Пэйдж не откликалась, когда ее звали, но позволила умыть и раздеть себя, а затем даже сама улеглась спать. Наоми надеялась, что им удастся поговорить утром. Устроившись на кровати, она попыталась придумать, как завести разговор, но быстро провалилась в сон – усталость силой опустила ее веки.

Впрочем, спустя девять часов ничего не изменилось. Когда Наоми встала, Пэйдж уже умылась и будто принялась чего-то ждать – просто сидела на кровати, положив ладони на колени, и смотрела в стену. На слова не реагировала, как бы Наоми ни пыталась достучаться. Не вздрагивала, когда Наоми к ней прикасалась. Единственное, что выбивалось из ее роботоподобного поведения, – моргание, но и то было лишь рефлексом; из открытого окна изредка дул теплый ветер.

Первым гостем в комнате 319 стал доктор Хьюз. В половине десятого он отвел Пэйдж на какие-то тесты, а через полтора часа вернул, но уже растерянный и взволнованный. Объяснять ничего не стал. Сказал только:

– Присмотри за ней. Я вернусь позже.

Поначалу Наоми была недовольна, но вскоре поняла, что их ситуация – тот редкий случай, когда правде предпочитаешь неопределенность. Если с Пэйдж сделали что-то ужасное и были опасения, что последствия необратимы, пожалуй, Наоми не хотела бы узнать об этом так скоро.

– Что, если полиция… – Наоми запнулась. Рен, пришедший почти сразу после того, как ушел Хьюз, уже полчаса держал ее за руку и тихонько поглаживал ее большим пальцем. – Что, если с ней делали то же самое, что и с нами?

– Ты же переодевала ее.

– Синяков нет, – подтвердила Наоми.

– Значит, делали что-то другое.

Наоми высвободилась из объятий и подошла к сидящей за столом Пэйдж. Та бесцельно водила ручкой по листу бумаги. В местах, где стержень побывал слишком много раз, начали образовываться дыры. Наоми выглянула из-за ее плеча.

– На руках, здесь, – она коснулась места на сгибе своего локтя, в котором прощупывались вены, – следы от уколов.

– Их могли сделать во время тестов.

– Ты не помогаешь.

– Я перебираю варианты, – исправил он. – Чтобы мы не приняли самый легкий за действительность.

Наоми скорчила рожицу, передразнивая Рена, и тот вымученно улыбнулся. Наоми тоже заметила, что ее губы отказывались выполнять столь простую и, казалось бы, привычную задачу.

Следующим в их комнату зашел Адам. Сначала неловко переминался на входе и трижды стучал, пока Наоми не пригласила войти, а потом не знал, как подступиться к Пэйдж, – его голос она тоже не узнавала.

– Надеялась, ты в ней что-то… пробудишь.

– Я тоже, – тихо признался Адам.

Он положил ладонь на ее плечо, но Пэйдж продолжила как ни в чем не бывало водить ручкой по бумаге, и вскоре Адам сделал два шага назад. Потерев глаза, он шумно выдохнул.

– Ты был с ней вчера вечером? – Рен сказал это быстро, словно последние несколько минут едва удерживал язык за зубами. – Проводил ее до общежития?

– До самых дверей, – тут же ответил Адам. – Клянусь, мы попрощались прямо на крыльце.

– Дежурный говорит, что она не отмечалась в журнале.

Ларс вырос из ниоткуда – может, зашел уже давно, просто за массивной фигурой Адама Наоми не сразу его заметила. Лучезарное лицо помрачнело, между бровями залег залом. Если бы метаморфам полагалась суперспособность, сейчас Ларс точно метнул бы в Адама молнию – одним взглядом.

– Если ты довел ее до дверей, – продолжил он строго, – то почему не проследил, что она вошла внутрь?

– Она же не маленькая!

– И ВОТ К ЧЕМУ ЭТО ПРИВЕЛО!

Ларс сорвался на хрип, щеки его покраснели. Наоми оглянулась на Рена, и тот схватил ее за руку, притягивая к себе и усаживая рядом, будто боялся, что их колкие слова ее поранят. Казалось, Ларс был готов влезть в драку, но победить Адама у него вряд ли вышло бы – тот был крупнее и чаще бывал на ринге, – а потому только приблизился. Даже то, что ему пришлось чуть задрать голову, чтобы посмотреть Адаму в глаза, не заставило его охладить пыл.

– Она верила, что ты защитишь ее, – цедил Ларс, – верила, что ты любишь ее.

– Какого черта? – Адам отпрянул. – Я что, на сеансе психотерапии?

– Ты совсем не чувствуешь себя виноватым?

– Чувствую, но что я мог сделать? Проводить до комнаты?

– Почему нет?

– Потому что меня не пустили бы. – Адам скривился, как будто его возмущала сама мысль о необходимости объяснять столь очевидные вещи. – И потому что это не гарантия безопасности. Альберт спал в своей постели. Его это спасло?

Ларс сделал вид, что пропустил аргументы мимо ушей.

– За вами кто-нибудь наблюдал?

– Откуда мне знать?!

– Научись смотреть по сторонам! – Ларс замахнулся, но тут же спрятал руку за спину и сжал пальцы в кулак. – Ты же не знаешь, от кого ждать подвоха!

– Может, от тебя?

Заметив, как раздулись ноздри Ларса и напряглось его тело, Наоми вскочила, чтобы встать между ними, но уже в следующую секунду все в комнате замерли. Тихие звуки, похожие на всхлипы, доносились со стороны Пэйдж. Пришлось проверить – все-таки сидела она по-прежнему неподвижно, – но по ее щекам действительно катились слезы.

– Вы ее напугали, – укорила Наоми.

Ларс что-то промычал, но отступил и вскоре оказался возле Пэйдж, чтобы закрыть ее уши руками.

– Зачем ты…

– Расскажи, что у тебя с Лайлой Стрейт.

Адам часто заморгал, нахмурился и чуть подался вперед, словно был не уверен, правильно ли все расслышал. Ларс продолжил:

– Мы уже год вместе играем, и я ни разу не видел, чтобы ты общался с той компанией. Их круг закрыт. Туда могут пригласить, но распыляться на тех, кто вне, не будут – внутри и так сложно бороться за влияние.

– И они странно себя ведут, после того как на Лайлу напали, – беззастенчиво влезла Наоми. Она несколько секунд подождала реакции Ларса, но он, похоже, был не против. – Никто из них не навестил ее, а ты – да.

– Вы тоже там были, – напомнил Адам.

– Но мы везде суем свой нос, а ты – нет.

Адам сделал несколько шагов в сторону, чтобы усесться на кровать Пэйдж, и спрятал лицо в руках.

– Я понимаю, что это важно, но… это не только мой секрет.

– Лайла пережила покушение, а что пережила Пэйдж, мы даже не знаем, – с нажимом произнес Рен. – Думаешь, прослыть треплом – худшее, что может произойти?

– И мы никому не скажем, – добавила Наоми, пытаясь снизить градус беседы. – Если не понадобится.

– Чего они боятся?

– Наказания, – выдохнул Адам.

Наоми взглянула на Рена. Он сидел, переплетя пальцы так сильно,