– Никогда не говори никогда, Клод. Люди способны на многое в определенных обстоятельствах.

– Что ты имеешь в виду?

– Думаю, ты скоро поймешь. – моих губ касается слабая улыбка.

Встань он тогда на мою сторону, я бы помогла. Я бы даже раскрыла им свою личность, дабы попытаться вытащить из кризиса. Встань хотя бы один человек на мою сторону, выслушай меня хоть один. Хоть кто-нибудь. Я бы не работала с Томасом. Я бы работала с Роше. И вот сюрприз, мне бы все равно пришлось раскрыть свою личность, выйти из тени. Забавно получается, да?

– У тебя все хорошо? – вдруг спрашивает он, и я киваю, отчетливо понимая, что это хрень полная. У меня все не хорошо. Мне кажется будто я тону и не вижу берега. События просто происходят, и я ни одно не могу контролировать. Точно течение, меня уносит, и мне остается только грести, пытаться удержаться на плаву.

– Можешь подняться. – повторяет Клод и указывает наверх. – Но там Селин и другие сотрудники. Сегодня день рождения Роше. Они решили, что даже если он станет последним, нужно отпраздновать.

– Понятно. – просто отвечаю я, понимая, что мне больше нечего сказать.

Между нами повисает это неловкое напряжение, которое разрывается только, когда Клод уходит. Выдохнув, я стискиваю кулаки и подхожу к лифтам. Каковы шансы, что я встречу всех, кто выгнал меня? Каковы шансы, что он тоже там?

Кажется, я задерживаю дыхание.

Я не дышу, когда поднимаюсь наверх, не дышу, когда створки лифта распахиваются, не дышу, когда выхожу. За стойкой ресепшен никого. Вокруг тоже. Откуда-то издалека доносится приглушенная музыка и голоса. Видимо, вечеринка в зале для совещаний дальше по коридору. Отлично. Возможно, мне удастся забрать блокнот и уйти незамеченной. Быстро направляюсь в сторону кабинета дизайнеров. Стук моих каблуков разносится эхом в пустом пространстве. Сердце выпрыгивает из груди. Только подхожу к знакомой двери, как буквально прирастаю к месту.

Из кабинета в другом конце коридора выходят двое. Элиот вместе с Селин. Что-то глубоко внутри болезненно сжимается. Словно лишний орган, оно мешает, сдавливает грудную клетку. И чем дольше я смотрю на них, тем сильнее боль. Селин улыбается, а на моих глазах собираются слезы. Она что-то говорит ему, и он слегка посмеивается. Клянусь, в моих ушах этот смех звенит. Так, громко, что это почти оглушает.

Не могу пошевелиться, могу только смотреть. Как он притягивает ее к себе и обнимает.

Она вырвала мне сердце и смешала его с грязью.

Его руки на ее талии. Ее голова на его плече. К моему горлу подкатывает тошнота.

Ты хочешь ее вернуть?

Нет. Не знаю.

Не знаю.

Не знаю.

Не знаю.

Он никогда этого не отрицал. Никогда не говорил, что ничего не испытывает к Селин. Он никогда ничего мне не обещал. И вот она реальность. Что если?..

Нет.

Стряхиваю с себя все мыли об Элиоте Бастьене вместе с одной единственной слезой, что стекает по щеке. Он не боролся за тебя. Он отказался от тебя. Он даже не пытался поговорить. Не пытался выяснить, что произошло.

Получается, все, что было между нами ничего для него не значит. Это ничего не значит, пока он не докажет обратное. Я хватаюсь за эту мысль, как за спасательный круг.

Они отрываются друг от друга. Селин на мгновение поворачивает голову и тут же замечает меня. Элиот прослеживает ее взгляд и наши глаза встречаются. В его вспыхивает явное удивление. Даже с такого расстояния я вижу, как его брови взлетают вверх. Даже с такого расстояния вижу эту щетину, которой не было раньше. Эмоции подкатывают к горлу, застревают там, потому что дни показались месяцами, но мое лицо ничего не выражает.

Все, что было между нами, ничего для него не значит.

Именно поэтому, когда он делает шаг ко мне, я делаю глубокий вдох и отворачиваюсь, толкая дверь в кабинет дизайнеров.

Сосредоточься, Эва.

Бросаюсь к стойке с красками. Ищу глазами кожаный переплет. Пусто. Перехожу к столу, на котором кучей свалены куски ткани и бумага. Прядь волос выбивается из хвоста, и я убираю ее за ухо, продолжая рыться на столе. Тогда то я и слышу его голос.

– Эва.

Может ли одно простое короткое слово заставить все органы внутри взорваться? Оказывается, может. Особенно, когда его произносит кто-то, кого ты…кто разбил тебе сердце.

Я не поднимаю глаз, хоть и вижу его где-то на периферии. Просто продолжаю искать. Я ведь здесь для этого.

– Что ты здесь делаешь?

Почему его голос такой уставший?

Путь не говорит. Пожалуйста, Элиот, замолчи.

Раскидываю бумаги в стороны. Ничего. Моего блокнота нет. Где еще он может быть?

– Что ты ищешь?

Здесь нет. Где я еще рисовала? Вспоминай, Эва. Думай только об этом. Не о нем.

Кабинет Клода.

Пролетаю мимо Элиота, даже не взглянув на него, и распахиваю дверь кабинета напротив. Включаю свет и не узнаю это места. Никакого привычного хаоса. Стол пустой, на диване нет эскизов, тканей, ниток. Ничего. Словно здесь никогда ничего и не было.

– Клод решил работать из дома. – слышу голос за спиной, он отдается эхом повсюду. Внутри меня. Снаружи. В каждой чертовой клеточке.

Клод бы упомянул, если бы нашел чужой блокнот в своем кабинете. Верно? Значит, его здесь и не было. Ни здесь, ни в кабинете дизайнеров. Тогда где еще?

– Эва.

Пожалуйста, перестань называть меня по имени. Эвы больше нет. Только Эден.

Кухня.

Разворачиваюсь и устремляюсь дальше по коридору.

Пожалуйста, не иди за мной. Ты никогда не останавливал меня. Не начинай сейчас. Потому что я не смогу остаться. Не смогу пережить все заново по новому кругу.

Молюсь, чтобы Элиот услышал меня. Молюсь, потому что не могу сказать это ему в глаза.

Захожу на кухню и резко останавливаюсь. За столиком сидят Стелла с Диной, выпивая и громко смеясь. Их смех затихает, как только они замечают меня.

Игнорируй.

Направляюсь к шкафчикам у раковины.

– Кто тебя впустил? – усмехается Дина за моей спиной. – Решила еще что-нибудь украсть?

– И что это на тебе? – продолжает Стелла. – Решила поиграть в показ мод?

Затем они обе заливаются смехом.

Просто игнорируй.

Продолжаю открывать шкафчик за шкафчиком.

– Хорошая попытка. – сквозь смех говорит Стелла. – Но неудачная. Чтобы ты на себя не нацепила, суть не изменить. Ты все равно останешься слабой серой мышкой, которую вышвырнули за дверь.

– Даже Клод, за которым она ходила хвостом. – добавляет заплетающимся голосом Дина.

Где этот долбанный блокнот? Не могу здесь больше находиться. Открываю