На пороге «Незабудки» возник темный мужской силуэт.

Топ-топ. Пробухали по чистому полу грязные сапоги, оставив на светлой плитке бурые пятна. Тень наползла на веселый прилавок с разноцветным мороженым и спелыми фруктами.

Незнакомец был неприятен с виду: суровое, обветренное лицо, злой взгляд, костюм с полосками, как у бандита из девяностых… и какая-то общая недружелюбность.

Он небрежно кивнул продавщице и окинул Марию Ивановну оценивающим взглядом с ног до головы.

— А это еще кто? — пробасил, не представляясь и не здороваясь.

Голос его был резким, словно скрип несмазанной двери.

Мария Ивановна возмущенно вскинула голову и произнесла твердым голосом:

— Меня зовут Мария Ивановна. И я здесь теперь живу.

— А я председатель «Ромашки». Ефим Петрович Берестов. — Он поморщился. — Ивановна, значит… И откуда такая взялась? В списках вас нет. — Подошел ближе, заполняя пространство едким запахом дешевого табака. — Что, решили тут прикупить себе земельку на старость глядя, пенсионерка вы наша?

Была в этом какая-то отвратительная ирония. Этот пугающий человек был первым из местных жителей, кто не понравился Марии Ивановне совершенно. Все предыдущие новые знакомые вели себя приветливо и мило, а этот…

Сущий хам!

— Я купила дачу, — ответила Мария Ивановна, чувствуя, как внутри поднимается раздражение. — В этом кооперативе.

— Купила, значит, — протянул Берестов, словно пробуя слова на вкус. — А зачем вам понадобилась такая, с позволения сказать, дача? Тут ведь одни развалины остались. Небось, думали, что дешево отделаетесь?

Все его слова, даже вроде бы безобидные на первый взгляд, отчего-то звучали, как угрозы. Но Марию Ивановну не так просто было запугать.

— Мне нравятся эти места, — сказала она с невозмутимым видом, не собираясь оправдываться за покупку, или как-то объяснять свой поступок.

Еще не хватало!

Ефим Петрович усмехнулся, и усмешка эта не несла ничего хорошего.

— Нравятся, говорите? Ну-ну… А кто вам продал? Небось, опять какой-нибудь местный алкаш, которому деньги на бутылку срочно понадобились? — Председатель подошел ближе, и Мария Ивановна почувствовала резкий запах перегара. — Вы хоть знаете, что это за земля? Тут всякое бывало...

Мария Ивановна почувствовала, как ее терпение начинает иссякать.

— Я купила дачу у Мальцевых, — холодно сообщила она. — Очень приличные молодые люди оказались. А то, что все там старое — ничего страшного. Я труда не боюсь. Все починю и исправлю.

Услышав про Мальцевых, Ефим Петрович заметно оживился.

— У молодежи… этой? И что же? Они продали вам? — уточнил он недоверчиво. — Вроде как не планировали? Сколько же вы им заплатили?

— Это мое дело, — отрезала Мария Ивановна.

— Ваше дело, говорите? — Председатель пожевал желтые губы, его глаза сузились. — Ну, посмотрим, как долго это ваше дело будет оставаться вашим. У нас тут свои порядки, знаете ли. И чужаков мы не очень-то жалуем.

Он бросил на Марию Ивановну последний, полный подозрения взгляд и, не сказав больше ни слова, вышел из магазина.

В помещении повисла напряженная тишина.

Мария Ивановна проводила Берестова взглядом, чувствуя, как напряжение медленно отступает. В жизни она видала всякое, разных агрессивных и неадекватных людей. Будь она помоложе, может, и расстроилась бы, но сейчас… Сейчас нападки вредного председателя показались сущей ерундой.

Разберемся!

И не таких злыдней колючих видала.

