работы местного мелкого криминала, то ли Делано отделали кто посерьезнее.

Шарик вынул сигару из коробки, откусил от нее кончик шипцами – я сглотнула, этим и пальцы кусать хорошо, – и протянул мне сигару. Я села, пацан проворно удрал, Шарик и Вождь чего-то ждали, я осматривалась.

Я сидела на вымощенной дорожке. Впереди шикарная вилла, вокруг забор высотой ярдов пять, это кто же так расстарался? Журчал фонтанчик, росли тощие пальмочки, перед домом гуляли павлины.

– Я, кхм, Дэй Крэсвелл, – наконец представилась я и сунула сигару в карман. Невежливо, но не критично. Может, они похитили не того человека? – Вам точно нужна именно я?

Вождь кивнул. Шарик тоже.

– Вы какие-то немногословные, – пожаловалась я. – Вы меня есть не?.. Нет? А продавать тоже нет? – Я подумала. А, точно, почка. – И на органы тоже нет?

– Мы не дикари, – всерьез обиделся Вождь и поправил пачку из перьев. На этот раз ту, которая болталась на бедрах. – Вставайте и пойдем.

Успел телефон поймать сигнал или нет? Я встала – тело ломило, но выкаблучиваться был не лучший момент, и мою палатку замотали и куда-то уволокли, а я покорно пошла следом за Вождем и Шариком. Два таких разных человека, чего они от меня хотят?

– Сэр? – окликнула я. Хоть кого, сами там разберутся. – А там птичка была! Попугай. Где она?

Шарик остановился и повернулся ко мне. Я тоже обернулась зачем-то – может быть, потому, что смотрел он явно за мою спину, – ага, не побегаешь, меня конвоировала пара головорезов таких габаритов, что лучше было не дергаться.

– Мы не трогали, шеф, – сказал один.

– Не трогали, – подтвердил другой.

Я скорчила недовольную физиономию – пусть думают, что к чему. Надо узнать про Делано, или не надо, но какую выбрать линию поведения? Они меня точно не знают, иначе не спрашивали бы, кто я есть?

– Зачем я вам?

Мне не ответили. Шарик деликатно похлопал меня по плечу.

– Если Ко и Бо съели вашу птицу, они за это заплатят.

– Я понятия не имею, сколько она стоила, – соврала я. На самом деле я просто не помнила, да и Шарик, как я видела, не шутил.

– Кровью, – прибавил Шарик.

– Надеюсь, что не моей? – съязвила я.

Эта история начиналась так весело – похороны, наследство, полуразвалившийся дом, а чем все кончается? Попытками шутить с главой местной мафии. Да и шутки какие-то невеселые…

– Простите, а вы – Спиногрыз? – блеснула я неуместными, в общем, познаниями.

– Нет, – он совершенно не удивился. – Я Кости.

– Какие же вы кости? – хмыкнула я. Кости у него, разумеется, есть, но где-то под слоем жира.

– Зовут меня так, – объяснил он. – А это Мох.

Я проводила взглядом спину Вождя. Ну, Кости, допустим, на контрасте.

– А почему Мох? – Он здесь вообще растет? Очень странное погоняло.

– Вообще-то Моржовый Хрен, но он не очень любит полное имя, – понизив голос, признался Кости.

– А я вам зачем?

– У вас есть кое-что, что нам очень нужно, – учтиво сказал Кости и указал мне на дверь, в которой исчез Мох. – Мы вас накормим, напоим, а потом отпустим. Можем даже одежду вам принести… И проводить в ванную.

– Давайте сначала по делу, – перебила я. – Не каждый день меня вот так похищают, предварительно потравив какой-то дрянью, да еще заявляют, что у меня что-то есть. Ничего у меня нет, я, конечно, не нищая, но выкуп за меня большой не дадут…

Я рассчитывала услышать про драгоценности. Но Кости только пожевал сигару и опять указал на дверь.

– Люблю деловых людей.

Тени, не в кулинарном смысле, надеюсь.

Глава восемнадцатая

Гануанская мафия жила хорошо. Отлично, я бы сказала. Разносолов на столе было столько, что у меня глаза разбежались по сторонам. Плюс к этому: приборы из серебра, скатерть ручной работы, мебель как в музее. Над головой висела люстра, как-то не очень надежно, и покачивалась от малейшего колебания воздуха.

– Угощайтесь, – предложил Кости, когда я плюхнулась на мягкий стул. – Сок свежевыжатый, фрукты лучших поставщиков, мясо только недавно бегало.

Я отдернула руку от вяленого куска. Не очень понятно, что именно бегало, поэтому я схватила яйцо, расколошматила его о стол и принялась выковыривать ложкой содержимое.

– Ваш дедушка, – важно произнес Вождь, – оказался у смертного одра моего деда.

– Когда это было? – удивленно спросила я. – Точно мой дед? Он сам не таким старым и помер.

– Было?.. – Вождь переглянулся с Кости. – Да лет десять назад. Он сказал: доктор. Мы сказали: доктор – это хорошо. А дедушка все равно умер.

– Соболезную, – без тени эмоций кивнула я. – Лечить мой дед умел только в переносном смысле… И?

Я абсолютно не чувствовала страх. Конечно, зря, обманываться милотой этих бандитов не стоило. Они сначала кормят и поют, а потом или на органы, или в гарем, хотя какой мне в мои-то года гарем, если только уборщицей, я даже готовлю погано.

– Мой дедушка сказал вашему дедушке, где спрятаны сокровища племени. Только вождь имел право знать, но пока ваш дедушка был с моим дедушкой, мой отец и мой дядя выясняли, кто будет вождем.

Изъяснялся Мох вроде бы правильно, но я боялась упустить суть и поэтому вопросительно посмотрела на Кости. Тот почему-то таращился на мой карман…

– Ах, да, – сказала я и протянула ему сигару. – Я пока все равно не хочу, курите себе на здоровье. А о чем он вообще говорит?

– Вождь скончался, передав слова про сокровища не тому человеку, – перевел Кости. – Но поняли это не сразу, а только тогда, когда сначала убили дядю нынешнего вождя, а потом отца.

– О, жестко, – отметила я и принялась за икру. Рыбьи яйца, а стоят как крыло самолета, особенно здесь. – А потом добрались до моего деда, да?

Мох вздохнул. Он почему-то не ел ничего, а ему бы как раз не мешало. Зато я совсем осмелела, подвинула к себе тарелку с экзотическими фруктами, подумала, отодвинула обратно. Я не знаю, что это такое, лучше не рисковать лишний раз.

– Ну мы же не звери, – оскорбился Моржовый Хрен. – Мой дядя умирал долго и мучительно, мой отец умирал долго и мучительно, я бы и сам умирал долго и мучительно, потому что сын у меня уже подрос…

– Но потом к мистеру Кости пришел мистер Делано и стал намекать на поиски клада, и все встало на свои места, да? – блеснула я логикой. – Вы поняли, что дед передал то, что услышал от вашего деда, кому-то другому… Мистер Делано тоже умирал долго и мучительно? Не то чтобы я была