Эта сила...

Она поражала, опьяняла разум. Но была не моя и могла принадлежать лишь носителю огненного драгона.

Форс! Я все-таки украла у него магию, соприкоснувшись с ним столько раз!

Интересно, а что будет, если я призову воду?

С легкостью потушив пламя, я перевела настороженный взгляд на кран с водой.

Прошло всего пару секунд, и струя подчинилась мне. Она отделилась от крана и поднялась в воздух, принимая форму сферы. Я, словно зачарованная смотрела, не в силах отвести взгляд, а после осторожно приблизила лицо и легонько подула на нее, в результате чего сфера сразу же заледенела.

Поразительно!

Шар рухнул в ванну, разбившись на множество ледяных кусков, но я не собиралась останавливаться.

Пульс стучал в висках. Приятная дрожь пробирала до кончиков пальцев.

И в следующее мгновение я стихией ветра подняла до потолка практически все предметы в ванной комнате, а после подчинила и землю из горшка с цветком, придав ей незамысловатую форму, словно вылепила из глины.

Это невозможно, нереально...

Драконы могли управлять лишь одной стихией, а я управляла всеми четырьмя в полной мере, без единого драгона внутри.

Никто в империи не обладает такой силой!

От осознания происходящего меня затошнило. Я нагнулась, схватившись за края ванны, и попыталась отдышаться, стараясь не поддаваться панике.

Спокойно, Лисса...

Этому должно быть какое-то объяснение!

Метка на плече горела, доставляя дискомфорт. Она всегда так себя вела, когда я с кем-то соприкасалась или использовала магию.

Но откуда у меня, у обычной полукровки сила, о которой мечтали императоры? Сила владения всеми четырьмя стихиями?!

Это делало меня не просто опасной, а всемогущей...

Вот только мне это всемогущество было не нужно. К тому же оно, скорее всего, носило временный эффект.

Мне нужна помощь!

Что-то подсказывало мне, что это все не просто так. Ведь если метки сами по себе не появляются, значит, их кто-то ставит...

И этот «кто-то», наверняка, сейчас находится где-то рядом и следит за мной.

Время было шесть утра, до лекций оставалось два часа.

Я решила немедленно собраться и пойти к единственному преподавателю, которому могла доверять...

Профессор Зелински никогда не спал в это время суток, страдая от бессонницы. Я знала это, так как часто приходила к нему до занятий. Надеюсь, он сможет пролить свет на происходящее. Только нужно действовать завуалировано и очень осторожно...

Иначе меня предадут Имперскому суду.

И тогда кто знает, что со мной захотят сделать?!

9.2

Быстро переодевшись в форму Академии, я взяла сумку с книгой по магическим символам и вышла из комнаты.

Лекции еще не начались, поэтому в коридоре было пусто.

Радуясь тому, что не придется терпеть перешептывания и презрительные смешки с самого утра, я направилась в кабинет по зельеварению.

Мандраж до сих пор не отпускал...

Я чувствовала легкое покалывание на кончиках пальцев, жжение метки на плече и смутное волнение, что постепенно нарастало внутри.

Нужно успокоиться.

Шумно вздохнув, я прошла весь путь от комнаты до учебного корпуса, взбодрившись от утреннего ветерка на мосту, и вскоре уже стояла у кабинета профессора Зелински.

Я подняла руку, собираясь постучать, как неожиданно услышала звук разбитого стекла и тут же ворвалась внутрь.

— Профессор, с вами все в порядке?! — взволнованно спросила я, пристально глядя на пожилого мужчину, уронившего очередную колбу.

Главное, чтобы вещество оказалось безобидным, а не как в прошлый раз, когда кислота виверны прожгла стол вместе с полом и чуть не лишила нашего преподавателя руки.

— О, Лиссонька! — обрадовался он, взглянув на меня из-под опущенных очков. — Не ожидал тебя увидеть сегодня.

— Что это?

— Это пыльца эйшернов... — восхищенно ответил профессор, чуть задрав нос. — Невероятно удивительная вещь!

— И, надеюсь, безопасная?

— Ты, как всегда, проницательна, — неловко подметил он, и я тут же положила сумку на стол, собираясь ему помочь. — Не стоит так переживать за неуклюжего старика.

— И все же... — задумчиво произнесла я, поднимая и осторожно разглядывая склянку с серебристым порошком внутри. — Что-то я не припомню у нас такого ингредиента в списке веществ.

— Это потому, что он очень редкий и делается из перемолотых костей эйшернов, так похожих на драгонов.

— Но эти существа охраняются империей! — поразилась я.

Эйшерны — это маленькие колючие ящерицы, считающиеся потомками драгонов, которые живут отдельно от своих носителей.

Как профессору удалось достать этот запрещенный компонент? Неужели побывал на Темном рынке?!

— Не осуждай меня, — отмахнулся он. — Лучше послушай, что я обнаружил...

Я замолчала, так и застыв от любопытства со склянкой в руке.

— Один из компонентов этой пыльцы способен полностью изменить свойства любого вещества.

— Как именно?

— Загадка, — таинственно ответил преподаватель. — На один и тот же материал пыльца действует всегда по-разному. Например, в первом эксперименте она заставила растение цвести, а во втором — превратила его в камень.

— Поразительно!

Никогда не перестану восхищаться наукой и свойствами удивительных веществ, наполняющих наш мир.

— Ах, да... — вдруг произнес он, словно опомнившись. — Ты что-то хотела?

— Да, — спохватилась я, продолжая аккуратно собирать склянки с пыльцой. — Я пишу исследовательскую работу на тему магических рун.

Профессор изумленно вскинул бровь.

— Работа требует тщательного изучения, а я не знаю, с чего начать.

Я нервничала.

Мистер Зелински выпрямился, как только мы полностью собрали весь порошок, а затем капнул красной жидкостью из колбы на пол. Паркет у стола вспыхнул розовым пламенем и мгновенно погас, не оставив и следа от происшествия.

Тщательная уборка.

— Помогу, чем смогу. Символы невероятно сложны и обширны, но все они делятся на определенные категории.

— На элементы стихий?

— Не только. Есть и такие, которые могут запечатывать или наоборот усиливать магию.

— Что? — переспросила, словно ослышалась, пока внутри все холодело от волнения. — Разве такое возможно?

— Конечно, — усмехнулся он, от чего его очки вновь сползи на нос, и я увидела лучистые морщинки в уголках его глаз. — Они запрещены законом, но они есть.

Я нервно сжала пальцы и осмелилась задать главный вопрос:

— А полукровки могут использовать эти руны?

— К сожалению, нет. У нас нет драгона внутри, а, значит, магические символы нам недоступны.

— Но руны это и есть магия... — процитировала я слова магистра. — А магией мы немного, но владеем.

— Я бы не назвал это так, — задумчиво произнес профессор, опираясь рукой о край стола. — То, чем владеем мы — не магия, а скорее отклик стихии на ту малую каплю драконьей крови, что течет в наших венах. Впрочем, это лишь мои догадки. Насколько мне известно, множество ученых до сих пор спорят на эту тему.

Все это слишком запутанно.