Темнота была союзником для тех, кто умел ею пользоваться, и врагом для тех, кто привык полагаться на силу и численное превосходство. Карьеры относились ко второй категории. Они были обучены для дневного боя, для прямых столкновений, для того чтобы давить противника массой и мастерством. Стелс в ночных джунглях требовал иных качеств — терпения, дисциплины, умения стать частью темноты. Качеств, которых у карьеров обычно не хватало.

Он двинулся к берегу, и каждый его шаг был рассчитан, каждое движение — максимально целесообразным. Меч он привязал к спине так, чтобы металл не звенел о камни или ветки. Руки оставались свободными — на случай, если придётся убивать тихо.

Береговая линия открылась, когда он прошел через деревья: полоса песка, за ним темная вода озера, далее - остров с Рогом Изобилия, который всё ещё блестел в лунном свете как насмешка над теми, кто не успел добраться до его сокровищ.

Карьеры установили дозор по периметру Рога. Пит насчитал четыре костра, разбросанных по острову, у каждого — силуэт дежурного. Разумно. На этой стороне он видел Энобарию и ещё одного — того, со шрамом на щеке. Они сидели у огня, их фигуры танцевали в свете пламени, и Пит покачал головой.

Глупость. Огонь нарушал привыкание глаз к темноте, делал их слепыми ко всему, что происходило за пределами освещённого круга. Возможно, это была намеренная тактика — приманка для голодных и отчаянных, которые решат, что расслабленные карьеры — лёгкая добыча. Пит не собирался становиться этой добычей. Он не собирался атаковать вообще. Сейчас у него была другая цель - тем более, если он расправится с ними слишком быстро, то подтолкнет организаторов к другим, сейчас не совсем ожидаемым шагам. В этот же раз он собирался пройти мимо карьеров как призрак, незамеченным. Аккуратно сходить в магазин посреди криминального района за едой и напитками.

Вода приняла его в пятидесяти метрах от ближайшего костра, там, где тени были самыми плотными. Тёплая, почти приятная, неожиданно спокойная в этот час. Он двигался медленно, не создавая ряби, без единого всплеска — только мягкие, почти незаметные движения, которые толкали его вперёд сквозь темноту.

Десять минут. Мучительно медленно, но необходимо. Когда его ноги коснулись песчаного дна у острова, он не встал. Вместо этого прополз последние метры, используя руки, чтобы вытащить себя на берег — почти плоский, сливающийся с ночью.

Остров был невелик, может быть сотня метров в диаметре. Рог Изобилия возвышался в центре, а вокруг него карьеры устроили настоящий лагерь: рюкзаки сложены у основания, оружие разложено на импровизированных стойках, припасы организованы для быстрого доступа. Порядок среди хаоса. Почти впечатляет.

Пит обошёл остров по периметру, держась на границе освещенных участков, со сверхъестественным чутьем предугадывая участки со слепыми зонами. Четыре костра, четыре группы дежурных. Между двумя дальними кострами была самая большая слепая зона — участок, где тени были достаточно глубокими.

Он нашёл свою точку входа. Проскользнуть к груде припасов оказалось почти оскорбительно легко. Его руки быстро перебирали рюкзаки, оценивая вес и содержимое на ощупь. Средний размер, не слишком тяжёлый, но достаточно вместительный. Быстрая проверка внутри: фляга с водой, пакеты с сухой едой, моток верёвки, маленький нож, кремень для огня, пластиковый тент.

Идеально.

Голоса карьеров доносились через остров — Бруто и Кашмир, судя по тембру. Обрывки разговора.

— ...завтра охотимся на одиночек... лёгкие цели...

— ...пекарь... где он... чип показывает...

— ...не важно... он один... найдём его...

Пит позволил себе улыбку. Тонкую, холодную. Они как будто бы всё ещё думали о нём как о проблеме, которую решат, когда захотят. Как о лёгкой цели. Пусть думают – или, что вероятнее, напрасно храбрятся. Это делало его работу значительно проще. Он закинул рюкзак на плечо, повернулся к воде — и услышал звук позади. Шаги. На песке. Совсем близко. Пит замер, медленно повернув голову. Глосс стоял в пяти метрах, его глаза были прищурены, пытаясь разглядеть смутную тень у припасов, рука тянулась к мечу на поясе.

— Кто... — начал он, набрав в грудь воздуха для крика, который поднял бы на ноги весь лагерь.

Пит сблизился прежде, чем слово прозвучало полностью. Два быстрых шага — и его ладонь накрыла рот Глосса, заглушая звук. Другая рука нашла точку на шее, пальцы сжались, перекрывая кровоток к мозгу. Глосс пытался сопротивляться — толкал, царапал, бился, — но Пит держал его железной хваткой. Десять секунд. Глаза Глосса закатились. Тело обмякло.

Пит опустил его на песок — аккуратно, бесшумно, как укладывают спать ребёнка. Проверил пульс: слабый, но стабильный. Без сознания, не мёртв. Убийство здесь и сейчас создало бы слишком много шума, слишком много внимания. Глосс очнётся через несколько минут с головной болью и уязвлённым самолюбием. К тому времени Пит будет далеко.

Он снова вошёл в воду, держа рюкзак над головой, чтобы содержимое оставалось сухим. Плыл обратно к берегу джунглей, держась в тени дорожки, и когда достиг деревьев, обернулся назад чтобы проверить, очнулся ли Глосс. Костры карьеров всё ещё горели, силуэты всё ещё двигались, никто не знал, что кто-то только что прошёл через их охрану, забрал припасы и исчез. Пит улыбнулся и растворился в джунглях.

***

Утро застало его на возвышенности, откуда открывался вид на большую часть арены. Джунгли простирались во все стороны — зелёный океан, разбитый на двенадцать невидимых секторов. В центре, как драгоценный камень в оправе из изумрудов, блестел остров с Рогом Изобилия.

Пит провёл несколько часов, исследуя периметр арены. Край оказался не стеной и не забором — силовое поле, почти невидимое, лишь лёгкое мерцание в воздухе выдавало его присутствие. Брошенный камень отскочил от невидимого барьера с треском электричества, и запах озона подтвердил догадку: прикосновение означало мгновенную смерть, или, как минимум, тяжелые травмы.

Так гейм-мейкеры удерживали трибутов внутри. Не грубой силой в виде крепких стен, а технологией, создающей иллюзию открытого пространства. Элегантно, если задуматься. Смертельно элегантно.

Он устроился на скале, достал флягу, сделал глоток. Потом энергетический батончик из нового рюкзака. Жевал медленно, думая.

Арена была часами. Это знание давало преимущество перед другими трибутами, но этого было недостаточно для его целей. Ему нужно было что-то еще. Ему нужно было найти способ сломать не только арену, но и систему, которая её создала.

Пушки прогремели дважды, пока он исследовал край арены. Ещё два трибута мёртвы - осталось еще шестнадцать. Пит поднялся, закинул рюкзак на спину и начал спуск обратно в джунгли - настоящая игра только началась.

***

Студия