class="p1">– Я в таком состоянии знаете что и кого могла видеть? – страдальчески скривилась я. Нужно больше правдоподобия. – И слышать разве что марш, такой, знаете, там-там-та-дам, там-та-дам, та-дам, та-дам, – пропела я, но веселее, чем следовало. – Если бы я с таким запредельным давлением ловила чьих-то собак, это меня бы сейчас паковали, а не Ломакина.

Полицейский сжал губы, покусал их, покрутил головой по сторонам. Я уже знала, какой вопрос я услышу следующим.

– А… женщину тоже не видели?

– Вовчик, ну ты совсем больной? – взвыл Влад и сам не подозревал, какую оказал мне услугу. – Да ломанул какой-то школьник сеть прикола ради, охрану попугать, какие тут могут быть голые бабы?

Все, что людям кажется невозможным, останется невозможным, а значит, я тоже могу немного разрядить обстановку.

– А, голышом здесь я бегала, – призналась я, сохраняя серьезный вид. – Это же не противозаконно.

Полицейские заулыбались, не догадываясь, что я взяла и обеспечила себе алиби. Мое невменяемое состояние зафиксировано врачом, а если кто-то решит копнуть и сличить меня настоящую и картинку с видеозаписи, так я не скрывала от следствия ничего.

– И собака тоже вы, – фыркнул Влад и тут же смутился. – Я не в смысле…

– А это была сука, – тревожно прервал его Вовчик. Я перестала хихикать и повинно кивнула.

– Собака тоже я.

– Смешно, – уныло согласился Вовчик и посмотрел на Влада: – Зеркало надо снять со стены, но уже завтра? «Стрела» нужна, без нее в темноте не подобраться, сами еще полетим на колючку или в тот же колодец, ну его ко всем чертям.

Зеркало?..

– Зеркало? – встрепенулась я. Зеркало, черт. Мне необходимо это зеркало. Без него все впустую, все напрасно, и оба призрака останутся здесь порождением. – Откуда его нужно снимать?

Влад повернулся к забору и прищурил один глаз. Вовчик тоже туда посмотрел, но с полным отсутствием энтузиазма. Может, он был единственным кандидатом на акробатические трюки, но я бы могла его спасти.

– Да вон, со стены. Ломакин его туда прикрепил, чтобы камера показывала все что угодно, только не его самого на дереве. Но вам я не позволю его снимать, вы не процессуальное лицо… То есть здесь не сериал, чтобы вы трогали и перемещали улики, – начал было раздраженно объяснять Влад, и я махнула рукой.

– Я в курсе, – с не меньшим раздражением проворчала я.

Настроение скакнуло до минусовой отметки, но, может, не все пропало. Если Ломакин пришел сюда с целью провернуть авантюру с исчезновением, он все продумал и всем запасся. Он не мог заранее знать, что найдет зеркало на кенотафе и в полсекунды родит гениальный план. Это возможно, но крайне вряд ли.

– Я могу пройти к Вадиму? – спросила я почти безнадежно. – На территорию?

– Да пожалуйста. Я скажу, чтобы вас пропустили.

Я же не стану делать ничего незаконного, ведь так? Я никуда не полезу, мне в голову не придет своевольничать и уничтожать улики на месте происшествия?

Глава 11

Зеркало, зеркало, думала я, шурша листьями. Я устала и еле переставляла ноги, озноб прошел, но все еще болело тело и почему-то место укола. Зеркало Ломакин должен был принести с собой. Он должен был подготовить место, где отсидеться, и снять заранее деньги, чтобы покупать продукты за наличку. Он должен был откуда-то руководить процессом, следить за событиями и вовремя выйти на сцену.

Полицейский у ворот на этот раз не сказал мне ни слова, и я пошла по темному парку, стараясь не сбиться с дорожки. Еще оставался эффект звериного зрения, и видела я лучше обычного. Мне навстречу шли два человека с носилками, и я посторонилась. Ломакин долго пробыл в коллекторе, если вода вымыла и унесла его какую-то вещь, то он тоже вернется?

А что если…

– Стойте! – крикнула я вслед санитарам. Они остановились, повернули ко мне головы. – Скажите, а тело осмотрели?

Полицейские ходят не в форме чаще всего, и это прекрасно. Санитары окинули меня хмурыми взглядами и решили, что я имею право на этот вопрос, раз так уверенно его задаю. Но мои полномочия им были до лампочки.

– Так не к нам, начальник, – дернул плечом санитар, стоявший ко мне ближе. – Вон там группа, они и осматривали. А нам сказано в морг, значит, в морг. В смысле – на экспертизу.

Они торопливо пошли дальше, я застыла столбом посреди дорожки. Если зеркало с кенотафа Ларисы еще на теле, то порождение отправится следом за санитарной машиной – это один вариант. Второй – призраки расцепятся самостоятельно, потому что Ломакина больше здесь ничего не держит, а Лариса останется до тех пор, пока зеркало не уничтожат как вещественное доказательство. Сколько пройдет времени – месяц, полгода, год? Третий вариант самый критический – зеркало смыло в коллектор, и будет оно тогда держать Ларису или нет?

Отпустит ли Лариса Ломакина, или наоборот, это он держит ее? Почему от недавно появившегося призрака, чье тело не кремировано, не несло смрадом?

Возле коллектора тоже тарахтел генератор и горел прожектор, не менее мощный, чем за оградой. Я издалека увидела и Вадима, и следственную группу, и знакомую девушку в белом платье. Вадим смотрел на нее, она – на Вадима, и я приближалась и жадно выискивала Ломакина где-то рядом, и в чертах Ларисы пыталась разглядеть порождение.

– О-о, ну вы молодец! – встретили меня восторженные возгласы. Если сейчас привяжутся, как я догадалась, скажу правду, все равно не поверят. Не до них. – Вы как, нормально?

Кивая, я подошла к пластиковой ленте. Дальше мне хода не было, а вот Лариса спокойно прошла к самой ливневке. Она подбирала платье, будто могла его запачкать, и осторожно ступала белыми туфельками по грязи. Ее отчетливый в свете прожектора, но все же призрачный силуэт оставался чистым.

Лариса здесь, и что-то взятое еще в коллекторе. Оно тяжелое, его не смогла унести вода. Оно было прикреплено к кенотафу. Оно так привлекло внимание Ломакина, что он не только заметил, но и счел нужным его забрать. Это, возможно, хорошо сохранилось. Если это не зеркало, что это может быть?

– Анна, вы как? – на ухо поинтересовался Вадим, я пожала плечами, а потом показала большой палец. – С зеркалом я оказался прав и не прав.

Я покосилась на него, недоверчиво скривив губы.

– Я предположил, что Ломакин снял с кенотафа зеркало, чтобы обмануть камеру. Так вот, он действительно использовал зеркало, и когда я смотрел записи с камер заказчика, обнаружил, что в одном месте изображение стало искаженным. Никого на записи не видно, но…

– Картинка идет