Женщина всхлипнула и зарыдала.

Стивенс же не обратил на это никакого внимания.

- Я бы ещё закрыл глаза на то, что он трогал руками мою женщину. Просто перебил бы ему руки, и дело с концом. Но нет, эта крыса разнюхала контакты моих поставщиков и пыталась вести бизнес от моего имени. Я в бешенстве. Ладно, твой любовник ещё молодой дебил, но ведь ты рада была вести торговлю за моей спиной...

- Прости... Дерек, прости. Я всё верну. Я буду работать на тебя до конца своих дней, только не убивай...

- Обычно с женщинами я и не воюю, - присел на корточки Стивенс, - но ты так гордилась тем, что являешься моим деловым партнёром, а не пустоголовые ш*****. Следовательно, спрос будет с тебя такой же, как и с мужчины.

Внутри меня поднялась волна безотчетного, отчаянного страха.

Я не кинулась прочь только потому, что отказывалась поверить тому, что это вижу. Невозможно. Это после стресса моя психика выдаёт такие ужасные галлюцинации...

А все было реально, как никогда прежде. Двое в крови. И в эпицентре этого - мой Дерек.

Я не видела его глаз. Но понимала, что не дай Бог увидеть то, что в них сейчас.

Звук бензопилы заставил меня вскрикнуть и зажать рот руками. И слава всем богам, что мой крик потонул в этом шуме.

Зачем глаза заволокло красной пеленой. Иногда она разрывалась, когда я слышала отчаянные крики Расти.

Вот когда зарыдала женщина, я поняла, что этого ужаса больше не вынесу. Бросилась прочь, мало заботясь о том, заметят меня или нет.

Не знаю, удалось мне это или нет, но никто за мной не побежал. Живописная красота сада, линия побережья вдалеке были как будто чертой в другой мир. Мир, что уже никогда не будет для меня прежним.

Я опустилась на бортик фонтана я окунула свои руки по локоть в ледяную воду.

Бежать. Бежать сломя голову прочь. Из этого города, из этого особняка, бежать от Дерека Стивенса все равно куда.

Только парадокс состоял в том, что бежать мне было некуда.

Когда он вбивал в мое неокрепшие сознание постулаты, что я принадлежу ему всецело, и уйти он мне не даст, это казалось даже... романтичным.

Когда я была влюблена по уши, не имела понятия (а вернее, вообще не хотела замечать, чем он занимается), такой расклад меня устраивал и волновал.

Наверное, только за последнюю неделю я начала с космической скоростью осознавать, как же сильно вляпалась.

Подняла глаза, вглядываясь в горизонт, пытаясь собрать мысли воедино и прогнать жуткую картину перед глазами.

Я смогу уехать. А вот спрятаться - нет.

Модельное прошлое, мировая известность, яркая внешность - как приговор.

Что делать? Обратиться к властям?

Если они предоставят мне возможность вырваться из этих отношений, очень много потребуют взамен. Придётся выложить всё, что я знаю о Дереке.

Но это подпишет смертный приговор не только мне, но и всем моим родственникам, а в придачу моим немногочисленным друзьям.

Поговорить? Попробовать достучаться? Ждать, пока я ему надоем?

Даже если это случится, он всё равно меня не отпустит. Дереку будет проще пристрелить меня, чем терпеть удар по своему эгоцентризму.

Выход мне виделся только один. Найти того, кто будет превосходить его во всех смыслах: богатства, влияния, власти, силы. Я могла бы рассчитывать только на такого мужчину.

О том, чтобы ко мне никто не мог подойти, Дерек позаботился. За мной следили все. И его охрана, и мои мастера по красоте, даже продавщицы бутиков, где я была частой гостьей.

Последнее время мне казалось, что мои разговоры по телефону и даже запросы в Гугле отслеживаются Стивенсом.

Наверное, так оно и было. Если кажется – скорее всего, не кажется.

Руки замерзали в холодной в воде, а я этого не замечала. Мои слезы катились по щекам капали в фонтан.

Чувствовать себя настолько загнанной в угол и бессильной было мерзко.

Я понятия не имела, что же с этим делать.

Надо было бежать. Но как оказалось, все пути к отступлению были отрезаны изначально.

8

Вечером мне велели готовиться к ужину в ресторане. Но не сам Дерек. Это был один из охранников, пока ещё оставшихся в живых.

На примере Расти я видела, как легко мой никогда любимый мужчина избавляется от неугодных ему людей.

Что же задержало Стивенса?

Едва я задалась этим вопросом, к горлу подкатила тошнота, а перед глазами возникла жуткая картина, которую я старалась развидеть всеми способами.

Сколько можно? Он что, режет их на куски?

Страшно было от мысли, что это не так уж далеко от истины.

Я привыкла жить, не замечая очевидного. Вот и сейчас я пыталась снова включить это равнодушие под стёклами розовых очков.

Вдевала в уши бриллиантовые серьги, тщательно укладывала высокую причёску, чтобы не осталось ни одной выбивающейся пряди, разглаживала невидимые складки на платье, думая только об одном: как бы мне не выдать своим поведением, что я стала свидетелем жестокой расправы и утратила даже крупицу романтического чувства к Дереку.

Он ожидал меня возле автомобиля.

Одетый с иголочки в строгий костюм. Безумно привлекательный поджарый хищник с улыбкой, от которой сложно не потерять голову.

Чудовище в ангельском обличье. Никто и никогда не догадается, насколько это жестокий человек без моральных принципов.

Я думала, в наших отношениях самое страшное - это то, что он т****** танцовщицу на моих глазах.

Но теперь я поняла, что с таким же успехом он мог её порезать на ремни и заставить меня смотреть...

- Прекрасно выглядишь дорогая, - произнёс мой персональный демон, подходя ко мне и целуя руку.

На этом его галантность закончилась. Он тотчас же положил правую руку на мой зад, ощутимо сжимая и мало заботясь о том, что нас видят.

Показывал таким образом свою власть надо мной всем, кто утром посмел было в ней усомниться.

- Спасибо. Ты тоже.

- Что это за широкие браслеты? Я предпочитаю на тебе более утончённые.

Глаза заволокло красной багровой вуалью. Я сорвала один из браслетов – широкий, золотой, с флорентийской эмалью и продемонстрировала своё запястье, сохранившее красный след от наручников.

- Так и быть. Но в следующий раз, будь добра, надень «Ван Клифф энд Эрплс». Поехали.

Вот так вот. Никакого раскаяния либо удивления. Всего лишь недовольство, что я посмела закрыть от окружающих следы его власти на собственной коже. Но если бы только