Как оказалось, эльфов тут называли «мерами» и были они одной из трёх разумных рас, населявших этот мир. Меры, люди и зверорасы. Все они делились на отдельные… виды, народы, национальности, каждая со своими особенностями.

Тут я вспомнил Камиллу с её братом, Сиродильцев по происхождению. Они и правда заметно отличались по типажу от остальных жителей деревни. Походу и среди эльфов есть свои разновидности.

Со зверорасами всё куда более странно. Под этим собирательным названием кроется целый зоопарк существ, сочетающих в себе как человеческие, так и звериные черты. Например, Фендал упомянул людей-котов, людей-рептилий, людей с головой быка, великанов, каких-то слоадов… Сказка какая-то…

В ответ на это, он предложил мне самому при встрече сказать им, что они «сказка». После чего добавил, что в случае с великанами говорить надо с расстояния не менее пятидесяти метров, после чего необходимо развернуться и быстро убегать.

Сам он, по своему основному роду деятельности - охотник, а дрова на лесопилке рубит больше для души… ну и от того ещё, что во время последней охоты здорово повредил себе ногу. Сложный перелом голеностопного сустава. Сейчас, благодаря зельям, нога более-менее зажила. Ковылять может, а вот на охоту идти пока рано. Вот и подрабатывает тут.

В ответ я показал свою руку, шрамы на ней и рассказал как торчала сломанная кость, на что эльф уважительно зацокал языком и покачал головой. Так начался мой первый рабочий день в этом мире.

Глава 4

Практика показала, что нарубить дровишек для мангала и рубить дрова весь день - это две большие разницы. А ещё и этот козёл ушастый посмеивается, глядя как я потею! Ну нет у меня привычки к физическому труду, и что такого? У каждого свои таланты. Вон, рисовать картины я тоже не умею, и что? Не человек уже что ли?

Впрочем, мужиком Фендал оказался нормальным, правильным. Мозг мне не парил, не подгонял и не возражал, если я делал паузы для того, чтобы немного отдышаться. Разве что байки всякие травил непрерывно.

К примеру, он рассказывал как однажды подстрелил медведя одной стрелой, попав ему прямо в глаз, с трёхсот метров, ночью, в грозу… И при этом, похоже, не врал. Преувеличивал, наверняка, но что-то похожее, наверняка, было.

Сам он, как и Камилла с братом, оказался беженцем с всё той же войны. Правда, в отличии от них, с другого региона, да и был он тогда не подростком, а молодым эльфом ста с небольшим лет отроду. Охренеть! Эти ушастые ещё и живут в разы больше людей! Нет в жизни справедливости…

Судя по тому, как Фендал трепался, он испытывал сильный дефицит общения. Как оказалось, жители данной провинции, живя в своём медвежьем углу, и без того не сильно привечали чужестранцев, а тут ещё и эльф. Как с таким дружить? Пускай, вон, по лесам лазает, дичь бьёт.

Ведь минувшая война, нагнавшая в Скайрим столь нелюбимых тут беженцев, была не просто между двумя государствами, политическими силами, а, по сути, это была война эльфов против людей. Причём руководство эльфийской правящей партии «Талмор» провозглашало свой народ «высшей расой», прочие народы ушастых - своими слугами, а людей и зверорасы - своими рабами.

Эльфы - фашисты… Надо же! А Фендал, насколько я понял, оказался у себя на родине кем-то вроде диссидента, борца с режимом и всё такое. Не все жители восприняли с восторгом выход из состава Империи и военный союз с Талмором против прежних друзей, далеко не все.

Было не просто понять суть той ситуации. Я и без того не слишком освоился в реалиях этого мира, язык знаю кое-как, а тут премудрости социальных отношений между живущими в густых лесах эльфами.

Сначала несогласных с политикой партии начали штрафовать, потом отбирать имущество, ну а потом наиболее активно протестующие начали просто пропадать без следа. Когда же начали грести в армию всех, способных держать в руках оружие, Фендал, так же не одобрявший происходящее, но более… осторожный в высказываниях, пустился в бега.

Глубокой ночью он бросился в бурную реку, по которой проходила граница между Валенвудом и Сиродилом и поплыл к противоположному берегу. Когда он выбрался из воды его сердце защемило, и он обернулся, чтобы мысленно попрощаться с родными лесами. Это его и спасло.

Благодаря тому, что он стоял в пол оборота, свистнувшая секунду спустя стрела не вонзилась в его сердце, а ударившись под острым углом о правую лопатку не смогла её пробить, а просто распорола ему половину спины. Спина не ноги… Бежать он мог, по крайней мере какое-то время, а дальше ему пригодились взятые с собой целебные зелья.

Чуть отлежавшись в первом же трактире, Фендал, понимая как дальше будут развиваться события, преодолел пешком весь Сиродил и осел в Скайриме. Прямо вот тут, в Ривервуде. Даже дом здесь себе построил, благо руки у него растут из плеч, вон, как ловко топором орудует! Да и вообще, по его словам, за долгую жизнь успел сменить немало профессий.

Разумеется, если бы я прожил ещё сто лет, то знал бы и умел куда больше чем ушастый, но, надо признать, он был ценным источником информации. Да и иметь с ним дело было просто и не напряжно.

Кое-как отработав день дополз до трактира и рухнул на свою койку. Все мышцы болели. Сколько же вас, оказывается… Чуть отлежавшись пошёл в общий зал, где плотно поужинал и снова вернулся в кровать.

А ведь ещё и на свиданку идти… Сейчас эта мысль уже не казалась особо привлекательной. Но, что делать? Надо, Федя, надо! Не ради сиюминутных радостей, а на перспективу.

Это может я сейчас несколько не в форме, но пройдёт немного времени, я попривыкну и вполне буду готов к «подвигам». Сейчас важно «клиента» не спугнуть, а пропуск свидания, особенно без уважительной причине, явно не добавит мне очков в её глазах.

Ну а если Камилла примется до меня домогаться со страшной силой, что, как кажется, для второго свидания маловероятно, то всегда можно можно использовать одну из бабских отмазок, мол «я не такая!», «давай не будем спешить…» и коронное: «У меня голова болит!»

Пока валялся на своей койке и переваривал ужин, слушал, как в зале таверны гуляет местный пролетариат. Вот же быдло… Походу опять кому-то морду бьют… Правда бьют тут, насколько я понял, чаще по обоюдному согласию, этакая дуэль. За угол не отходят, а выясняют