— Ты что-то увидел?

— Нет. Но если наш план сработает, пройдет немало времени, прежде чем Мелдрин осмелится еще на кого-нибудь напасть. Так что попытаться стоит.

Над водой прогремел очередной раскат грома, и эхо в утесах многократно повторило его.

— Плавание будет непростое, — проговорил Лью.

— Тем лучше. Никто не ждет, что кого-то понесет навстречу буре.

С пляжа донесся крик.

— Идем, — сказал Лью, — можно подниматься на борт. Нехорошо быть последними.

По самой кромке воды мы направились к кораблю. Лью шел с копьем и щитом, я — со своим посохом. Люди потянулись за нами и вскоре все оказались на борту. Предстояло нелегкое плавание, но ветер тянул свежий, а значит, путь не займет много времени. Море раскачало как следует, паруса выгибались и потрескивали, мачты стонали, острые носы кораблей бестрепетно встречали мощные удары волн. Весь этот день и долгую ночь волнение не стихало.

На рассвете над грифельно-серым морем уже показался серебристо-зеленый мыс Инис Скай. Однако мы не стали сходить на берег, а опустили паруса и стали ждать темноты. Солнце очень медленно двигалось по небу, или нам так казалось. Пока корабли качались на волнах, люди пытались спать или лениво поправлять заточку мечей. Примчалась туча, и только тогда солнце, полускрытое серым облачным плащом, с какими-то лохмотьями по краям, опустилось за край мира, чтобы начать путешествие по нижним приделам. Тьма сгустилась на востоке и быстро растекалась над водой. С острова нас больше нельзя было заметить. Лью подал сигнал, и корабли подняли паруса.

Мы подошли к Инис Скай с запада и зашли в бухту, указанную Лью. Воины спрыгнули за борт и по сильному прибою с трудом выбрались на берег. Стоянка здесь считалась не самой лучшей, поэтому дождавшись окончания высадки, корабли ушли в море. Воины собрались на узком берегу и под водительством Лью начали подниматься по расщелинам, засыпанным камнями. Добравшись до вершины, мы двинулись вглубь суши, чтобы к утру оказаться на намеченной позиции.

Мы довольно быстро шли без факелов, хотя многие спотыкались на неровной тропе в темноте. Лью вел отряд, безошибочно ориентируясь на местности: тремя колоннами мы спешили к назначенному месту, чтобы успеть до восхода солнца.

Неровная тропа сменилась длинным пологим спуском с холма, и лишь шорох раздвигаемой травы выдавал наше движение. Мы прошли ускоренным маршем через холмы, небольшие ручьи, вздыбленную заднюю часть острова и вышли на место вовремя. Пока люди отдыхали в лощине и ждали рассвета, Лью, Кинан, Бран и я поднялись на вершину холма, откуда открывался вид на поселение Скаты: несколько воинских хижин и подсобных строений — кухонь, зернохранилищ и складов — окружали большой зал с высокой крышей.

Я сидел спиной к склону холма, в то время как остальные лежали на животе, наблюдая, как рассвет постепенно освещает местность внизу.

— Он здесь. Мы не ошиблись, — сказал Бран. — На тренировочном дворе полно лошадей. Только что-то многовато. У меня получается около двухсот.

Кинан тихо выругался.

— Высокомерный пес! Давайте возьмем его прямо сейчас.

— Полегче, брат, — остановил его Лью. — Сначала Ската и остальные.

— Но он же ничего не подозревает, а мы готовы сражаться. И бежать ему некуда. Людей с ним столько, сколько есть, и больше не будет. Говорю же: надо атаковать! Сейчас мы можем победить.

— Не победить, а погибнуть, — холодно произнес Лью. — Сам подумай, Кинан, их в пять раз больше. Они просто задавят нас числом.

— Лучшего шанса у нас не будет, — проворчал Кинан.

— Послушай, — сказал Лью, — я презираю Мелдрина так же, как любого из его отряда. Но если нас убьют здесь по нашей глупости, сотни людей в Динас Дуре не дождутся нашего возвращения. У нас есть цель, вот ее и будем придерживаться. Согласен?

Кинан неохотно кивнул.

— А что, если их уже убили?

— Я не вижу признаков битвы, — сообщил Бран. — Не похоже, чтобы здесь сражались.

— Он мог убить их и без боя, — заметил Кинан. — С него станется.

Я перекатился на бок и присоединился к остальным.

— Мелдрин пришел сюда за чем-то, — предположил я. — И если он еще здесь, значит, не нашел того, что ищет.

— Тогда мы не опоздали, — вслух подумал Кинан. Я слышал, как он шевельнулся на земле. — Лью, мы теперь… Лью?

Лью не ответил. Я услышал шорох рядом со мной и быстрые легкие шаги. Мысленно я увидел, как Лью встал и шагнул к вершине холма, сжимая копье левой рукой. Он поднял копье над головой. Красно-золотое сияние рассвета залило его сиянием, словно Героя Света. Мгновение он стоял неподвижно, потом повернулся и медленно пошел вниз по склону холма к отряду. Я встал и пошел рядом.

— О чем думаешь, брат? — спросил я. Он прижался лбом к древку копья. — Лью?

— Я думаю, что сегодня смогу встретиться со своим приятелем, — ответил он. — Саймон… Сион — когда-то был моим другом, самым близким товарищем — мы вместе ели, жили вместе… Никак не ожидал, что дойдет до такого. Я тебе правду говорю, Тегид. Вот не понимаю, и все!

— Ничего плохого нет в том, чтобы оплакивать потерю друга, — постарался я его успокоить. — Но подумай вот о чем. Этих людей там, внизу, жадность сделала злыми. Их беззаконие запятнало весь Альбион кровью невинных. Они их убили. Зло, которое они совершили, сделало их мерзкими, их необходимо остановить. Сегодня мы положим этому конец. Но справиться с таким злом будет нелегко. Потребуется время.

Лью мягко ответил:

— Я знаю… и меня тошнит от этого. Словно меня ножом в живот ударили, Тегид. Саймон был моим другом!

— Ты можешь оплакивать дружбу, но только не Сиона Хая. Вспомни, он с самого начала был против тебя. Он о тебе не думал. Он о себе думал. Он и Мелдрин — два бешеных зверя, их просто необходимо уничтожить.

Я услышал шаги позади. Шел Кинан. Лью выпрямился.

— Время, — напомнил Кинан. — Корабли скоро войдут в залив. Надо приготовиться.

— Иди к своим людям, — сказал я ему. — Мы скоро присоединимся к вам.

— Времени нет…

— Еще минуту, Кинан. Пожалуйста.

— Хорошо. — Кинан кивнул и отошел.

— Эй, ты