в последнее время действительно были частыми. Даже хлопки в небе не особо озадачили большинство обывателей, но появились и те, кто понял, что творится нечто неординарное, и поспешили домой, обзванивая родных и близких. Именно это сарафанное радио, даже при отсутствии извещения от МЧС, властей или военных, родило вначале беспокойство в городе, которое все больше перерастало в панику.

Удар по центру города с мощной взрывной волной, которая сшибала с ног даже на серьезном отдалении от эпицентра, стал тем катализатором, который вселил ужас в горожан, побуждал к паническому бегству не знамо куда. Вдруг все забегали, машины, которые смогли завестись после электромагнитного удара, заревели двигателями, слышались крики и звуки ударяющихся друг о друга автомобилей. Такого количества ДТП, что случилось в первые десять минут после взрыва бомбы, город не знал за весь год мирной жизни. Вот только большое количество машин, иногда брошенных, часто с открытыми капотами и копающимися во внутренностях автомобилей водителями, что надеялись починить свои дорогие и навороченные авто, не позволяло быстро уехать. Образовались километровые пробки. Люди винили ближайших к ним других горожан, возникали потасовки и групповые драки. Не было никого, кто мог бы хотя бы словами попробовать организовать народ.

Полицейских, которых можно было довольно часто встретить на улицах города ранее, пропали. Город ввергался в анархию. А когда взорвались еще две ракеты толи в черте города, толи сразу за ним, людская толпа рванула врассыпную, укрываясь в подвальных помещениях чужих домов. Были и те, кто первым делом устремился домой, чтобы забрать своих родных и… что делать дальше многие не знали, но бежали, не останавливаясь.

Еще до первого самого мощного взрыва, который уничтожил центр города, некоторые, наиболее смекалистые собирали вещи и направлялись в бомбоубежища или в один из трех бункеров, построенных в последнее время. Люди еще не представляли, что может пригодиться, насколько долго все происходящее. Внутренне мало кто сомневался, что уже скоро их страхам придет конец и восстановится прежняя жизнь.

К удивлению горожан на входе в бункер их встречали люди с оружием. В одном из убежищ были полицейские, и они вызывали доверие. Два других убежища охранялись вооруженными бойцами в гражданской одежде, и становилось вообще непонятным, кто они. Людей пока еще пускали в убежища.

Уже через час один за другим бункеры стали закрываться, а вооруженные люди оттеснять, все больше наседающих людей. Прозвучали первые выстрелы, пролилась первая кровь – Постапокалипсис начинался!

***

Полковник Матюшкин быстро сообразил, что происходит что-то не то, его чуйка вопила об опасности. Ночное дежурство выдалось, вопреки ожиданию, спокойно, но с самого утра ни коньяк, ни бутерброд не лез в горло. А как только в небе появились первые росчерки ракет ПВО, полковник видел такие и в армии и ранее, главный полицейский, пока не сдал дежурство по городу он таким и был, начал действовать.

План «стрела» предусматривал быстрый сбор сотрудников по всем отделениям и их экипировка. Этот план и решил привести в действие полковник, разу после того, как позвонил жене, сыну и дочери и в приказном порядке потребовал прибыть с набором продуктов к нему в Управление. Матюшкин и не помышлял наводить в городе порядок. Даже после того, как сам мэр позвонил в Управление МВД и потребовал выделить машины сопровождения для выезда его из города, полковник не отказался от своих намерений, не послал по эротическому маршруту городского главу, но и не согласился. Помогли избежать ненужных пока проблем начавшиеся перебои уже и с проводной связью, сотовая «легла» после первого мощного взрыва, когда временно отрубило электричество.

Занять бункер, один из тех, что недавно построили в городе и навести именно там порядок, нужный Матюшкину – вот та цель, которую преследовал полковник, быстро начиная ориентироваться в вариантах развития событий. А еще он дал команду на то, чтобы все полицейские в городе, загружали арсеналы, брали максимум припасов и направлялись в бункер.

Полковник не собирался воевать, пока он еще не осмыслил ситуацию настолько критической и необратимой, чтобы начинать ставить свою власть в городе, но, будучи человеком осмотрительным, собирал всех возможных лояльных людей. Те же менты, что не захотят идти в команду, пусть катятся на все четыре стороны.

Зависть и злоба обуревала Матюшкина, когда он вспоминал о той грандиозной стройке, что учудил сыночек покойного Мирного. Вся эта многомиллионная возня вокруг строительства укрепленной базы полковнику казалась блажью отбитого на голову в армии парня. Полковник признавал, что младший Мирный был грамотным, осмотрительным и имеющим покровителей повыше его, Матюшкина, уровня. Между прочим, уже второго заместителя областного управления МВД. Он всегда смеялся по поводу стройки базы.

Сейчас второй заместитель, скорее всего, стал первым и не замом, а что ни на есть начальником. Его руководство решило отдохнуть в комфорте дома, когда Матюшкин дежурил в новом, только недавно отстроенном здании Управлении, которому не нашлось места в центре города, поэтому и выжил.

- Товарищ полковник, пришла информация о нападении на машины с сотрудниками Зареченского отдела, которые направлялись к бункеру, - капитан Евлашихин доложился своему начальству.

«Началось!» - подумал Матюшкин, как он и предполагал. Раз пошла стрельба, пора уже все сомнения отринуть, принять за веру, что руководство, скорее всего, погибло, губернаторы всякие, наверняка тоже, вот мэр оказался живучей тварью, но он бежит из города, понимает гнида, что ему в этой ситуации не выжить. А что до самого высокого начальства, то и оно не должно было уже существовать - столицу же будут бомбить в первую очередь, значит, власти нет и даже оставшимся в живых «народным избранникам» не под силу собрать страну, как и навести порядок в областном городе.

- Приказ! При малейшем противодействии силам пра… - полковник хотел продолжить «правопорядка», но осекся, он уже никакой не блюститель этого порядка, каждый сам за себя. – Отбой, уточни у СОБРа, что они там думают себе, только очень аккуратно, или пусть прибудет их командир для обсуждения дел.

Нельзя начинать работать жестко, не заручившись поддержкой хотя бы СОБРа, не говоря о военных, но тех в первую очередь крошить станут. СОБР подчинялся областному МВД лишь номинально, как юридически, так и фактически. Полиция вызывала их при необходимости, но это делала и прокуратура и даже иногда Следственный комитет. Это у ФСБ были свои подразделения, и они в последние четыре года, после очередного преобразования сил специальных операций, не привлекали бойцов СОБРа.

Встретиться с командиром СОБРа быстро не получилось, у них у самих происходили какие-то события. И полковник отправился в убежище, предварительно