мысль о новой встрече с ним наполняет меня горечью.

Я поднимаюсь на ноги, натягивая трусики и свитер, и спешу к открытой двери. Опустив голову, я прохожу через надгробия к воротам.

Почему он мучает меня?

Зачем он заставляет меня испытывать к нему чувства, если всегда намеревался забрать все это?

Илай

— …слушаешь меня? — между песнями до меня доносится голос Келлана.

Я выключаю музыку и поворачиваюсь на пассажирском сиденье, чтобы посмотреть на него. Я дал ему ключи от своей машины и попросил отвезти меня обратно в Хэмптон. Я почти не спал и не доверяю себе за рулем.

— Что?

— Я спросил, слушаешь ли ты меня, но, очевидно, нет.

— Я попросил тебя сесть за руль, потому что хотел поспать. Чего ты хочешь?

— Я хочу, чтобы ты проснулся и выглядел так, будто не полумертвый. Мы в десяти минутах езды от твоего дома.

— О.

— Да, Илай. О. Что, бл*ть, случилось прошлой ночью? У нее была аллергия на клубнику? — Он нажимает ногой на тормоз, и машина останавливается, бросая нас обоих вперед на своих местах. — Бл*ть. У нее ведь нет ее, правда?

Я вздыхаю.

— Нет. Никакой аллергии.

— Тогда какого хрена ты ведешь себя так, будто вчера не получил конфет?

Я не отвечаю. Его глаза буравят мою голову, а потом он начинает гоготать.

— О, бл*ть. Ты ведь не трахал ее, правда? — он снова приводит машину в движение. — Это было ох*енно точно. Как ты это проеб*л?

— Она назвала меня Сином, — бормочу я.

— Она называла тебя… как?

— Так она меня называет. Она не называла меня Илаем.

— Конечно, она, бл*ть, не назвала тебя Илаем. Она не знает, что ты Илай, — он смотрит на меня. — Подожди… подожди минутку... охренеть. Ты влюбился.

— Нет.

— Твою мать. Ты точно словил чувства. Ты хотел, чтобы она хотела тебя, а не свой маленький грязный секрет в темноте.

Он смеется так сильно, что я боюсь, как бы мы не разбились.

— Может, прибережешь этот допрос для того времени, когда мы не будем в дороге? — выдавливаю я.

Келлан снова хмыкает.

— Илай Трэверс влюбился. Это смешно.

— Я не влюблен.

Он сворачивает на круговую дорогу, ведущую к моему дому.

— Нет, друг мой, очень даже влюблен.

* * *

Когда мы входим в холл, нас встречает моя мачеха.

— Илай, дорогой! — Елена спешит ко мне, протягивая руки.

Я уклоняюсь от объятий.

— Это Келлан. Полагаю, папа сказал тебе, что он приедет погостить?

В ее глазах что-то мерцает, но улыбка не сходит с лица.

— Я приготовила для него комнату рядом с твоей. Надеюсь, вы не против? — она смотрит мне за спину. — Арабелла с вами?

— Она еще не здесь? — волоски встают дыбом. Я точно знаю, что она уехала с Джейсом и Эваном за два часа до нас. Я стоял у окна в нашей комнате и видел, как мимо проехала машина.

— Арабелла решила поехать с двумя членами нашей футбольной команды, — говорит Келлан в наступившей тишине. — Может, они остановились где-то по дороге.

— Мальчиками? Ты уверен? Я не думала, что Арабелле вообще нравятся мальчики!

— О, уверяю тебя, мы ей вполне нравимся, — бормочу я. — Пошли, — прохожу мимо нее и поднимаюсь по лестнице.

— Приятно познакомиться с вами, миссис Трэверс. Теперь я понимаю, откуда у Арабеллы такая внешность, — от слов Келлана у меня заныли зубы.

— О, ты очень милый, — она смеется, и у меня сжимается челюсть. — Иди и устраивайся, а я попрошу повара приготовить вам что-нибудь поесть. Вы, должно быть, проголодались.

Келлан догоняет меня, как раз когда я дохожу до своей комнаты.

— Ты не говорил, что твоя новая мама сексуальна.

— Она нашла себе богатого мужа. Конечно, она сексуальна. Мой отец женился на ней не из-за ее характера.

Я открываю дверь в свою спальню и вхожу внутрь. Келлан следует за мной.

— Как ты думаешь, почему она опаздывает?

Я знаю, о ком он говорит. Я пожимаю плечами.

— Ты не можешь сказать, что тебе не любопытно. Джейс жаждал залезть к ней в штаны с тех пор, как она поступила в школу. Думаешь, они где-то остановились, чтобы она могла отсосать член или два?

Глава 58

Арабелла

Телефон, с которого я переписывалась с Сином, пропал. Как бы я ни ненавидела его за то, что он бросил меня вчера вечером, я не хочу оставаться без него.

Неужели я оставила его в склепе?

Протирая лицо рукой, я пытаюсь справиться с усталостью. После очередной бессонной ночи я чувствую себя уязвимой и незащищенной. По крайней мере, у меня будет несколько дней без школы, когда все уедут на каникулы в честь Дня благодарения.

Стук в дверь моей комнаты отвлекает меня от поисков.

— Входи.

Эван открывает.

— Джейс хочет выехать через десять минут, — он смотрит на беспорядок в моей части комнаты. — Ого! Почему вы, девочки, всегда оставляете сбор вещей на последнюю минуту?

Я поднимаю взгляд от одежды, разбросанной по кровати.

— Я кое-что ищу.

— Ну, что бы это ни было, тебе придется это оставить, — Эван окидывает взглядом хаос. — Или ты опоздаешь.

Черт.

— Я спущусь до того, как ты уйдешь.

Он кивает.

— Хорошо.

Как только он уходит, я хватаю сверток с одеждой и запихиваю его обратно в шкаф. Мой чемодан уже упакован. Я беру с собой домой самый минимум.

Почему отказ Сина так сильно ранит?

Он забрал частичку моей души.

Он понимал меня так, как не понимал никто другой. Когда я была не с ним, мне хотелось, чтобы он был рядом. Когда мы были вместе, я хотела, чтобы это мгновение длилось вечно. Я хотела жить в этом чувстве. Завернуться в него.

Мне больно, потому что я люблю его.

От правды мне становится только хуже.

Я застегиваю толстовку, поднимаю капюшон, натягиваю его на голову и выкатываю чемодан в коридор. Я задерживаюсь, чтобы запереть дверь, а затем выхожу на улицу. Джейс и Эван ждут меня на парковке, рядом с большой серебристой машиной.

— Ты впереди, — объявляет Эван и несет мой чемодан к багажнику.

Я не двигаюсь с места.

— Я не против быть сзади.

Джейс открывает водительскую дверь.

— Я бы предпочел, чтобы ты была со мной.

Неужели Син уже уехал? Где он сейчас? Почему меня это все еще волнует?

Обойдя машину, я открываю пассажирскую сторону и сажусь внутрь. Запах дорогой кожи приятно насыщает мой нос, а сиденье обволакивает меня, пока я пристегиваюсь. Джейс уже за рулем, а Эван устроился сзади. Он плавно выводит машину