— Как это возможно? Ну, одну, две… Но потом ведь поднимется такой шум! Легко сказать, пропала барышня благородного происхождения!

— Дело в том, что я пока распутал лишь один такой клубок и выяснил: чтоб избежать огласки, тот управляющий раздобыл тело похожей женщины и её похоронили под видом похищенной. Сейчас нам известно, что при схожих обстоятельствах пропали ещё три уличных девицы, но пока мы их не нашли. Управляющий утверждает, что здесь нанял двух бродяг, которые привезли ему подходящий труп.

— Это не наши, ваша светлость, — уверенно заявил Рикар. — Я бы знал. По нашим крысиным норам слухи расползаются так же быстро, как и в чистом городе. Если б здесь образовалась такая шайка, я бы первым узнал о ней. Не уверен, что выдал бы вам своих, но коль это чужие, то могу честно об этом сказать. И коли что узнаю, подскажу.

Марк удовлетворённо кивнул и обернулся, услышав радостный вопль. К нему мчался красивый высокий мальчик в куртке из синей замши, с охотничьим ножом в расшитых ножнах на поясе. Его длинные кудрявые волосы всё так же были завязаны в хвост на затылке красной лентой.

— Он растёт на глазах, — усмехнулся Марк, покосившись на Рикара. — Скоро будет выше меня.

— Скорей бы, — проворчал старик. — Я бы уже не так беспокоился, когда он где-то шляется по ночам.

— Ваша светлость! — воскликнул Марсель, садясь напротив, и выставил на стол драгоценный кубок. Однако заметив, как заинтересованно взглянул на это сокровище лис, нахмурился и решительно придвинул кубок ближе к Марку. — Я так рад, что вы зашли!

— Я по делу, мой мальчик, — сообщил Марк и снова повторил вопрос, который раньше задавал Рикару.

— Не было такого! — уверенно заявил Марсель. — Я бы знал. Это так странно, что слухи тут же разнеслись бы по таверне. А что за старик вам об этом сказал?

— Некий Мерлен, управляющий баронессы де Рокруа.

— Не слышал о таком.

— Наверняка он бывал здесь, иначе не стал бы упоминать ваше заведение.

— А как он выглядит? — спросил мальчик и, после того, как Марк описал управляющего, с усмешкой кивнул: — Этого мы знаем! Пройдоха, который называет себя то Пуссеном, то Поккеном. Похоже, сам не помнит, как называл себя раньше.

— Он бывал здесь, — уточнил Рикар. — Играл в кости и в карты, проигрывался, его били. Потом приносил какие-то безделушки в уплату долга. Однажды приволок даже позолоченный канделябр. Его не приняли и отправили беднягу к старьёвщику. Только последнее время он тут не появлялся, — старик вопросительно взглянул на слугу, который выставлял с подноса кубки и кувшин с вином.

— Я не видел его больше месяца, — подтвердил слуга. — С тех пор, как он проигрался шулерам из Нанта.

— Да, тогда, вроде, последний раз был.

— Значит, он солгал про двух бродяг, которые будто бы взялись отыскать ему подходящий труп в мертвецкой? — озабоченно проговорил Марк.

— Конечно! — кивнул Марсель.

— Я вот о чём подумал, ваша светлость, — задумчиво произнёс Рикар. — Вы сказали, что пропали ещё три девицы, тела которых могли использовать эти похитители, чтоб замести следы. Мертвецких в городе немало, и всё же нет никакой уверенности, что именно в этот день в одной из них найдётся подходящий труп, да ещё такой, который не будет востребован роднёй. Среди живых, выставляющих себя на каждом углу девиц выбрать похожую гораздо легче. А коли у них там всё продумано, так и убивают они, скорее всего, сами. Потому и исполнителей искать здесь им ни к чему.

— Думаю, ты прав, папаша, — вздохнул Марк. — Я зашёл лишь убедиться, что этот пройдоха мне солгал, да на вас с Марселем посмотреть.

— И рассказать нам эту грустную историю, — усмехнулся Рикар, — чтоб мы, если что узнаем, шепнули вам.

— Не без этого, — рассмеялся Марк, взяв свой драгоценный, наполненный вином кубок.

— Странно, что мы до сих пор об этом ничего не слышали, — обеспокоенно заметил Марсель, взглянув на своего приёмного отца. — Мимо нас никакие слухи не пролетают. А тут похищения, убийства…

— Значит, они не просто приезжие, но и очень осторожны, потому с местными не связываются, — пояснил старик. — Такое случается, если в город прибывает шайка либо ради одного дела, либо для того, чтоб заниматься чем-то, в чём не будет иметь конкуренции среди местных. У них, должно быть, закрытое сообщество, людей хватает, роли распределены, действуют чётко по плану и в чужой помощи не нуждаются. Такие не задерживаются надолго, а провернув несколько дел, уезжают, оставив здесь соглядатая, который наблюдает, что происходит. И когда шум вокруг их делишек поутихнет, либо станет понятно, что его и вовсе не было, могут наведаться снова.

— Я не хочу выпускать их из города, — взглянув ему в глаза, заявил Марк. — Они чужаки. За информацию я плачу.

— Хотите выпустить ловцов? — деловито уточнил Рикар. — Это будет стоить недёшево!

— Я в таком деле торговаться не буду.

— Я передам, кому надо, — заверил его старик. — Какие ещё подсказки вы можете дать?

Марк задумчиво взглянул на него, размышляя, насколько оправданным будет раскрыть подробности этого дела посторонним. Однако потом решился и рассказал о том немногом, что ему удалось выяснить: приметы двух похитителей, которые дали ему Ортанс и де Нера, о двух женщинах, нанятых для подготовки тела к погребению, а также упомянул о чёрной карете, в которую будто бы села одна из пропавших девиц. Рикар и Марсель слушали его внимательно, и Марк был уверен, что старик передаст нужные сведения охотникам за преступниками, которые сами были выходцами из этой среды, а Марсель уже сегодня оповестит об этом армию беспризорников, шныряющих повсюду. Они смотрят, слушают и запоминают, и при этом не вызывают ни у кого подозрений.

Они ещё на какое-то время задержались в таверне. А потом, когда вино в кувшине закончилось, Марк попрощался с хозяином и направился к выходу. Марсель вышел проводить их и ненадолго задержался у дверей.

— Папаша не любит чужаков, — сообщил он напоследок, — и такие дела ему не по нутру, так что, если они где-то оступятся, наши парни их найдут.

Когда они шли обратно