султан не скрывает причин, которые им движут. Не рассказывает о том, что влюбился с первого взгляда, или прочую чепуху. Он думает, что я аватар всех стихий и потенциально самый сильный маг в мире. Вот и вся любовь.

С этой точки зрения его планы относительно меня гораздо честнее, чем планы Сициана или Тирреса. Те тоже наверняка знали или догадывались о моем скрытом магическом статусе. Однако все стремления оставить меня в своих царствах прикрывали исключительно душевной тягой ко мне распрекрасной.

Эфир же сказал прямо: ты аватар, я на тебе женюсь. Нет, ну какой мужчина! Белокурый, видный, шустрый да задорный, краснослов и правдоруб!

Я закрыла лицо ладонью и глубоко вздохнула, сдержав чуть нервный смешок.

— Так, все, веди меня скорее. — Взяла впавшую в священный ужас девушку и потащила прочь из комнаты. Та пыталась вырваться, но безуспешно. В итоге, трясясь, так и повела меня куда-то по светлым, богато украшенным коридорам.

Признаться, дворец султана Эфиррея фер Шеррад поразил меня. Он не только был полон воздуха, живых цветов и пестрых витражей, но и волшебства. Мы проходили мимо статуй, которые поворачивали к нам головы, а внутри их глаз зажигались голубые, желтые и зеленые огоньки. Картины, висящие на стенах, не были стационарными, а состояли из сегментов, как рекламные объявления в моем мире: когда мы подходили к ним, сегменты начинали вращаться, показывая совсем другие изображения. Однако нигде не было видно никаких следов проводов или электричества. Каким образом картины приводились в движение, оставалось непонятным.

На мой вопрос об этом Сахидэ сдвинула брови, пытаясь придумать, как это объяснить, но в итоге сказала лишь:

— Это все благодаря лучезарному повелителю, великому белому грифону Вечного неба, сыну небес, великолепному султану Эфиррею фер Шерраду седьмому, седьмому шейху фер Шеррадов из геноса Белого солнца, благословенному султану Подлунного цветка!

И едва не коснулась лбом ковра.

— Я поняла, не напрягайся, — попыталась было я ее остановить, но снова бесполезно.

Зато она вполне понятно рассказала, что значит «су» и «сиала». Оказалось, что су — это низшая служанка или низший слуга во дворце, что-то вроде рии в Хальвейле Красного дожа. А сиала — девушка ближнего круга султана и султанш.

В общем, вчера я была только в ближнем кругу Эфира, а сегодня уже стала его невестой. Блеск! Похоже, мой статус стремительно распухает, как эго у Красного дожа.

Хотя, признаться, могло быть гораздо хуже, пока что грех жаловаться.

Очень скоро мы с су Сахидэ добрались до самого нижнего этажа замка, а там, как оказалось, было вовсе не то, на что я рассчитывала. Мне представлялось, что девушка приведет меня в какую-нибудь комнату для приема пищи, может быть, что-то вроде ресторана или, на худой конец, столовой. Она же открыла передо мной дверь самой настоящей замковой кухни.

— О, су Сахидэ, что ты тут делаешь? Ты почему не убираешь⁈ — крикнула ей с другого конца кухни довольно стройная, но мощная женщина в длинной тунике кирпично-желтого цвета и в фартуке. Кроме нее тут было много другой обслуги в точно таких же одеждах.

— Су Джульнара приказала привести восхитительную лидэль на кухню, чтобы она ознакомилась с тем, как у нас все устроено, — низко поклонилась Сахидэ, но едва я обернулась в ее сторону, как оказалось, что сразу после поклона служанка поторопилась скрыться с глаз. Мол, исполнила приказ — и будет.

— Лидэль? — раздался удивленный возглас, и женщина заторопилась ко мне. — Прошу прощения, всем лишь бы от работы отлынивать! — фыркнула она, низко кланяясь, отчего с ее желтой туники посыпалась на пол мука. — Проходите, пожалуйста, о великолепнейшая, мы предупреждены о вашем появлении, но я не думала, что это произойдет так рано…

Выпрямляясь, она окинула мою банную тунику шокированным взглядом.

— Вы меня накормите? — Я могла думать только о еде, признаться. — Со вчерашнего утра во рту не было ни крошки.

Если эта прекрасная дама прямо сейчас запретит мне завтракать из-за моего неподобающего вида, клянусь, разденусь и буду выпрашивать еду голышом. Или съем ее саму. А потом пусть хоть в темницу сажают.

— Конечно, садитесь вот сюда. Здесь у нас столы для кухарок, но, надеюсь, вам будет удобно, насколько это возможно, — покраснела женщина, указывая на длинные столы с простыми деревянными скамьями. — Вот там мы готовим, есть несколько залов для разных блюд. В одних команда кондитеров готовит выпечку и десерты, в других — приготовление мяса, в третьих — рыба. — Все это время она указывала рукой на разные двери, ведущие в соседние помещения.

— А мы сейчас где и как вас зовут?

— Ох, простите, лидэль Александра, меня звать су Хияра. — Краснея, она вытерла руки о передник и снова поклонилась.

А потом, хвала богам, начала раскладывать передо мной теплые булочки с начинкой, яичницу с белым сыром, какие-то креманки с растертыми ягодами и ароматный чай в прозрачном чайничке.

— Здесь у нас маленькая кухня для поваров, — объясняла она тем временем. — Для себя мы готовим вот в этой печи, — махнула рукой на большой каменный выступ в стене, напоминающий выложенный кирпичом мангал, от которого шел пар. Вот только огня в нем не было.

— А… как нагревается пища? — не смогла не спросить я, опустошив тарелку с яичницей так быстро, словно ее тут и не стояло вовсе. — Я не вижу огня.

— Ну как же… с помощью вентусов, — пожала плечами кухарка. — Как и все остальное у нас. Никакого огня нет, его запрещено использовать. Когда-то давно, лет сто назад, вроде бы готовили еще в дровяных печах, но потом поняли, что это совершенно небезопасно. Ведь весь замок может сгореть! А вентусы как хорошо греют — и никаких трудностей.

— А что такое вентус? — приподняла бровь я, чувствуя знакомое окончание у слова.

— Ну… — стушевалась кухарка, явно сперва не соображая, как объяснить. — Сила это такая, воздушная, особая. Говорят, что она живая даже. То наш повелитель мастер в этих вентусах. Кроме него разве что мастера да артифлекторы в них разбираются.

Если она думала, что я что-то поняла, что это была ошибка.

— Прошу прощения, разрешите, я пойду? А то останутся ненакормленными у меня две кухни! Вы знаете, без хорошего приказа же никто не хочет работать!

— Конечно-конечно, идите, — кивнула я, наливая себе уже вторую чашку чая и закусывая булочкой с самым невероятным кремом, который я когда-либо пробовала.

И через мгновение осталась одна. Когда тарелки были пусты, а желудок перестал крыть меня многоэтажными ругательствами, я вышла из-за стола и позволила себе прогуляться по этой небольшой кухоньке, на которой отовсюду