следит, то выйти на него будет проще. Оба раза его видели недалеко от вирновой рощи. Уж не подался ли он к чёрным тиумидам? Сын тёмного демона… Идти в саму рощу Амните не хотелось. Можно для начала прогуляться но старому кладбищу и заглянуть в ту заброшенную деревню.

В свободный от занятий день Амнита заколола волосы на затылке и надела свой любимый наряд, в котором она обычно отправлялась бродить по лесу – облегающие брюки, кожаные башмаки и короткую приталенную куртку из плотной, но мягкой материи, с удобными застёжками спереди, которая надевалась прямо на голое тело. На всякий случай она сунула за пояс маленький кинжал с позолоченной рукояткой – подарок огненного тиумида Амита.

Путь от некрополя до Виганы лежал через лундовую рощу. Земля посветлела от опавшей серебристой листвы. Амнита только сейчас заметила, что деревья уже сильно облетели. Конец осени, а тепло, как летом. Странно. Даже не верится, что скоро зима. И Великая Ночь. Конец стопятидесятилетнего цикла Камы…

Вигана оказалась небольшим селением с узкими мощёными улицами и деревянными домами, стены которых покрывали росписи. Краски потускнели, но чувствовалось, что когда-то эта маленькая глухая деревенька выглядела нарядно и приветливо. Теперь осиротевшие дома пугливо затаились за высокими кустами. Земля, которой вернули плодородие, заполонила деревню буйными зарослями, лишь кое-где виднелись сухие, побелевшие стволы – напоминание о недавнем бедствии.

Услыхав сзади шорох, Амнита вздрогнула и обернулась. По траве скользнула огромная тень. Ванг! Чёрная птица села на покосившуюся изгородь и, окинув Амниту равнодушным взглядом, принялась чистить перья.

«Интересно, это демон или просто птица?» – подумала Амнита и вдруг услышала голоса. Их было два – мужской и женский. И доносились они из ближайшего дома. Женский голос, высокий и резкий, что-то быстро и сердито говорил. Мужчина отвечал невнятно и глухо. Как-то не похоже на Диннара…

Скрипнула дверь, и Амнита спряталась за кустами. На пороге появилась молодая женщина, стройная и красивая, с роскошными чёрными волосами, заплетёнными в две тугие косы. Одежду её составляли юбка до колен, жилетка и лёгкие сандалии – обычный наряд сантарийки в тёплую погоду. На поясе болтались нож и небольшой кожаный мешок. Следом вышел высокий смуглый юноша, при виде которого Амнита почувствовала одновременно облегчение и досаду. Это был не Диннар. Её поразил взгляд незнакомца – блуждающий, полубезумный, в то время как его красивое лицо казалось каким-то застывшим и безжизненным. Двигался он, как пьяный. Или как смертельно больной, который вот-вот испустит дух. Но он не был ни пьян, ни болен. Амнита чувствовала – с ним творится нечто худшее, хотя и не могла понять, что именно.

– Перестань меня мучить, Суана, – простонал юноша, тяжело опустившись на крыльцо. – Я устал… Я больше не могу…

– А уж как я-то от тебя устала! – раздражённо отозвалась красавица. – Ты всегда был слабаком, и зря я надеялась сделать из тебя мужчину. Ты неблагодарный! Я достала тебя из могилы, вернула твою нафф... Я чуть ли не всю силу потратила на иргины. Выращивала их, чтобы приготовить «воду жизни». Я снова подарила тебе жизнь!

– Это не жизнь… – прошептал юноша. – Отпусти меня. Я хочу покоя.

– Потерпи ещё немного, – глядя на него с невыразимым презрением, сказала девушка. – Скоро твоё тело получит белее достойный. Красивое тело – это единственное, что у тебя есть. Вернее, было... Скоро ты отправишься к своим жалким предкам, которые всегда мечтали о власти, но никогда не умели её взять. Такой род не стоит продолжать...

Амнита почувствовала сзади какое-то движение, но обернуться не успела. От удара по голове сознание её помутилось.

– Смотри, Суана, кто к нам пожаловал!

– Ну и красавица…

Голоса звучали как будто издалека.

– Осторожно! – крикнула Суана. – Скорее усыпите её… Скорее! Не смотрите ей в глаза! Не дайте ей очнуться!

Амните зажали нос влажной тряпкой, от которой резко пахло чем-то сладковатым. Её затошнило, но потом стало легче…

Придя в себя, она обнаружила, что лежит на земле связанная по рукам и ногам. Вокруг скользили длинные тени – приближался вечер. Где-то рядом звучали голоса – много мужских и один женский. Тот юноша по-прежнему сидел на крыльце безучастный ко всему на свете, а недалеко от дома Суана разговаривала с какими-то бритоголовыми мужчинами, одетыми в чёрное. Их было не меньше дюжины.

– Нам пора, – сказал один. – Сегодня будет хорошая ночь. Удачное время для жертвоприношения. Кто бы мог подумать, что такая красавица сама придёт к вам в руки! Это её тут называют Белая Звезда?

– Бледная, как нераскрашенная статуя, – фыркнула Суана. – Если она вам подходит, забирайте. Её всё равно нельзя оставлять в живых. Мне не нужны свидетели.

– Нам тоже.

– Карах, оставь здесь кого-нибудь. Посторожить Талафа. Я должна на время уйти. Чёрные тиумиды обнаружили мои кусты. Как бы они меня не выследили…

– Чёрные тиумиды! – тот, кого Суана назвала Карахом, злобно сплюнул. – Невежды, которые возомнили себя слугами Танхаронна… Это мы его истинные слуги. Бесконечная тьма порождает свет! И она его поглощает, иначе не сможет его порождать. Танхаронн требует жертв. И пока мы дарим тёмному богу светлых невест, он будет милостив к нашему миру и не погасит наше солнце!

«В конце осени пропадают валлонские девушки, – вспомнила Амнита. – Секта... Танаиты… Что-то вроде этого было ещё в Валлондоле… Или это другое? Не об этом сейчас надо думать, не об этом…»

Амнита пыталась сосредоточиться и связаться с Араннумом, но не могла. Мысли путались, в голове шумело. Действие снотворного ещё не прошло, да и ударили её здорово.

– Дайте ей ещё макханы, – сказала Суана, склонившись над Амнитой. – По-моему, она приходит в себя. Осторожней с этой бледной куклой. Она ученица нумада, я это точно знаю. Не смотрите ей в глаза, не давайте говорить. Лучше, если она отправится в объятия Танхаронна спящей.

Амнита снова почувствовала на лице влажную тряпку и поняла, что больше уже не проснётся…

Но она проснулась. Её организм, а может быть, воля к жизни оказались сильней, чем полагали эти люди. Открыв глаза, она увидела сверкающую белыми и голубыми бликами водную гладь. Озеро Санн! Двое держали её под руки в стоячем положении. Её переодели во что-то длинное, полупрозрачное, волосы распустили и украсили цветами.

Была одна из тех ясных ночей, когда всё видно, почти как днём, но в лунном свете всё казалось