готовы присоединиться к нам?

- Да, ваше величество правы.

- Отлично, скажите, готовы ли вы приглядеть за безопасностью короля? У нас там нет ни одного некроманта. Возможно, вы порекомендуете кого-то.

- Да, конечно. Есть и некроманты, есть и другие хорошие маги.

Это понятно, этим она занималась уже довольно долго. Значит, займётся и впредь.

А потом к ней пришёл Анри де Риньи.

- Изабель, у меня к вам предложение. Выслушайте и не отказывайтесь сразу, пожалуйста.

- Говорите, Анри, но я уже изумлена.

- Вы нужны нам в Академии. Ваши практические знания необыкновенно широки, и если вы будете готовы консультировать студентов, будет очень хорошо.

Изабель даже рассмеялась.

- Анри, у меня нет упорядоченного образования. Я самоучка, и всему, что я знаю из теории, я обязана настойчивости вашего отца, да вы знаете.

- Ничего страшного, вы восполните все возможные пробелы. Это наживное дело, поверьте. Но вы знаете намного больше любого студента, и вы знаете, что делать с девицами-некромантами.

- И много ли у вас девиц? – Изабель даже встрепенулась.

- Две будут поступать нынешним летом, уже прибыли.

Что ж, девицы-некроманты – это повод, да. Она попробует. Вдруг получится?

_____________

Завтра эпилог!

Эпилог

Портрет

Осень 1821

Что за ерунда – позировать художникам? Дени просто бесился от необходимости пребывать в неподвижности так долго, да и залеченные ноги нет-нет да и давали о себе знать. Возмущалась, что с ней нельзя обращаться таким варварским образом.

Но господин Гро, маг-художник, был непреклонен и вежлив. Ещё немного, господин герцог. Ещё четверть часа, и мы завершим на сегодня. А вот госпожа герцогиня смогла уделить портрету намного больше внимания и сил, а у неё студенты! Вас же отправила ко мне её величество!

С её величеством не поспоришь, даже если ты – всесильный военный министр. Вот и приходится сидеть и терпеть, пока тебя рисуют. Откуда только у Изабель берётся терпение на всё это? Она садится в кресло с необыкновенным изяществом, и как будто отрешается от мира. Дени пару раз ловил себя на том, что просто стоит и смотрит, как она позирует господину Гро. Нет, не надоедает.

Он спросил – после, когда художник уже отправился восвояси, впрочем, обещав прибыть наутро. Она же только посмеялась. Сказала – знаешь, я просто пользуюсь возможностью посидеть в тишине. Без детей и студентов.

Студентов-некромантов никогда не было много, но Изабель ещё читала какой-то общий курс, про магов и мир, про магов и окружающую среду, как магам выжить в мире, полном простецов… что-то философское и очень важное. Пусть нынешние юнцы, не заставшие революцию, не представляют, что в таком мире магам может быть и неприятно, и небезопасно,