«Доброе утречко, господин Бэк, — сказала она самой себе, поправляя макияж. — Готовься, сейчас ты проглотишь свой язык от моего появления. И, может, наконец, поймёшь, что я не та, кого можно просто так запугать».

Бодрым шагом она направилась к университету, чувствуя, как каждый взгляд на парковке приковывается к ней. Ветер играл прядями волос, а уверенность с каждым шагом только крепла.

— Лика! Стой! — сзади послышался задыхающийся голос Миён. Подруга догнала её, вцепилась в локоть и, едва отдышавшись, прыснула со смеху. — Матерь божья, Романова! Ты что, с утра пораньше секс-шоп грабанула? Или после занятий решила подработать в квартале красных фонарей?

Лика закатила глаза, поправляя фиолетовую кожаную куртку, усыпанную острыми шипами.

— Да ладно тебе, Миён, — отмахнулась она, на ходу придумывая оправдание. — Я с утра была в таком неадеквате, что опрокинула на себя целый стакан томатного сока. Вся «приличная» одежда в стирке, время поджимало, вот и схватила первое, что под руку попалось.

Миён медленно обошла подругу кругом, оценивающе разглядывая её с головы до ног. Короткая кожаная юбка, белый ажурный топик, сверху — фиолетовая кожаная куртка с шипами и заклёпками, ботфорты на высоком каблуке и колготки в сеточку. Наконец, она остановилась перед Ликой, приподняла бровь и усмехнулась:

— Ну да, конечно. «Первое, что под руку попалось», ага, верю, — она выделила последние слова интонацией. — Прикид — отвал башки, честно. Но наш ректор Пак старый хрыч, он тебя из универа выставит раньше, чем ты дойдешь до аудитории.

— Пусть попробует, — рассмеялась Лика, толкая тяжелые двери университета. — Да и вообще, надо же, хоть кому-то разбавит эту унылую атмосферу.

Миён покачала головой, но в глазах у неё заплясали смешинки:

— Ты сумасшедшая, Романова. Абсолютно безбашенная. Но знаешь что? Мне это нравится! — Миён оглянулась. — И видимо не только мне.

Девушки шли по коридору, Лика шла с высоко поднятой головой, чувствуя на себе взгляды студентов — кто-то удивлённо оглядывался, кто-то перешёптывался, а кто-то откровенно любовался её дерзким образом. Парни замедляли шаг, девушки переглядывались, кто-то даже достал телефон, чтобы незаметно сфотографировать.

Они не успели пройти и половины коридора, как пространство прорезал властный, дрожащий от ярости голос:

— Студентка Романова!

Из своего кабинета, словно коршун, вылетел ректор Пак. Его лицо приобрело оттенок спелой свеклы, а очки на переносице опасно перекосились. Он окинул Лику взглядом, полным такого отвращения, будто перед ним была не лучшая студентка курса, а куча мусора.

— Это что за непотребство?! — прошипел он, тыча пальцем в сторону её юбки. — Романова, вы в курсе, что находитесь в старейшем престижном заведении Сеула, а не в дешевом стрип-клубе на окраине?! Это халатность! Это вопиющее неуважение к традициям и преподавателям!

Лика лишь дерзко фыркнула, сложив руки на груди. Её взгляд блуждал по коридору — она искала только одну фигуру, и ей было плевать на крики Пака.

— Если вы сейчас же не пойдете и не переоденетесь во что-то подобающее, — ректор сорвался на визг, — вы будете отчислена сию минуту! Без права восстановления!

Миён побледнела и сделала шаг вперед, пытаясь заступиться:

— Господин ректор, простите её, у неё просто... инцидент с одеждой..

— Да пусть отчисляет! — перебила её Лика, вызывающе глядя ректору в глаза. — С огромным удовольствием свалю домой в Россию. Там хотя бы люди не падают в обморок от вида женских ног.

В этот момент в коридоре воцарилась мертвая тишина. Студенты расступились, и Лика почувствовала, как воздух вокруг неё внезапно похолодел. Бэк Сон Джин шел по коридору — безупречный, в идеально сидящем сером костюме, с лицом, не выражающим ничего, кроме ледяного спокойствия.

Увидев Лику, он на долю секунды замер. Его кадык дернулся, он тяжело сглотнул, а в глубине его темных глаз на мгновение вспыхнуло то самое пламя, которое Лика видела в бассейне. Но он мгновенно взял себя в руки, натягивая маску хладнокровного профессора.

— Что здесь происходит, господин ректор? — голос Бэка прозвучал низко и властно.

— Господин Бэк! Посмотрите на эту... на эту студентку! — Пак едва не задыхался. — Она позорит наш университет! Я намерен её отчислить!

Бэк медленно перевел взгляд на Лику. Он испепелял её глазами, буквально раздевая и наказывая этим взглядом за каждую заклепку на куртке, за каждую ячейку сетки на её бедрах. Лика почувствовала, как по спине пробежал жар.

— Нынешняя молодежь действительно стала слишком дерзкой, — произнес Бэк, обращаясь к ректору, но не сводя глаз с Лики. — Однако, господин Пак, отчислять одну из самых перспективных студенток из-за... неудачного выбора гардероба было бы поспешно. Я уверен, что впредь студентка Романова будет вести себя — и одеваться — исключительно прилично. Не так ли, Лика?

Последние слова он произнес с такой тяжелой интонацией, что это прозвучало как прямой приказ, не терпящий возражений.

Лика выдержала его взгляд, чувствуя, как внутри всё переворачивается от смеси злости и дикого влечения. Она расплылась в самой милой, сахарной улыбке, на которую была способна.

— Я обязательно подумаю над вашей просьбой, господин Бэк, — пропела она, вызывающе поправляя воротник куртки. — Если, конечно, вы лично проследите за моим... поведением.

Бэк Сон Джин едва заметно стиснул челюсти, и Лика поняла: она попала в цель. Его выдержка трещала по швам.

Резкий, дребезжащий звонок разрезал наэлектризованную тишину коридора, словно удар хлыста. Ректор Пак, всё еще тяжело дыша и бросая на Лику испепеляющие взгляды, поправил очки и, не проронив больше ни слова, скрылся за тяжелой дубовой дверью своего кабинета, напоследок громко хлопнув ею.

Бэк Сон Джин остался стоять на месте. Его фигура казалась монументальной на фоне суетящихся студентов, спешащих на занятия. Он медленно, почти лениво, окинул Лику прощальным взглядом — от кончиков ботфортов до вызывающе расстегнутого воротника фиолетовой куртки. На мгновение его глаза задержались на сетке её колготок, и Лика готова была поклясться, что услышала, как участилось его дыхание.

— Не опаздывайте на мою лекцию, дамы, — произнес он холодным, официальным тоном, но в глубине его голоса Лика уловила опасную вибрацию. — Студентка Романова, я жду от вас сегодня особой... сосредоточенности.

Он развернулся и зашагал прочь, чеканя шаг. Его широкие плечи и безупречная осанка приковывали взгляды всех девушек в радиусе десяти метров, но он не смотрел ни на кого.

Как только его высокая фигура скрылась за поворотом, Миён, которая до этого момента, казалось, вообще не дышала, шумно выдохнула и согнулась пополам от беззвучного смеха, зажимая рот ладонью.

— Ты это видела?! — она выпрямилась, её глаза сияли от возбуждения, а на щеках горел румянец. — Он же тебя чуть не съел прямо здесь, на глазах у