Выйдя из медпункта, Макс опешил. Все, кто были с ним, застыли рядом. В первые секунды показалось, что конец света наступил во второй раз, только теперь дело было не в оживших мертвецах, а в черном, непроглядном небе. Лучи утреннего солнца перекрывались облаками густого дыма.

На улице было полно людей: кто-то пытался тушить пожар, кто-то просто стоял и таращился, не понимая, что происходит.

Склад с припасами полыхал. Максу даже показалось, что он слышит, как лопаются стеклянные бутылки с виски, привезенные несколько дней назад продовольственной группой.

«Хоть не дома с людьми…» – выдохнув, подумал он и бросился за огнетушителем.

Глава 67 (ПОСЛЕ) Записка

– Кристиан, простите, что стреляла в вас, – извинялась Милада. – Я испугалась. Страшила уже давно предупреждал, что вы появитесь.

– Ничего страшного, – ответил мужчина. – Я понимаю. Я бы на твоем месте тоже испугался.

– А вы не страшный, – сказала она, улыбаясь.

Они сидели на крыльце дома и ждали, когда соберутся все остальные. В подвале они нашли коробки с сухими завтраками, шоколадные батончики и бутилированную воду. Все уже было погружено в машины, но оставалось еще обшарить дом на наличие медикаментов и других полезных вещей.

Вчера Кристиан связался по рации со своей группой, занимавшейся поисками выживших. Он предупредил, что вернется не один, и убедил их уезжать без него.

Миладе идея поехать в лагерь сразу понравилась. Там есть другие дети, с которыми она могла бы подружиться. Остальные же долго раздумывали, пытаясь разобраться, есть ли шанс подобрать код к двери бункера. Крису удалось убедить их, что код можно подбирать бесконечно, а уютное убежище существует уже сейчас. В результате все проголосовали «за». Один только Санни воздержался.

Милада очень ждала этой поездки, ей уже не терпелось двинуться в путь. В лагере ей будет с кем поиграть, будет с кем поговорить. У нее появятся настоящие друзья, не воображаемые.

– А знаете, – деловито заговорила она, – Страшила сам вас боится. Я думаю, именно поэтому он не хотел, чтобы вы были со мной рядом.

Мужчина хотел что-то сказать, но она перебила. Не нарочно, просто молчать не могла.

– А еще, я так боялась вашего плаща! Он казался мне таким черным и страшным, а на деле это даже не плащ. Это платье.

Кристиан усмехнулся:

– Мужское, прощу заметить, юная леди. И называется оно подрясник.

– Оно вам идет. И бусики тоже.

Он откинулся назад, вытащил их из-за пояса и протянул ей.

– Только это не бусики, – пояснил он, – это четки.

– Че-етки, – будто пробуя слово на вкус, произнесла она. Повертела их в руках. Ей нравилась тяжесть камешков и позвякивание, с которым они касались друг друга. Поднеся их поближе к лицу, чтобы рассмотреть узор, Милада заметила, что на черных камешках изображены розы.

На одно мгновение, которое длилось почти целую вечность, она опять оказалась в поле, усеянном цветами. Опять увидела взмывавшие вверх лепестки. Они кружились вокруг нее и что-то пели. Слова казались знакомыми, Милада чувствовала их, но не понимала. Опять, как тогда, во сне, протянула руку к ближайшему лепестку, коснулась и вдруг догадалась, что лепестки – и есть слова, что каждая роза – короткая песня, смысл которой она так и не поняла.

– Красивые, да? – спросил Кристиан откуда-то издалека.

Милада кивнула и уже в следующую секунду опять сидела с ним рядом и отчетливо слышала его голос.

– Мне их один близкий друг подарил…

Милада поняла, что он хотел сказать что-то еще, рассказать об этом друге, но счел правильным прерваться. Она не стала расспрашивать. Четки сейчас интересовали ее куда больше историй.

– Я видела их, – сказала она. – В некоторых своих снах. Я узнаю эти лепестки, помню эти розы. Но тогда я их боялась, так же как вас. Страшила сказал мне, что они – ваше оружие.

На лице мужчины расплылась улыбка.

– Наверное, так и есть. Когда-нибудь, если захочешь, я расскажу тебе, как именно это оружие применяется.

– Здорово, – радостно кивнула она и обернулась на звук приближающихся шагов.

– Милс? – позвал выходящий из дверей Джереми. – Уверена, что хочешь ехать?

– Ага, – отозвалась она. – Надо ехать. Страшила боится его, – указала рукой на Кристиана, – а я теперь нет! Если поеду, Страшила, возможно, от меня отстанет.

– Хорошо, – кивнул Джереми, – может, и приступы твои тогда пропадут.

Милада помотала головой.

– Не знаю. Может быть. Главное, чтобы Страшила отстал. Не хочу больше его видеть. Из-за него… – Она хотела сказать, что из-за Страшилы погиб Оскар, но не смогла. Если Джереми узнает, кто на самом деле виноват в его смерти, тогда станет совсем тяжело.

– Едем? – спросил появившийся на пороге Беркут. За ним на крыльцо выскочил пес. Последним вышел потрепанный хозяин собаки.

– Да, – отозвался Джереми, – только дождемся Санни. Где он там копается?

– На него можешь не рассчитывать, парень. – Беркут положил руку ему на плечо. – Этот проныра нас покинул.

– Сбежал, да? – Милада прищурилась, пристально глядя на Беркута.

Тот кивнул.

– Пока мы собирались, слинял через черный ход. Оставил записку. – Беркут полез в карман и отдал Миладе. – Для тебя написал.

Милада взяла измятый листок, на котором было написано ее имя и развернула его. Там было всего одно слово: «Спасибо». И вместо подписи большая буква «Т».

«Томми», – подумала Милада и улыбнулась. Ей даже показалось, что почерк, которым была написана записка – детский. Хотя она, конечно, скорее всего, просто выдумывала.

– Что там, Милс? – обеспокоенно спросил Джереми.

– Он сказал мне спасибо.

– Спасибо? – переспросил Джереми.

– Ага, – беззаботно ответила она, подняла рюкзачок и спрятала листок в кармашек. – Теперь можно ехать. Теперь мы все на своих местах.

По выражениям лиц Милада прочитала, что они не совсем поняли, о чем она говорит. Но объяснять было бессмысленно. К тому же их ждала дорога к новому дому.

***

Санни стоял на холме и наблюдал. Он увидел, как машины, одна за другой, отъезжают от гостевого домика. Оставлять записку для мелкой было так глупо и по-детски, но он все-таки поддался порыву. Какая-то его часть на этом настаивала. Благодаря этой же мелкой, он даже знал, какая именно часть.

Когда машины отъехали