что оно из кирпичиков аккуратно сложено, — усмехнулся он. — Бред полный!

— А знаешь, как снайпера в паре с пулеметчиком работают? — спросил я Викаса и, не дожидаясь его ответа, продолжил: — Снайпер одного трехсотит, и вы вдвоем ждете группу эвакуации и начинаете по ней поливать! Даже если они будут использовать дымы или еще чего-то, ты туда максимально засыпаешь пулеметным огнем, — выдохнул я устало. — Я думаю, что, в целом, больше ничего и не надо знать. Тебе надо быть быстрым и понимать, какие стенки тебя скрывают. Потому что я один раз должен был сесть на одном пулеметном гнезде, и мне сказал один пулеметчик, крутой прям! Такой дядька взрослый, кашник. Он мне сказал: «Давай, я тебе нашел пулеметное место, где ты будешь работать по Опытному с Иванграда». Мы туда пришли и быстро назад откатились, потому что оно оказалось не бетонным, а было из профнастила и прошивалось в три секунды.

— И работать нужно из глубины здания, а не высовывать ствол наружу. Поставил стол, лег на него и работаешь, если нужно, — добавил Сплеш.

— Зачем это? — серьезно спросил Викас.

— Пулемет оставляет после себя большое пламя, нужно быть к этому готовым. И будет замечательно, если ты найдешь себе банку — пламегаситель, чтобы не ссать каждый раз, когда стреляешь.

— И чистить его надо обязательно, а не надеяться, что он вечный и безотказный! — вставил свои пять копеек Каталонец. — Пулемет — это, на самом деле, капризная вещь. Если уж самый безотказный автомат Калашникова клинит иногда, с пулеметом есть вопросики в недоработке. И если в твою ленту попадет песчинка хоть какая-то, то у тебя пулемет заклинит! Штурмовики сели на перекур, а ты быстро разбираешь пулемет и начинаешь его чистить и смазывать.

— С этим у меня проблем нет, — сухо сказал Викас в бороду.

— В идеале, конечно, носить второй ствол, — мечтательно сказал я. Вон в трешке есть пулеметчик, Саня. Мордок позывной у него, кажется… У него два пулемета с собой. Он здоровый такой! Прям вообще крутой пацан! Ему лет тридцать, а он просто богатырь!

— Это ты все про ручной пулемет рассказываешь, а у нас же «Корд», — дотошным голосом продолжил Викас. — С ним-то что?

— «Корд» — это очень крутая вещь, я прям влюбился в этот «Корд»! — заулыбался я, вспоминая эти волшебные ощущения мощи и силы, которые придавал телу работающий крупнокалиберный пулемет. — Это гораздо проще, чем бегать с пулеметом Калашникова, потому что у вас целый расчет! Каждый помогает друг другу, — вальяжно откинулся я на спинку дивана, на котором сидел, — одной рукой взял за ствол, в другую руку взял короб… В коробе, считай, пятьдесят патронов. Одиннадцать с половиной килограмм, не так тяжело весит, как кажется.

— Потому что адреналин — такая штука, что заставит побегать в любом виде, — кивнул Каталонец.

— Сзади тебя идет товарищ, за ручку держит. У него тоже в руке коробка с полсотней патронов. И третий, — кивнул я на Каталонца, — который несет всего и побольше. И вы вместе перетекаете. А встали на позицию — тут уж вообще кайф! Насыпаешь после арты, чтобы хохлы и головы не подняли.

— У «Корда» отличная пробиваемость! — кивнул Сплеш. — Пацанам всегда очень помогает при штурме. Я помню, как-то попал в боекомплект противника, так там чердак разнесло, прям как будто заправку взорвали какую-то.

— Да! Патроны — это отдельная лекция! — улыбнулся я. — БСки, потом медузы — МДЗ.

— Мгновенного Действия Зажигательные! — расшифровал Сплеш. — Есть БЗТ — трассирующие, но ими лучше не пользоваться, чтобы позицию не палить. Обычно мы в ленту последний такой заряжаем, чтобы понимать, когда шарманку сворачивать и валить на другую позицию. «Корд», конечно, по сравнению с древним ДШК — это песня!

— Есть еще такая байка, что если ствол белый, то все, ты с него не работаешь… Но у нас ствол один, и он белый, — усмехнулся Сплеш. — Нет у нас другого ствола.

— Поэтому, чтобы Гонг этого не знал, мы его красим из баллончика! — заржали мы все, кроме Викаса.

Находясь на «Ешках», в свободное время мы со Сплешем лазили по подвалу и искали хохлячьи закладки из гуманитарки и БК. Подвал был большой, и мы уже побывали почти во всех его частях. Вернувшись к себе, мы сели перекусить и выпить кофе с хорошими американскими сигаретами, которые поменяли на банку трофейной говяжьей тушенки.

— Мужики, — зашел к нам в комнату Викас, где мы жили со Сплешем и Каталонцем, — есть предложение.

— Говори… — заранее напряглись мы со Сплешем, зная, что периодически тот выдавал шизанутые идеи.

— Давайте вход в наш подвал заминируем. Хохлы рядом!

— Там фишка стоит. Минировать себе дороже, — наперебой заговорили мы оба.

— Ну, как знаете… Потом не говорите, если что…

Через несколько дней мы обнаружили укромное место, которое было отделено от большого подвала стенкой. Вход в тайное помещение находился со стороны Бахмута, лезть туда было опасно из-за прилетов и снайперов. Мы решили проломить стену изнутри и посмотреть, есть ли там что-то интересное. Мы заложили под стену немного пластида и рванули ее. После взрыва образовалась небольшая дыра, которую мы расширили вручную и протиснулись в помещение. Это была обычная комната, в которой жильцы собирали разный хлам.

— За эту комнату Викас отдал бы почку! — заржал я. — Смотри, сколько тут ненужного говна.

— Потом скажем ему, что нашли склад.

— У него крышу снесет!

— Это да. Но нужно признать, что никто лучше него не может закрепить пулемет, когда мы работаем.

— Это точно. Тут я снимаю шляпу. Закрепляет так, что ноль отдачи! Вундеркинд.

Мы стали осматривать коробки, надеясь, что среди них окажется что-то полезное. В конце комнаты находилась небольшая лестница, которая вела к железной двери наружу.

— Есть! — обрадованно зашептал Сплеш.

— Что там?

— Ништяки. Тушенка, сгущенка, компоты какие-то, — стал Сплеш доставать из коробок банки, — сладенькое!

Было четыре часа утра, и мы понимали, что поспать уже не получится. В шесть нужно выходить работать. Вдруг снаружи раздался стук в железную дверь и крик:

— Сдавайтесь, хохлы! Я знаю, что вы там!

— Блять! — присел я от неожиданности и испуга и спрятался за выступ стены.

— Хохлы, выходи с поднятыми руками! — по-прежнему орали из-за двери. — Я вам сейчас гранату закину, если не сдадитесь.

— Кто это? — посмотрел на меня Сплеш. — Голос знакомый.

— Кто там орет?! — закричал я в ответ. — Я тебе сейчас сам через дверь очередь пущу!

— Слышишь, ты! Кто бы ты ни был, выходи с поднятыми руками, сука, — голосом Викаса закричали нам еще раз.

— Викас, дебил! Это мы, Сплеш и Миор! Вернись в подвал