– И как теперь быть? – тихо спросила я, чувствуя, как внутри нарастает тревога.

– Что будем делать? – передразнил мой вопрос Рауль, перефразировав мой вопрос.

– Роберт не может отказаться жениться на мне? – уточнила я.

Рауль усмехнулся, откинувшись назад на подушках.

– Нет, не может. Такие законы.

– Законы? – переспросила я. – Вы серьезно? Существуют законы, заставляющие людей жениться?

– О чем ты говоришь? – удивился Рауль. – Конечно. Если не будет браков между истинными, женщины в том мире скоро закончатся.

Я хотела что-то возразить, но решила придержать коней. Разберусь с из демографическим перекосом позже, сейчас важнее другое.

– И что, теперь он будет ненавидеть меня всю жизнь? – пробормотала я, глядя в потолок.

– Не думаю, что ненавидеть, – протянул Рауль. – Скорее, испытывать легкое раздражение. Но он может быть мужем только по закону.

– Это как? – с подозрением посмотрела я на него.

Рауль загадочно улыбнулся и провел рукой по моей ноге, от колена и выше. Прикосновение было легким, почти невесомым, но по телу тут же пробежал табун мурашек. Я машинально втянула воздух.

– По закону, – прошептал Рауль, глядя мне прямо в глаза, – это когда муж не претендует на… интим.

В комнате повисла напряженная тишина, нарушаемая только размеренным тиканьем часов. Я не знала, что ответить. С одной стороны, мысль о том, что рядом со мной будет мужчина, которому я противна, не вызывала восторга. С другой… Рауль, с его уверенностью и обжигающими прикосновениями, вызывал во мне бурю противоречивых чувств. И мурашки по коже. И это меня пугало больше всего.

– Признаться честно, я тоже не в сильном восторге от ситуации, – произношу слова, а сама осторожненько так отодвигаюсь от Рауля. Но не тут то было, чем дальше я отползала от него на кровати, тем упорнее он за мной вслед подползал, и естественно случилось то, что случилось. Кровать закончилась, и я с грохотом свалилась на пол.

Сначала во мне закипала злость. Но комичность ситуации взяла верх. Я не выдержала и рассмеялась. Рауль поддержал меня, и вскоре мы хохотали вместе, сидя на полу.

Парень встал и посмотрел на меня сверху вниз. На лице легкая улыбка, а во взгляде читается какое-то лукавство. Он подал мне руку, я приняла ее, и он помог мне подняться. В следующее мгновение Рауль неожиданно прижал меня к себе.

– Ты пойми, я торопить не стану, но и ждать слишком долго не смогу, – прошептал он еле слышно.

Я судорожно кивнула. Если рассуждать логически, то если у них тут с женщинами напряг, то желание Рауля заняться сексом поскорее вполне нормально. Но вот он не знает одного такого нюанса, о котором я и намеревалась ему сказать.

– Дело в том, что я не очень-то люблю… интим, – выпалила я, чувствуя, как краснею.

Лицо Рауля вытянулось от удивления.

– Не любишь секс? А разве такое может быть?

– Ну, если не испытываешь ничего во время этого процесса, то этот процесс становится… неинтересным, – пожала я плечами.

– Мать сказала, что ты не помнишь, кто ты и откуда, – вдруг сказал Рауль, пронзительно глядя мне в глаза. – Только… имя.

Я прикусила свой длинный язык, понимая, что меня поймали на лжи.

– Ну… да, – пробормотала я, отводя взгляд.

– Но помнишь, что от секса ничего не испытываешь? – хмыкнул мужчина. – Интересно.

В его голосе сквозила какая-то ухмылка, заставляющая меня нервничать еще больше. Кажется, я только что подписала себе смертный приговор.

– Ладно, не хочешь говорить ничего о том кто ты и откуда взялась, твое право, – продолжил мужчина и я мысленно выдохнула. – Но с остальными будь осторожнее. Истинность это не то же самое что любовь. Даже истинный может предать и подставить. Истинность это скорее про продолжение рода, а не про чувства.

Я кивнула во все глаза таращась на мужчину. Он поднял с пола свою рубашку, и надел на себя, бросив на меня многозначительный взгляд.

– Если ты не оденешься, то я передумаю ждать пока ты созреешь для секса, – многозначительно хмыкнул Рауль и я поняла, что вид у меня самый что ни на есть вызывающий, и тут же бросила взгляд на себя. На мне была полупрозрачная рубашка, которую Роберт, к слову, даже не заметил, когда я вышла из ванной. Он даже не взглянул на меня, тогда. А сейчас торчащие и упирающиеся в ткань просвечивали через тонкую ткань.

Я пулей метнулась в ванну, словно там было спасение. А оно действительно там оказалось, в виде висящего на крючке халата. Сорвав его с крючка, я накинула его на себя и завязала пояс,