Приобрести всё мне обойдётся в 580 рублей, а взять на прокат 450. Не такая и большая разница. Цены безбожные, но жаба не дала мне выкинуть такие деньжищи всего за один вечер. Поэтому я решил выложить полную сумму.

Шведского представительства я не нашёл, зато датское расположено недалеко от навигационной школы. Мне удалось убедить немолодого служащего поговорить с моей протеже.

А я почему-то думал, что все скандинавские языки проистекают от датского. Помнится из земной истории моего времени Швеция и Норвегия отпочковывались от метрополии Дании. А оказалось, что шведский язык даже звучит иначе. Тем не менее, достопочтенный торговец вполне понимал сбивчивую речь Лотты.

Он жалостливо кивал женщине и вполголоса переводил мне на русский. На великом он говорил с сильным акцентом, но в принципе я уяснил основное.

Итак, Лотта из славного города Лунд, где её батюшка держал скобяную лавку и небольшую кофейню. Девушка получила начальное образование, благо отец её любил и денег на учителей не жалел.

В 17 лет её выдали замуж за бравого морского офицера, и она переехала жить в другой город. Детей нет, но попытки были. Она родила сына, который умер в младенчестве. Подробностей не говорит.

Далее, муж пропал два года назад. Ну, у моряков это бывает. Но вскоре стало известно, что фрегат, на котором он был старпомом, затонул. Объявились свидетели и чудом выжившие. Особых накоплений у женщины не было и когда родственникам уже покойного мужа надоело её терпеть, они заявили, что ей нужно искать работу. Любую, хоть подёнщицей. Лотта не захотела опускаться до самой неблагодарной работы на швейной фабрике и приняла решение уехать к сестре. К тому времени её батюшка скончался. А матушка переехала жить к младшей дочери в село. Та вышла замуж за помещика и согласилась принять родительницу.

Практически там вдову тоже никто не ждал, но с родными всё лучше, чем среди чужих. И женщина купила билет на поезд до города Мальмё. Оттуда пришлось бы добираться на перекладных. Но до города она не доехала. Просто вышла на небольшой промежуточной станции размять ноги. Помнит только, как к ней подошёл незнакомец и задал вопрос на незнакомом языке. А потом удушье и очнулась она уже на судне. Так женщина попала к работорговцам. Оказывается, здесь и такие имеются.

Подвела её яркая северная внешность, кто-то положил на неё глаз, приметил, что она путешествует одна. Даже выкрали её саквояж из вагона поезда. Ну а через месяц она наткнулась на меня. Или я на неё, не важно. Женщина догадывалась о своих перспективах, людоловы её не тронули, явно берегли для кого-то важного.

Когда Лотта начала что-то активно объяснять и даже настойчиво просить, я поинтересовался у датчанина, что она хочет.

— Не знаю точно, господин. Я просто предложил ей похлопотать о перевозке домой.

— Ну, а почему она так возбуждена? Не хочет?

— Говорит, ей некуда ехать, просит перевести Вам, что она хотела бы остаться у Вас.

Назад я ехал в раздумьях. Проблема с Лоттой в том, что я не знаю куда её приспособить. Да и объясниться с нею толком невозможно. Не играть же постоянно в угадайку. Женщину жалко, но я не мать Тереза, чтобы переживать за всех.

Под конец прогулки я малодушно решил оставить всё как есть. И сразу стало спокойнее на душе.

А вообще нам неплохо живётся в этом домике, вот бы прикупить похожий, чтобы было где остановиться. Наверняка придётся часто бывать в Архангельске.

Готовила нам приходящая кухарка. Моя дворня в лице Евсея, Алевтины и Федька под мудрым управлением Варвары вполне успешно справлялась со своими обязанностями. То есть они создавали мне комфортные условия для жизни. С вечера я попарился в баньке, воспользовавшись услугами Евсея. Ужинать не стал, хватило закусок в предбаннике и сразу лёг спать.

А вот следующее утро не задалось. От мысли, что мне придётся вечером переться на этот бал, становилось тошно. Я отчётливо представляю эти напыщенные лица и необходимость знакомиться с многочисленными знакомыми господина Загряжского. Он так загорелся идеей взять надо мною шефство, что я заранее впал в тоску. А тут ещё за завтраком Лотта сидит напротив меня и со страдальческим видом вздыхает. Варька стоит рядом со мною и тоже чего-то хочет от комиссарского тела. Ну я и не выдержал:

— Варвара, сколько раз я тебе говорил, не ходи в одном и том же. Мне надоело видеть тебя в этом платье. Вот тебе 50 рублей, пусть Евсей с возит вас с Лоттой в магазин готового белья. Приоденься сама, не позорь хозяина. И этой страдалице купи верхнюю одежду. Чего она ходит в мужском полушубке. Короче ты меня поняла? Всё, исчезните обе с глаз моих долой.

Вскоре послышался зычный голос Евсея, это он выводил наш возок. Дамы усвистали на шопинг, а я горестно подпёр голову рукой и задумался.

Вроде всё идёт неплохо, кой-какие деньжата появились. Планов громадьё, своё поместье вон даже имеется. Грех жаловаться. Да и мне интересно, не скрою очень интересно заниматься созданием новых амулетов. Я чувствую здесь немалый потенциал. Ведь маги-артефакторы с помощью копиров просто заливают на болванки свои заклинания. То есть опытный маг способен создать серьёзный артефакт третьего ранга. Но выше своего уровня знаний он не прыгнет. Есть также возможность вручную рисовать примитивные глифы чисто бытового характера. Это удел слабосилок. А вот как я создавать, пусть и на базе чужих заклинаний новые, боле мощные и совершенные, — это совсем другой разговор. И я пока не слышал, чтобы кто-то этим занимался.

Я даже прикинул, что мне стоит прикупить несколько интересных амулетов второго ранга. Других стихийных аспектов. И на их базе создать нечто новое и перспективное.

В этот зимний вечер всё особое. Слабо светит северное сияние, чуть подсвечивая заснеженный город. Ветра нет, температура градусов двадцать, вполне комфортная для прогулки. Снег хрустит под копытами лошадей и полозьями саней.

Дворец губернатора представляет из себя трёхэтажное помпезное здание в стиле русского классицизма с колоннами, обвитыми еловыми гирляндами и светящимися магическими кристаллами льда, дающими холодный, но торжественный свет.

Видимо ежегодный зимний бал у губернатора достаточно серьёзно событие для местного дворянского общества. Уже на подъезде скопилось много экипажей, и они всё прибывают. Наш возок проигрывает на их фоне, мы же не побеспокоились празднично украсить лошадей и сам экипаж. Да и он отнюдь не для представительских целей.

На площади перед дворцом разбросана солома, смешанная с древесными опилками. Как говорит Евсей это для того, чтобы не скользили