целую вечность. Просто умираю, как хочу трахаться!

А жена, покачивая бёдрами в такт музыки, поглаживает своё шикарное, сексуальное тело. Приподнимает волосы, крутит головой, длинные пряди рассыпаются по плечам.

Откровенно пожираю её глазами. Кажется, грудь Иды стала больше?!.. Наверное, какое-то навороченное бельё.

Представляю, как срываю с неё это платье, нижнее бельё, лапаю её классные сиськи, загоняю свой член во влажную, узенькую щёлочку и жёстко трахаю её всю ночь… Су-у-ка! Как же она заводит меня…

И не только меня. Все мужские взгляды прикованы к ней! Я начинаю беситься.

К Иде присоединяется Юля, секретарь брата, и они начинают танцевать вместе. Двигаясь в такт музыки, девушки смеясь, поглаживают друг друга по плечам и рукам, иногда обнимая партнёршу за талию, о чём-то шепчутся.

Так и слышу заливистый смех жены. Раньше мне нравилось шутить, щекотать, устраивать весёлые перепалки. Делать всё что угодно, лишь бы услышать его в награду. К сожалению, я больше не могу позволить себе эту роскошь. Теперь только наблюдать со стороны…

— М-м-м, мои сладкие девочки, танцуют вместе, — вырывает меня из раздумий довольный голос брата.

Я кидаю на него гневный взгляд. До побелевших костяшек сжимаю свой стакан с крепким напитком и рычу:

— Эй, полегче, вообще-то, одна из них, всё ещё моя жена!

— Это ты полегче! Ты, наверное, забыл, что пока ты не объявился, Ида была моей девушкой и лучшим другом. Хорошо, что им она и осталась. Несмотря на всё, через что мы прошли, по твоей вине! — напоминает мне Алекс.

Мне становится стыдно и уже спокойнее, говорю:

— Прости, братишка. Я просто безумно влюбился в неё…

Брат, в недоумении, перебивает меня:

— Так, какого хера, ты сидишь здесь, как евнух, вместо того, чтобы зажать свою жену в укромном уголке и …

Теперь настала моя очередь перебить брата:

— Дьявол! Не сыпь мне соль на перец!

— Ну и идиот же ты, брат, — вздыхает Алекс, кидает в меня мандарин и снова переключает своё внимание на девушек.

Невозмутимо ловлю цитрус в полете, и кладу его на стол. Я в форме!

— Да ещё какой идиот. Таких поискать… — горько отвечаю я, залпом допиваю свой джин и со словами: — Я домой — решительно встаю.

Бросаю взгляд на Иду. Сталкиваюсь с её глазами. В них столько надежды. Знаю, что она хочет, чтобы я спустился с чёртового балкона. Подошёл к ней, прижал к себе и закружил в медленном танце. Тем более музыка располагает. И я этого хочу, очень хочу…

Но как полный идиот качаю головой, разворачиваюсь и уверенно отдаляюсь от любимой женщины. Это мой выбор.

Накидываю пальто и выхожу на воздух.

Медленно падает снег. Тишина. Если не считать музыку, доносящуюся из клуба. Нарушаю безмятежность чирканьем зажигалки. Прикуриваю сигарету. Жадно затягиваюсь. Поднимаю голову к ночному небу. Прикрываю глаза. Выдыхаю дым.

Алексу меня не понять. Я псих. Нет, я хуже… Моя девочка — мой персональный наркотик. Мне без неё безумно плохо, но и с ней я словно одержим. Я стал зависим от неё и это чертовски хреново.

Когда Ида сказала, что между нами всё кончено… Когда осознал, что несмотря на все мои усилия, жена меня не любит, не верит и не простила, я просто обезумел и столько всего на*уевертел… Больше не подпущу её к себе. Потому что, если она снова… То я опять сорвусь и… Потеряю всё!

Стоп, Демид! Х*ли ты тут сопли распустил?!

Всё! Хватит. Сейчас поеду домой. Как всегда, отхерачу боксёрскую грушу до изнеможения, потом под холодный душ. И полегчает…

* * *

Ида

Каждый день я всячески провоцирую мужа. В награду, ловлю на себе его обжигающие взгляды… Но, как назло, сквозь опущенные ресницы. И всё. Мой максимум. Непробиваемый и непоколебимый Демид. Крепкий орешек.

Я же чувствую, он на взводе, но пока ещё сдерживается.

На днях я захотела поправить ему галстук.

Делаю шаг вперёд, протягиваю руки. Но муж отшатывается назад. Смотрит на меня

За секунду я вижу на его лице несколько сменяющих друг друга сильных эмоций. Страсть. Боль. Отчаяние. И снова маска безразличия.

— Ида, что ты делаешь? — ледяной голос, рассекает тишину кабинета.

— Хочу поправить твой галстук, — спокойно говорю, облизывая мгновенно пересохшие губы.

— Это не входит в твои обязанности! — добивает меня последним выстрелом в сердце, разворачивается и решительно выходит из помещения.

Вот и всё. Такой прогресс у нас за месяц.

Правда теперь у меня появилась отличная возможность пробить оборону Демида и восстановить наши отношения.

Ведь на корпоративе он так смотрел… Нежно и одновременно, страстно. В его взгляде были и боль, и умиротворённость. Как будто бы его, что-то сильно мучает, но на секунду он позволил себе об этом забыть…

Этот неописуемый взгляд проник мне прямо в сердце. В нём явно читалось, как сильно он скучает по мне.

А ещё Демид практически раздел меня глазами и…

После этого мне в голову пришёл отличный план.

Пора предпринимать более решительные действия. На этот раз я припру Демида к стенке.

В первую очередь звоню Алексу. Встречи с ним я старательно избегаю. Парень слишком проницателен. Ещё догадается о том, о чём Савицким пока знать слишком рано…

16. Миссия (не)выполнима

После третьего гудка друг берёт трубку.

— Привет, сладкая. Чем обязан?

— Мне очень нужна твоя помощь, — перехожу сразу же к делу.

— О как?! Я всегда к твоим услугам. Но говори быстрее, я бегу на совещание. Что нужно сделать? — торопливо спрашивает друг.

— Ты можешь увести родителей из дома, сегодня вечером?

— В этом нет необходимости. Они уехали в санаторий, — уверенно отвечает Алекс.

— Отлично, — выдыхаю и, покусывая губы, продолжаю: — Тогда пункт два. Нужно, чтобы ты провёл с Демидом время, вне дома, а потом… потом…

Мне неловко просить его об этом. Учитывая наше прошлое. Хоть мы и остались друзьями…

— Привёл его и свалил? — перебивает Алекс серьёзным тоном.

— Неловко просить тебя об этом…

— Да, ладно, Гартман, прекрати. Затащу брата в бар на пару бокалов горячительного. А потом привезу домой и исчезну. К полуночи, нормально? — невозмутимо перебивает меня парень.

— Да. Спасибо, — смущённо благодарю друга, прощаюсь и сбрасываю вызов.

Конечно, мне всё это даётся нелегко. Я никогда и никому не устраивала свиданий. Обычно их устраивают для меня. Но если это поможет вернуть мужа, то я переступлю свою гордость и сделаю это.

* * *

Почти полночь. Окидываю придирчивым взглядом гостиную Савицких.

По всей комнате расставлены свечи. Они создают интимный полумрак и настраивают на романтический лад.

Тихо