на соседний стул. Мы с эмиссарами и Борисом молча смотрели на их действия и ждали завершения подготовки.

— Граф, — обернулся ко мне Михаил Алексеевич. — Вы уверены, что это сработает?

— Не уверен, но мы должны попробовать, — честно сказал я и получил недовольный взгляд его величества.

Я оглядел нашу компанию. Всё же интересно получилось, что в защищённый бункер правителя империи попали «посторонние». И если бабушка и Феликс были эмиссарами, хоть и не приносили клятву верности, то я, Борис и Жнец явно были здесь лишними.

Мой взгляд перескочил на Денисова, а потом на Лутковского. Вот они точно на своём месте. Ну а нам, тёмным, здесь нечего делать. Я посмотрел на экраны, где отображались данные с тысяч камер столицы, а потом направился к выходу.

— Что вы задумали, граф? — низким голосом с рычащими нотками спросил Михаил Алексеевич, который, как оказалось, продолжал наблюдать за мной.

— Что я задумал? — я склонил голову к плечу и холодно улыбнулся. — Ничего особенного. Просто я понял, что моё место не здесь, а у стены.

— И что это значит? — прищурился он.

— Что я дождусь вашего обращения и покину столицу. Уж со своими людьми вы без меня как-нибудь разберётесь?

Глава 15

Его величество не сводил с меня взгляда около минуты, после чего развернулся к экранам и придвинул к себе микрофон. Он сделал глубокий вдох и кивнул канцлеру, и тот нажал на очередную кнопку.

— Говорит его императорское величество Михаил Алексеевич Романов, — властный голос императора ввинчивался прямо в мозг. Вряд ли этот эффект могли передать громкоговорители, но здесь и сейчас я ощущал отголоски магического усиления. — Приказываю всем подразделениям вернуться в расположение части и ждать дальнейших указаний от своих командиров. Нарушение приказа будет расценено мной как акт неповиновения и свидетельство измены.

Я повернул голову к экранам. На них было видно, как рвущиеся ко дворцу военные замирают на месте и вслушиваются в слова его величества. Кто-то сразу разворачивался, кто-то ждал продолжения речи государя, а кому-то было плевать на приказ.

Я прищурился и всмотрелся в кадры. А ведь приказ императора, который звучал через громкоговорители, перебил приказы Бартенева. Это означало, что все нарушители изначально были на стороне заговорщиков.

Что ещё интереснее — в малом тронном зале я видел, что клятву верности приносили далеко не все гвардейцы и слуги, находящиеся во дворце. Большинство из них вообще не участвовало в нападении на аристократов и попытке переворота. А вот элитные спецы, которые продолжили движение к дворцу, были явно из тех, кто действовал не под клятвой.

— Желаешь остаться и помочь? — без интереса спросил Жнец, который внимательно следил за всеми нами.

— Не особо, — я пожал плечами. — Но вот эмиссара Кожевникова я бы хотел встретить в бою. Он вёл себя чересчур дерзко в нашу единственную встречу в столичном особняке Рейнеке, а теперь ещё и решил обвинить меня в попытке захватить власть в империи.

— Я могу найти его, — предложил Жнец.

— Поищи, будь так добр, — я усмехнулся и вспомнил сообщение от бывшего княжича Давыдова, которое оставил без ответа. — И найди мне Илью Давыдова. Он должен быть в столице. Только не убивай его, мне нужно с ним поговорить.

Жнец кивнул и растворился в тенях, а я продолжил делать вид, будто изучаю экраны. Его величество закончил раздавать приказы в громкоговоритель и теперь пытался успокоить народ, уверяя людей, что опасности нет, а граф Шаховский на самом деле верноподданный его величества и империи. Ну что ж, могло быть и хуже.

Я мысленно позвал кутхара, который старательно изображал своё отсутствие.

— Грох, к тебе тоже есть дело, — сказал я, придвинувшись к выходу из бункера.

— Я уж надеялся, что ты про меня забыл, — проворчал он.

— Ага, а ещё ты надеялся, что я не замечу, как ты таскаешь артефакты из дворца, — хмыкнул я. — Хотя Ермолаев точно не обеднеет, а виру ему император назначил всего-то пятьсот тысяч.

— Только у меня проблема, — обрадовавшись, что я его не ругаю, проговорил Грох.

— Некуда артефакты складывать? — предположил я.

— Угу, пришлось взять пару пространственных хранилищ наподобие твоего кольца, — буркнул он.

— Стоп, — я замер, не двигаясь и не дыша. — А где ты их взял? Уж не в сокровищнице ли его величества?

— Ну да, так они ему всё равно не нужны, — начал оправдываться кутхар. — Они в ящике с неопознанными артефактами лежали, вот я и подумал, что нам они точно пригодятся.

— И как ты смог запихнуть в них артефакты? Они же без привязки не активны, — я нахмурился, но тут же принял безразличный вид. На меня уже косились Одинцов и Лутковский. — А, понял. Поскольку ты не человек, да и действуешь на изнанке, то проблем с наполнением не возникло, тем более что все привязки слетели. Там хоть что-то интересное внутри было?

— Откуда я знаю, — голос Гроха стал недовольным. — Складывать в них артефакты я могу, а вот достать — никак не получается.

— Вот что, потом разберёмся с ними, — пообещал я. — Сейчас ты должен ещё раз проверить весь дворец. Но в этот раз твоя задача — искать кристаллы света или тьмы.

— Так я уже всё проверил, — Грох засопел. — И вот знаешь, ты, конечно, хороший хозяин, но почему-то думаешь, что я без приказов ни на что не способен.

— Да ты просто меня уже не раз подставлял, — я вздохнул. — Если ты уверен, что собрал всё самое опасное и важное, и что во дворце не осталось кристаллов или сфер стихий света и тьмы, то можешь дальше заниматься своими делами. Но учти, что ничего особо ценного и важного брать не стоит. Всё же мы не мародёры и грабители, а гости.

— А что я? Я ничего, — тихо пробормотал он. — Что плохо лежало и было не нужно, забрал. Не такой уж Грох глупый.

— Ну-ну, — я покачал головой и не дав ему договорить отослал прочь. Я и без того знал, что он хотел похвастаться своей предусмотрительностью, ведь и Агата, и Таран в итоге оказались весьма полезными питомцами.

Так, что я пропустил, пока разбирался с кутхаром?