Мария Ивановна глубоко вздохнула, прижимая к себе теплую булку. Этот председатель, конечно, был не из приятных... Но что он мог ей сделать? Она законно купила свою дачу, заплатила деньги. А подозрительность этого… Ефима Петровича, и его намеки теперь только подогревали интерес к новоприобретенному участку.

«Чужаков мы не очень-то жалуем», — пробормотала Мария Ивановна себе под нос, вспоминая грубые слова. Ну что ж, она и не собиралась долго оставаться тут чужой. И если кооператив «Ромашка» действительно скрывал какие-то тайны, то Мария Ивановна была готова их раскрыть.

Азарт проснулся внутри. Будто в сериал попала интересный, полный интриг, со своими злодеями и героями.

Она снова повернулась к продавщице, которая, казалось, заледенела после прихода председателя и дар речи потеряла. Лицо бледное, а глаза лихорадочно блестят.

— С вами все в порядке? — спросила Мария Ивановна, стараясь придать голосу как можно больше уверенности. — У вас руки трясутся… Вам плохо?

Продавщица вздрогнула и громко всхлипнула.

— Простите, — шепнула она. — Это ужас какой-то… Всегда он вот так. Нахамит. Ни одного доброго слова… Как с пустым местом…

— Понятно, — кивнула Мария Ивановна. — Вы его не бойтесь.

— Ох… — Продавщица тяжело выдохнула и заломила руки. — Да как не бояться? Он же магазин закроет, если ему что скажешь поперек.

— Ну, все равно… — Мария Ивановна не придумала, как еще можно поддержать эту милую приветливую женщину. — Как вас зовут, кстати? А то и не познакомились. Нехорошо как-то…

— Ася. — Продавщица улыбнулась. — Ася Цветкова. А вы — Мария Ивановна?

— Да.

— Вот и отлично. — Асино круглое лицо просияло. — Вы с утра приходите. До десяти. У нас скидки большие для пенсионеров. А я вам еще от себя лично сделаю…

— Большое спасибо. — Мария Ивановна шагнула к холодильнику с мясом. — Мне бы курочки еще. Ежам, говорят, отварную можно давать понемногу?

— Ежам? — удивилась Ася.

— Да, — пришлось объясниться. — Пришли ко мне на участок. Целая семья. Хорошие такие.

— Да, они милые. И всяких паразитов огородных подъедают, — улыбнулась продавщица. — А знаете что? У нас тут целый отдел есть специальный для животных. Сейчас на дачи многие с питомцами приезжают, вот и открыла. И кого только не привозят! Собак, кошек — это понятно. А еще попугаев, черепах, морских свинок и шиншилл всяких. И даже удава!

— Настоящего удава?

— Да. Белого такого. Специально выведенного.

— Ну ничего себе. — Мария Ивановна понимающе покачала головой.

— А кушать всем надо. Вот и вожу корма получше, чтобы никого не обделить.

— Тогда мне еще немного кошачьего корма дайте. — Мария Ивановна вспомнила про лису. — Самого лучшего.

— «Холистика» могу насыпать. И скидку сделаю, как и обещала. А для ежиков своих специальное угощение возьмите — сушеных сверчков.

— Ох ты ж, господи! Ну и угощение, — удивилась Мария Ивановна. — Ну, давайте. Сколько стоит?

— Я вам так дам. На пробу. Остался последний пакетик. Он лишний в коробке был, так что в убытке не останусь. Берите, не стесняйтесь…

В итоге Мария Ивановна вернулась домой загруженная покупками.

Взяла мяса, картошечки, сушек. Немного — ведь холодильника-то в домике не имелось. Хотелось супа, но все обнаруженные кастрюли оказались непригодными для готовки. Да и на костер кастрюлю особо не приладишь. Тут походный котелок нужен!

Стоило завозиться с продуктами возле огня, и тут же Колючка с семейством явилась. Мария Ивановна с сомнением достала из сумки пакетик со сверчками. Открыла. Угощение ежикам, и правда, понравилось. Они