Я замираю от страха, чувствуя, как оно касается моего белья. Мой разум кричит, но я не слышу ничего, кроме гулких ударов своего сердца.

– Отвечай! – требует Сальваторе. – Тебя возбуждает это, ангелочек?

– Пожалуйста, – шепчу я, пытаясь скрыть дрожь в голосе. Я не хочу отвечать ему. Нет…

Он поднимается еще выше и внезапно останавливается, направив дуло пистолета точно в треугольник между моими крепко сжатыми ногами. Сквозь легкую ткань моих трусиков он надавливает на ту самую точку, от соприкосновения с которой по телу пробегают сотни электрических зарядов. Я дергаюсь, желая отпрыгнуть от него, но именно в эту секунду слышу щелчок – он поставил курок на боевой взвод.

– Я жду ответ, ангелочек, – шипит он мне и сильнее надавливает оружием на мою плоть. Он двигает ими вверх-вниз, массируя именно в том месте, где смешиваются страх и непередаваемое ощущение. А потом его рука замирает, и я не знаю, что у него на уме!

Я не знаю, что он сделает дальше! Нажмет на курок или остановится…

Теперь я знаю, что настоящий Сальваторе Монтальто чокнутый на всю голову! И мне никогда не узнать, что творится у него в голове!

– Тебе нравится, ангелочек?

Я прикусываю губу, не желая отвечать ему. Он проводит носом по моей шее и глубоко втягивает аромат моего тела.

– Адреналин… – шепчет он мне и я вижу, что он закатывает глаза. – Каждая клетка твоего тела пропитана им. Ни с чем не сравнимый аромат.

– Ты не можешь его чувствовать, – еле слышно говорю ему я. – Его могут чувствовать только…

– Звери.

Сальваторе улыбается и его ядовито-зеленый глаз начинает блестеть от полученного удовольствия. Я и представить себе не могла что такие монстры, как он существуют в реальности. В детстве я была уверена, что они живут в моем шкафу, потом они стали приходить ко мне лишь моих кошмарах, а вот теперь я встретилась с одним из них лично.

– Раздевайся, ангелочек, – еле слышно выдыхает он мне на ухо, – иначе я…

– Застрелишь меня? – перебиваю я его.

– Слишком скучно… Я знаю способ и по-интереснее, – произносит он с ухмылкой и угрозой. Его губы буквально скользят по моему рту, так близко он придвигается к моему лицу. – Сначала я им доведу тебя до оргазма, и если ты съимитируешь, то, возможно, тогда и пристрелю. Поэтому тебе лучше раздеться, ангелочек, и перестать задавать мне вопросы. Иначе я могу не сдержать себя.

Мне делается дурно от его слов. Я всегда была неуверенной в себе женщиной, немного застенчивой, да и сексом занималась лишь в полной темноте, стесняясь себя и своего тела, но в моей голове сразу же пронеслись картинки того, о чем он только что сказал мне. Я, мать его, автор, и я впервые пожалела, что у меня все слишком хорошо с фантазией.

И … у Сальваторе с фантазией тоже все неплохо. Совсем неплохо!

Сальваторе делает несколько шагов от меня, занимая самое лучшее место для наблюдения за моими действия – в центре комнаты.

– Быстрее, ангелочек. Мое терпение на исходе, – повторяет он, торопя меня.

И я слышу звук выстрела. Он выпускает пулю прямо в одно из зеркал за моей спиной. Следом слышится резкий звон разбитого стекла. Я инстинктивно закрываю уши руками, пытаясь заглушить этот пронзительный звук, но дрожь уже пробежала по всему телу.

Мне не нужны его слова, ведь я и так знаю, что следующая пуля будет моей, если я не сделаю так, как он хочет.

Мне ничего не остается, как медленно поднять руки и начать снимать верхнюю часть одежды. Первое, что он видит – мои трусики. Да, он видел их очертание сквозь прозрачную ткань, но это совсем другое! В этот раз я сама показала их ему и этому психу неважно против своей воли или нет. Для него ценнее то, что теперь я стала полностью уязвима.

Он делает несколько шагов назад, медленно скользит дулом пистолета по своим приоткрытым губам, наслаждаясь тем, как ему удалось разбить в дребезги мой пусть и стеклянный, но защитный купол.

Тяжелый взгляд его разноцветных глаз проникает в меня, как будто он пытается увидеть не только тело, но и мою душу. Его глаза сверкают, как у голодного аллигатора, который давненько не лакомился человечиной. По спине пробегает холодок, и я инстинктивно прикрываю руками грудь, хотя знаю, что он уже давно успел оценить её обнаженные черты через тонкую прозрачную ткань.

– Полностью. Ты должна снять всю одежду, – командует он с холодной уверенностью.

Сальваторе Монтальто – дикарь, получающий удовольствие от унижения и подчинения женщин. В нем нет ничего, что могло бы напоминать героя моей книги. Я хочу послать его, но слова застревают в горле, ведь я помню, что у нас обоих хорошая фантазия.

Медленно спуская атласные стринги, я чувствую, как его ухмылка становится шире. Черт! Не потому что он получает от этого наслаждение, а потому что, мать его, кто умеет грациозно снимать нижнее белье? Я – нет, и это еще больше подчеркивает мою уязвимость перед ним.

Сальваторе подходит ближе, и я вижу, как он достает из кармана брюк маленький футляр черного цвета. Он открывает его – у него в руках помада. Моя любила помада с идеальным красным оттенком от Dior.

– Вот теперь по-настоящему прекрасна, – шепчет он, нанося яркий оттенок на мои губы. – Ты прекрасна, ангелочек.

Он прикасается к моим губам. Эти касания нежные и властные одновременно. Он обводит контур губ, придавая им четкость и выразительность. С каждым прикосновением его пальцы слегка касаются уголков моего рта и я не могу сдержать дрожь, когда его дыхание становится всё ближе. Я смотрю в его глаза, пытаясь найти в них хоть каплю человечности, но вижу только удовлетворение от власти, которую он имеет надо мной.

– Ты прекрасна, ангелочек, – снова повторяет он, словно подчеркивая свою победу, и в его голосе звучит самодовольство. – Посмотри на себя.

Он силой поворачивает меня к одному из зеркал. Я не хочу видеть себя такой, но этого хочет Сальваторе, и значит у меня нет выбора.

– Твои пылающие щеки, влажные ресницы и эти губы… Прекрасное сочетание.

– А ты конченный маразматик! – отвечаю ему я, стараясь вложить в слова всю свою ярость и презрение. – Отпусти меня! Прошу тебя… Отпусти! Когда ты отпустишь меня…

Он спокойно пожимает плечами, не отрывая взгляда от моих алых губ, которые теперь кажутся еще более выразительными под его пристальным взором.

– Все зависит от тебя, – отвечает Сальваторе, его голос остается ровным и уверенным. – Как твоя книга