вот как ориентируется Гэмпон, оставалось загадкой. Наверно, по памяти. Интересно, сколько лет он тут работает, чтобы, почти не глядя, поворачивать в нужных местах.

— Мы очень ценим наших клиентов и особенно из высшей знати, — говорил Вершенг. — Каждый такой клиент автоматически попадает в ВИП-список, с которым я знакомлюсь лично. При любых проблемах или отсутствии должного обслуживания вы всегда можете обратиться ко мне напрямую, и вопрос будет решен в скорейшие сроки.

— Найдите мои деньги, мне больше не нужно.

— Конечно-конечно, господин граф. Мы уже почти пришли, — кивнул провожатый. Миновав длинный узкий коридор со множеством поворотов и несколько раз спустившись по лестницам, мы и в самом деле очутились в большом, хорошо освещенном месте. Толстая решетка от пола до потолка отгораживала помещение с огромным количеством ящиков. Но управляющий уверенным шагом направился в угол, где лежала титанических размеров книга. — В какой срок пропала сумма?

— Последние три дня.

— Хорошо, сейчас посмотрим, — кивнул Гэмпон, откидывая корешок. Монструозная штука, конечно. Не знаю, смогу ли я в одиночку поднять такой томище. Это даже не бревно, и специальные табуреточки, чтобы положить уже открытые страницы, заполненные аккуратными колонками надписей.

— Как это работает?

— Каждая крупная денежная операция более одного золотого передается магией в наше отделение. Мы не видим, на что вы тратите деньги, не волнуйтесь. Однако сами списания отслеживаются для того, чтобы не возникало таких вот ситуаций, — управляющий быстро водил пальцем по строчкам, — ага, вот. День назад списано семь миллионов медных монет.

— Я в это время в отключке был. Так что сделать этого просто физически не мог!

— А это и не вы, — осторожно сказал Гэмпон, — вот тут, строчкой раньше. Его сиятельство Рейнхард-старший своим указом создал единый счет казны Дождливой крепости и взыскал одноразовый налог на все имущество всех подданных. У вас как наследника и доверенного лица к нему есть доступ.

Глава 48

Единый одноразовый налог. Ага. Нет, прикольно, конечно. Но доступ к счету у меня и в самом деле был. И даже при желании я мог оттуда деньги забрать. Правда, планировалось их тратить на нужды графства. Такие, как найм армии для освобождения. Я все одно планировал их так использовать, так что смысла ругаться больше не было. А вот то, что так просто, одним движением, не спрашивая, мои деньги превратились в казенные, напрягло и сильно.

Правда, тут же выяснилось, что единоразовый налог — штука экстренная и так называется, потому что лица, с которых он взыскан, не подлежат повторному списанию. Никогда. По сути, я получил налоговую амнистию, правда, лишился при этом состояния. И конечно, касалось это только графа Рейнхарда-старшего. Маркизы, князья и все прочие, окажись я в их власти, могут повторить подобный финт ушами. Так что получалось, что хранить деньги нужно дома. А еще лучше — подальше от любопытных глаз и сборщиков податей.

Но в целом страхи мои были развеяны, деньги, как оказалось, никуда не пропали, а просто из одного кармана перекочевали в другой. Как и большинство земель. Хорошо хоть, оба дома у меня остались. А вот участки, на которых жили дружинники, теперь были в собственности графства. Интересно, как обстоят дела с собственностью, арендой и прочим. В данный момент я, очевидно, не являлся основным управляющим и всех этих данных не имел. Да и не до грибов мне было.

Стоило убедиться, что меня не совсем обокрали, как вновь на плечи надавила склизкая тоска. Буквально к земле придавливала. Правда, была в ней и крохотная искорка надежды — мама жива. Как бы она ко мне не относилась. Каким бы чудищем не считала — она жива и здорова. Была здорова, до того как я ей собственноручно располосовал лицо.

И ведь чуть не убил. Попади я чуть ниже, в артерию — она уже была бы мертва. И правда выяснилась бы только после этого. Но раз жива Наоми, значит, и батя тоже вполне может быть еще на этом свете. Очень будет неприятно, если позже выяснится, что он тоже участвует в покушениях. Хотя вероятность такого события и была крайне мала — отвергать его нельзя.

Добравшись до дома, я понял, что все это дело наживное. Главный вопрос — что теперь делать? Зная, что меня пытается убить собственная мама, как поступить? В идеале очень хотелось бы больше не сражаться с ней. Но такой вариант маловероятен, помню еще, насколько она может быть упряма. Ходить все время с охраной, чтобы она опасалась напасть?

Был один вариант, который мне нравился куда больше — поймать и поговорить. Желательно обезвредить без боя. И здесь мне пригодятся трубки, сделанные для турнира. Разве что состав жидкостей придется сменить. Если получится, то и на турнире чести использую. Там же тоже нельзя убивать противников.

Стоило придумать план, как тревога ушла. Чего без толку думать? Прыгать надо! А после и об отце можно будет расспросить, да и вообще о ситуации в целом. Начиная с самого простого и одновременно сложного — как я такой-сякой на свет появился с эссенцией природы и демонов в одном флаконе. Да еще и с предрасположенностью к магии жизни.

— Господин вернулся! — встретила меня радостным криком Трия, стоило появиться на пороге.

— Как вы себя чувствуете? — подошла Василиса, преданно заглядывая в глаза.

— Хорошо, где остальные? — спросил я, заметив, что Лисандры и Эвы с Ксиулан внизу нет.

— Они еще не до конца поправились, отдыхают наверху, — ответила Васька, — ну а воровка ваша ушла куда-то, стоило солнцу сесть.

— Натворили чего, пока меня рядом не было?

— Нет вроде. Есть хотите? Или сразу того… — спросила, засмущавшись на последнем слове, девушка, — спать?

— Мыться и спать. Хотя… — Я вспомнил, какой завтра будет день. С полным желудком особенно не попрыгаешь. — Давай еды. Но не овощи, мяса какого. Так чтобы и не много, и при этом крайне сытно. С утра тяжело будет, лучше заранее приготовится.

— А что завтра? — спросила русалка, хлопая своими огромными глазами. Ого, а ведь у нее не два века, а целых четыре. Вон еще прозрачные есть.

— Испытание боли, — сказал я, отстраняя нагу. От постельных удовольствий тоже сегодня пришлось отказаться. Все для сохранения большего количества сил на завтра. Трия чуть не обиделась на такой отказ, но уже через минуту