Мужчина изо всех сил пытался говорить, но у него не получалось. Вернулся с чашей воды Найл.

— Выведи людей наружу и жди нас там, — приказал Лью и снова наклонился над Бору.

Бран осторожно поднял голову пленника, а Лью наклонил чашу. Несчастный Бору сделал глоток и поперхнулся. Когда спазм прошел, Бран еще раз попробовал напоить его.

— Ската… она… — Он зашелся в кашле.

— Да, Ската, — потребовал Лью. — Где она, Бору?

— … Я знал, что ты вернешься… — Бору попытался улыбнуться, но получилась гримаса. Из потрескавшихся губ показался черный язык. Лью смочил пальцы и провел по языку Бору.

— Где Ската? Где ее дочери? Бору, ты знаешь, где они?

Веки Бору затрепетали, и его измученное тело содрогнулось. Он неожиданно вздохнул так глубоко, что мне показалось, будто его душа отлетела. Но Лью удерживал его в этом мире. Он наклонился ниже и раздельно произнес:

— Только ты знаешь, где они. Бору, скажи: Ската жива?

Веки несчастного с трудом открылись, глаза яростно сверкнули.

— Ллев… Ты здесь…

— Бору, где Ската и ее дочери? Они здесь? Они живы?

Бору напрягся, пытаясь что-то произнести.

— Пещеры… морские пещеры… — прохрипел он, и я подумал, что этот голос исходит уже из-за пределов жизни. Едва выговорив это, Бору закатил глаза, тело его расслабилось, он уже не в силах был держаться за жизнь, и она покинула его.

— Отдохни, брат, — тихо произнес Лью и осторожно опустил обгоревшую и разбитую голову Бору на пол.

— Морские пещеры, — сказал Бран. — Ты знаешь, где это?

— Да. На западной стороне острова есть пещеры. Мы там бывали… иногда.

— Далеко?

— Нет, — сказал Лью, — но нам понадобятся лошади, чтобы добраться туда до возвращения Мелдрина.

Бран встал, быстро осмотрел зал и вернулся с пепельным лицом.

Лью посмотрел на него.

— Что ты нашел?

В ответ тот поманил нас за собой. Он привел нас в покои Скаты в дальнем конце зала. Гован лежала на кровати на овчинной шкуре, обрывки платья прикрывали бедра. Ее долго насиловали; а когда захватчики устали от этого развлечения, ей просто перерезали горло. Голова мертвой склонилась набок, стеклянные глаза смотрели вверх.

Лью застонал и прижался ко моему плечу.

— Тело холодное, — тихо сказал Бран. — Она умерла до того, как мы пришли.

Лью двинулся вперед. Я схватил его за руку и удержал.

— Нет времени. Спасём живых, если сможем.

Он высвободил руку и подошел к кровати. Выпрямил ноги Гован, сначала правую, затем левую, опустил платье, прикрыв их. Сложил руки на груди, нежно поправил голову и концами пальцев закрыл ей глаза. Постоял, глядя на нее сверху вниз, а когда снова отошел, она выглядела так, словно спала, если бы не кровь и жестокая рана на шее.

Не говоря больше ни слова, Лью вышел из комнаты и направился к выходу из зала. Бран перехватил его на пороге.

— Одному будет сподручнее, — тихо сказал он. — Я пойду.

— Ты не знаешь, где находятся пещеры, — сказал Лью. — Пойдем вместе. — Он повернулся к Найлу. — Отведи людей обратно на пляж и ждите корабли. Мы найдем вас там.

— Как ты собираешься их искать? — спросил я. — Корабли с копьями пошли в бухту отвлекать воинов от зала. Люди Мелдрина готовятся к бою, чтобы не допустить высадки десанта. По плану корабли должны уйти и продолжить путь вдоль берега, якобы подыскивая подходящее место для высадки воинов. Мы надеялись, что Мелдрин бросится в погоню, и это даст нам время спасти пленников. Отряд Кинана должен ждать в засаде, пока враг не уйдет, а потом уничтожить корабли Мелдрина. После выполнения задач оба отряда должны вернуться в бухту, где мы сошли на берег; туда же придут корабли, обойдя остров.

А что теперь? Мелдрин уйдет из залива, как и планировалось, но Лью придется идти туда же, чтобы найти Скату и ее дочерей. Незаметно их не спасешь, а рисковать обнаружить себя мы не могли.

— Ты не сможешь пересечь остров днем — это слишком опасно и путь неблизкий.

— Другого выхода нет! — рявкнул Лью, выходя во двор. Он взглянул на залив и дым, поднимающийся над пляжем — это Кинан поджигал флот Мелдрина. — Надо остановить Кинана.

Мы побежали к скалам над заливом. Шесть кораблей низко сидели в воде, их паруса и корпуса горели. Кинан и его люди ушли; они выполнили свою часть задачи.

— Поздно, — вздохнул Лью. — Мы могли взять один из этих кораблей.

— Иди к пещерам и оставайся там. В сумерках мы пришлем за вами корабль.

Бран и Лью отправились на запад. Я обратился к Воронам.

— Найл, веди людей в бухту и дождись кораблей, — сказал я им. — А вы — Гаранау, Эмир, Алан и Дастун — пойдете со мной.

Найл и воины ушли, а оставшиеся Вороны пошли за мной обратно в зал.

Гаранау и Дастун подняли избитое тело Бору. Я снял плащ и расстелил его на полу. Эмир и Алан завернули в него тело. Пока Бору выносили из зала, я отвел Эмира и Алана в покои Скаты. Там мы завернули тело Гован в шкуру с постели и вынесли скорбную ношу в поле. На холме над каэром Вороны мечами вырыли неглубокую могилу. Мы положили тела рядом и быстро замаскировали место захоронения.

Я взглянул в сторону бухты, но ее отсюда не было видно. И никаких признаков отряда Мелдрина. Я повернулся к холмам, по которым скользили тени облаков; это хорошо, не так заметны наши передвижения. Но это был последний проблеск моего внутреннего зрения. Тьма погасила все образы.

Мы вернулись через холмы и вниз по скалам к небольшой каменистой бухте, где сошли на берег на рассвете, и присоединились к остальной части отряда. Оставалось ждать.

Дастун нашел сухой камень, и мы уселись на него вместе.

— Пора бы Кинану быть, — сказал Дастун через некоторое время. Он встал и стал нетерпеливо расхаживать по берегу.

Задувал свежий ветер с моря, волны шумели и бились о скалы. Мы ждали. Дастун вернулся и встал надо мной.

— Что-то не так, — сказал он. — Они должны были прийти давным-давно.

При этих словах у меня