— Нет. Раз уж я согласилась на этот… м-м-м… эксперимент.

— Хорошо, — я поставил табурет рядом с ней. — Скажите, как долго вы болеете?

— Много лет. Но это не совсем болезнь, а скорее состояние такое. Оно вдруг меня накрывает, но затем проходит.

— Ясно. А как оно проявляется? — я окинул её внимательным взглядом, но на открытых участках кожи ничего необычного не заметил.

— У меня сильное головокружение. Иногда возникает ощущение, будто я становлюсь невесомой и могу улететь.

— Это только ощущения, или были случаи? — деловито уточнил я, хотя сам в это время изучал её эфир.

— Ощущения, конечно же, — улыбнулась она. — Я вешу шестьдесят килограмм. Не так легко улететь с таким весом.

— Да, вы правы, — задумчиво ответил я. — Что ещё вас беспокоит?

— Почти ничего. Только головокружение, из-за которого я не могу даже с кровати встать. Меня тут же несёт куда-то вбок. Я часто падаю и бьюсь при этом. От этого появляются синяки и ушибы. Один раз я неудачно упала и сломала ключицу. Приходится держаться за кого-то или ползать на карачках.

— Всё ясно, — я встал и двинулся к выходу.

Всего за несколько минут я опросил всех больных, но картина пока не складывалась. По условиям испытания я должен придумать лекарство, которое подходит для них всех, но симптомы болезней настолько разные, что это оказалось довольно сложно.

Сильный жар только у одного больного. Значит, жаропонижающее отметается. Боли тоже не у всех, поэтому обезболивающее может быть полезно только мужчине с корками на теле. Ни у одного из них я не почувствовал никакой заразной болезни, поэтому противовирусное и антибактериальное тоже не нужны.

Так-так, что же ещё? Что-то же должно объединять болезни всех этих людей?

Я двинулся к третьей лаборатории, в которой мы должны приготовить нужное лекарство. Гриши пока видно не было, только трое наблюдателей замерли у стены.

Опустившись за стол с эмблемой своей академии, я окунулся в свою внутреннюю лабораторию. Мне больше не нужно подходить к тем людям, все их данные уже были в моей голове. Я переставлял их эфиры местами, пытался объединить, но эти люди были настолько разные даже по возрасту, что я оказался в тупике.

В это время дверь бесшумно открылась, и зашёл мой соперник. Увидев меня, он лишь кивнул головой и, опустившись за свой стол, начал что-то записывать. Я же вновь окунулся внутрь себя. Эфиры так и летали перед глазами, складываясь в различные схемы, но если я находил что-то общее у двоих, то остальные никак не встраивались в эту схему. Через какое-то время мне стало казаться, что это невыполнимое задание.

— Сколько у нас времени на обдумывание? — вывел меня из раздумий голос Гриши. Он обращался к одному из наблюдателей.

— На всё три часа. Прошло уже почти полчаса, — ответил мужчина в деловом костюме, взглянув на часы.

Гриша вновь вернулся к своим записям, а я огляделся. В третьей лаборатории была самая большая библиотека. Однако здесь чаще всего занимались лекари, поэтому преимущественно все справочники были по болезням.

— Можно заглянуть в справочники? — спросил я у наблюдателя, который стоял ближе всех ко мне. Это была строгого вида женщина с зачесанными в пучок седыми волосами — преподаватель.

— Вы можете воспользоваться всем, что находится в этой лаборатории, — кивнул она.

Я не знал, что именно буду искать, поэтому взял первый попавшийся справочник и начал пролистывать его. Вообще-то, определять болезни — работа лекарей, поэтому мне показалось, что задание ошибочное. Во всяком случае я уже начал раздражаться, потому что не понимал, что может быть общего у четырех людей с разными болезнями? И вдруг меня осенило.

Я быстро просмотрел содержание справочника, затем принёс ещё несколько справочников и также быстро их просмотрел. Гриша с интересом наблюдал за мной, но вопросов не задавал. Разговаривать и обсуждать нельзя.

В конце концов я нашёл то, что искал. Это был раздел под названием «Магические заболевания и расстройства стихийной природы». С самого начала я упустил одну очень важную особенность: все четверо — маги стихийники, но все маги разных стихий. Именно поэтому одна и та же болезнь проявляется у каждого по-разному.

Первый мужчина, тот, что горел от сильного жара — маг огня. Женщина, покрытая пузырями, маг воды. Молодой мужчина с твёрдыми наростами — маг земли, а последняя женщина — маг воздуха.

Осталось определить, что это за болезнь, и попытаться хоть как-то облегчить состояние людей.

Я принялся просматривать каждую болезнь из раздела и вскоре нашёл её — «Стихийное истощение». Все симптомы подходили под то, что я наблюдал сегодня. Ага, это даже интересно.

В справочнике было написано лечение при этой болезни. Первым делом нужно временно отказаться от использования магии, что довольно проблематично для магов, которые воспринимают свою магию, как часть себя, и даже не задумываются, когда используют её.

Следующим этапом необходимо принимать средство, поддерживающее равновесие энергии. Далее следовало несколько рецептов таких средств, но я решил не опираться на них. Приготовлю своё собственное, и оно наверняка окажется в разы лучше, чем те, что прописаны в справочнике.

Убрав справочники на место, взял поднос и двинулся с ним по лаборатории, открывая шкаф за шкафом и подбирая нужные ингредиенты. Гриша смотрел на меня ошалелыми глазами и делал знаки, чтобы я подсказал ему, но тут покашлял мужчина в деловом костюме, и студент приуныл. Когда я уже возвращался к своему столу с полным подносом ингредиентов и необходимой лабораторной посуды, Гриша яростно пролистывал те же самые справочники, что и я, пытаясь найти ответ.

У меня в запасе было почти два часа, поэтому я всё делал не спеша и старался не использовать свои способности, а пользовался приборами, находящимися здесь. Когда до окончания испытания осталось полчаса, я взял бланк и начал его заполнять, описывая каждого больного, затем обозначил болезнь и довольно подробно прописал рецепт. Отдал всё мужчине в костюме и, подмигнув приунывшему Грише, который всё ещё что-то нагревал на горелке, вышел из лаборатории.

Поднявшись на первый этаж, вышел в фойе, где меня ждали родные и друзья. Они тут же засыпали меня вопросами. Я сказал, что не уверен в правильности выполнения, но сделал всё что мог.

— Пообещай, что не будешь расстраиваться, если проиграешь, — Лена обняла меня. — Сам же говоришь, что будет ещё время показать себя.

— Так и есть, — я поцеловал её. — Расстраиваться точно не буду, но очень удивлюсь, если проиграю.

Вскоре в фойе появился Гриша. Он быстро подошёл ко