на свидетелей драки, но все только развели руками. Они отреагировали уже когда начался обмен ударами. Либо покрывают парня, видать, важный тип.

- Тогда обоим по трое суток, - вынес вердикт офицер. Ну не гад же? Де Старли гадко ухмыльнулся. Уверена, он откупится штрафом, а про меня считает, что буду отрабатывать. Откуда у курсанта большие деньги? У меня тоже лишних монет не было, взятых с собой явно не хватит. На попытки попросить сообщить о случившемся лорду-защитнику офицер только приказал замолчать, даже не выслушав.

Офицер лично проводил обоих нарушителей дисциплины к кухне и сдал повару в распоряжение. Работа нашлась сразу же. Подтверждая стереотипы об армейской кухне, нас засадили чистить мешок картошки. С первого взгляда стало ясно, что молодой человек ранее не утруждал себя подобным трудом. Из его очисток можно было без проблем нажарить совсем даже не чипсы, а получившийся в результате издевательств кусок картошки, минимум в два раза меньше нечищеного оригинала.

- Что, частый гость на кухонных работах? - издевательски спросил он, глядя на мои быстро и тонко почищенные клубни.

- Всякое бывало, - я нейтрально пожала плечами.

Дальше работали опять в тишине. Заглянул повар, проконтролировать процесс. Долго и незамысловато ругался, увидев обрубки и схожие с ними по размеру очистки. Парня увели. То ли на другую работу, то ли отпустили после откупа. Я осталась наедине с мешком корнеплодов.

- Обед когда будет? - поинтересовалась у повара, когда он снова зашёл в мой рабочий закуток.

- Штрафникам не положено! - отрезал мужчина. - Только завтрак и ужин.

- Но...

- Никаких но, - перебил он, не дав сказать и слова. - Нечего дисциплину нарушать. Работай давай!

- Но хоть что-нибудь?

- Обойдёшься!

- Тогда сообщите господину де Графу, что я здесь.

- Ишь, чего захотел, таких важных людей отвлекать. Сам вечером будешь рассказывать, где и почему день провёл! Поработаешь, не переломишься, не всё гулять, за поступки отвечать надо.

Этому извергу явно нравилось издеваться над людьми, которые по каким-то причинам не могут ответить. Особенно, если это благородные или хотя бы высокого статуса. А в штабной части лагеря иных не было, даже денщики автоматически получали статус, соответствующий тому, за кем закреплены. Он сам об этом обмолвился, выдавая очередную порцию работы.

Ещё он постоянно отслеживал, чтобы не отлынивала и не добралась до съестного. Даже поход в уборную контролировал. Ибо "до ужина кормить не положено!". Так что и сбежать было невозможно.

Вечера я еле дождалась. Желудок сводило, руки и глаза устали от монотонной работы в одном положении. Кроме чистки картошки пришлось перебирать сначала фасоль, потом крупу. Особым издевательством стали запахи, доносящиеся от кухни. Сегодня на ужин давали тушёное мясо. Я уже предвкушала, как наверну целую миску, рот наполнялся слюной, но и тут ждал облом. Повар заявил, что отработка заканчивается с закатом, и раньше этого времени можно и не мечтать о поблажках, к которым он причислял приём пищи. Зато потом, так и быть, разрешит доесть оставшееся с ужина. Стоит ли говорить, что осталось ровным счётом ничего? Будто бы случайно забыв про меня, он распорядился отдать все остатки скотине, что содержали при кухне.

Расстроенная от несправедливой обиды и злясь на себя, что так и не научилась отстаивать свои права, я побрела к палатке де Графа. Ну почему он не Крис, или хотя бы не Эрик? Им и пожаловаться можно, и просто поговорить, успокоиться. С ним же всё время ощущаю себя ребёнком. Даже не так. Школьником перед директором. Пусть ничего и не натворил, а робость до потери речи.

Охрана у палатки уже сменилась. Третья пара обо мне ничего не знала и отказалась пустить внутрь. Лорд-защитник ещё не вернулся, и они чётко выполняли обязанности по охране. Я уселась на землю неподалёку в ожидании. Гнать с территории, не входящей в зону ответственности, не стали, хоть и на этом спасибо. Но я слишком рано расслабилась. Кроме охранников у палаток по ночному штабному лагерю ходил патруль, и, как я не просила позволить дождаться де Графа или хотя бы сообщить ему обо мне, вскоре оказалась выставлена за охраняемый периметр на общую территорию. Ибо посторонним в ночное время находиться не положено!

Под насмешливыми взглядами часовых потёрла ноющий бок, куда пнул парень во время драки. Синяк должен быть знатный. Хорошо, что глаз уже нормально открылся. Всё же магическое поле, коим хвалился Анремар, пусть и ослабленное в степи Хайняня, способствует ускоренной регенерации.

В сложившейся ситуации видела три выхода. Лечь спать прямо здесь под ближайшим кустом. Де Граф должен же меня искать? Не стоит усложнять поиски. Но ночи в степи холодные, а на мне только лёгкая рубашка. Второй вариант - прибиться к какому-нибудь из множества костров с просьбой пустить на ночь в палатку. И здесь есть большое "но". Я и раньше не особо доверяла незнакомым людям, а теперь и подавно не ожидаю от них ничего хорошего, тем более, в армии и солдатском лагере, где народ простой и не обеспокоен понятиями чести и правилами хорошего поведения. Так что оставался третий вариант - найти в этом огромном таборе знакомых и пристроиться у них. Знакомых можно пересчитать по пальцам одной руки. К де Графу не пустят, это точно. Эрик, насколько помню из вчерашнего подслушанного разговора, покинул лагерь, и тоже вряд ли обитал среди солдат. Значит, либо курсанты, либо отряд Лагрема. Впервые за день повезло - всего у пятого костра мне смогли сказать где и как найти командира дружины.

- Добрый вечер, - я подошла к знакомой компании, сидящей у небольшого костерка. Здесь каждый отряд сам себе готовил. Что-то более-менее централизованное наблюдалось только у палаток относительно больших групп под рукой князей.

- Владо? Какими судьбами? Мы уж думали, ты всё, там при штабе останешься.

Дружинники подвинулись, освобождая место у огня.

- Есть что поесть?

- Конечно! А что, господин де Граф тебя не кормил? - удивился Лагрем, протягивая миску с уже подстывшей кашей и большой ломоть хлеба.

- Неа, - я с жадностью накинулась на еду. - Он слишком занят, не до меня ему сейчас.

Лагрем подсел поближе, и тихо, так, чтобы остальные не слышали, спросил.

- Ты когда ел-то в последний раз?

Я на секунду замерла. И соврать хочется, и давно данное самой себе обещание не врать без крайней нужды, мешает.

- Вчера. За завтраком, - тихо призналась.

Лагрем одними