— Она вон там сидит! Услышит же! — она кивает назад, где за три ряда от них сидит обсуждаемая ими девочка.

— И пускай слышит! — складывает руки на груди Ю Джин: — Нечего меня снимать. Видела я канал ее мамочки, они совсем с ума сошли. Разве можно просто из дома все как есть стримить?

— Ну и что тут такого? Ты видела сколько у нее подписчиков? Три миллиона! Это значит, что каждое ее видео три миллиона просмотров имеет с самого начала! Знаешь какие это деньги? А у нее еще рекламные контракты подписаны с косметической фирмой, с фирмой, выпускающей детское питание и кроссовки они рекламируют! А она каждый день по два-три коротких видео выпускает и вечерний стрим ведет, ну когда они все ужинают! Я пока смотрела — даже захотела к ним присоединиться! Я же всегда дома одна ужинаю, а у них такая семейная атмосфера! Папа такой красивый, никаких темных кругов и мешков под глазами, а у меня если даже папа домой на ужин пришел — так просто спит сидит за столом, потому что устает очень сильно на работе. Мама у нее красотка, «Мисс Корея» в каком-то там году была, всегда такая красивая и спину держит прямо. Два брата и две сестры — полный стол! И все сидят так, разговаривают, обсуждают что и как днем было.

— Не такой уж и большой у них бассейн. Не бассейн, а ванная вовсе. — замечает Нари: — да там и не поплаваешь нормально. И дом маленький. Как в таком жить?

— Можно подумать у тебя есть дома бассейн!

— Ээ… нет. У меня нет дома бассейна. — тут же открещивается Нари: — и дом у меня маленький. Я по телевизору видела большие. И бассейны тоже.

— По телевизору все видели. Соен, а ты что думаешь? — поворачивается к ней непоседа Минсе.

— Я думаю, что ты права, Минсе. — отвечает Соен: — Нельзя так громко обсуждать человека за глаза. Ей может быть неприятно. Если у ее мамы три миллиона подписчиков, это значит, что ей давно надоело, когда ее обсуждают и пальцем тычут. Так что лучше сменить тему. Ну, или ее к нам пригласить, чтобы прямо с ней и обсуждать. Никому не нравится, когда за его спиной сплетни разносят.

— Ты такая правильная, Соен, что аж зубы болят. — кивает Минсе: — А что насчет ее стрима скажешь? Будет здорово, если мы к ней в гости напросимся! Нас же тогда три миллиона человек увидят!

— Ты сдурела? Никуда я не пойду. — мотает головой Ю Джин: — Вот еще!

— И нельзя же напрашиваться к незнакомому человеку домой! — поддерживает ее Нари.

— Она же наша одноклассница! Пойдем и познакомимся поближе! Вот прямо сейчас. — напирает Минсе: — я вчера на их стриме слышала, как ее мама у нее спросила, мол как дела в школе, подружилась с кем-нибудь или нет? А она отвечает, мол, нет, учеба только началась, и она бы очень хотела с кем-нибудь подружиться. Значит у нее нет подружек, и мы можем с ней подружиться! Вот я сейчас встану и…

— Сиди! — одергивает ее Ю Джин: — пойдешь с ней подружишься, я с тобой перестану общаться! Совсем!

— Ты чего такая бука, Ю? — удивляется Минсе: — Скажи ей Соен!

— А вот тут права Ю. Потому что нечего навязываться в друзья, если твоя цель, чтобы тебя увидели три миллиона подписчиков. — говорит Соен: — От такой известности одни проблемы потом. Думаешь это хорошо, когда все знают, что именно в твоей семье на ужин было? Ничего хорошего. Если хочешь ее поддержать — это одно дело, а если продвинуть бренд «Классная девчонка Минсе» — то лучше не ходи.

— А еще я тебя пну потом. — угрожает Ю Джин: — Ты меня знаешь, я слов на ветер не бросаю.

— Пинаться нехорошо. — автоматически замечает Соен. Привычное для нее действие — быть арбитром. В конце концов дома у нее двое младших братьев-близнецов, и она уже привыкла исполнять роль судьи, арбитра и морального авторитета в спорах — кто кого и куда пнул, толкнул, ударил, ущипнул, забрал игрушку или плюнул на спину, и кто именно в этой ситуации неправ. Видимо отчасти поэтому даже ее подружки частенько обращаются к ней как к старшей… хотя она старше их разве что на месяц.

В разговоре своих подружек она почти не участвовала, отвечала скорее машинально, потому что ее голова была занята другим. Она думала о том, что будет очень неудобно отказывать парням в посещении ее дома, хотя она сама первой вызвалась. Да, она уже придумала куда именно уберет все свои коллекционные фигурки с полок, а чтобы пустота на них не была так заметна — поставит туда книги из папиного кабинета. Правда ей пришлось пообещать близнецам, что она на следующих выходных поможет им в кое-каком деле в обмен на предоставление комнаты для хранения ее коллекции. Так что с этой стороны все было уже решено, однако теперь, после того, как она своими глазами видела как этот Бон Хва садится в черную, лоснящуюся тушу бронированного лимузина — ей почему-то стало противно.

Почему? Казалось бы, если Бон Хва действительно из семьи чеболей, из семьи владельцев «KG-group», то тут наоборот — хватай свой шанс. Она не была слепой и видела, что она ему нравилась. И он не был похож на молодых мажоров из чеболей, которых показывают по ТВ и в дорамах. Она в жизни не встречала чеболей, но подозревала, что они все как один — мрачные и высокомерные красавчики с раздутым чувством собственной исключительности и превосходства. Бон Хва казался обычным парнем, даже немного слишком стеснительным и застенчивым в общении с девушками. Совсем не таким, каким должен был быть наследник семьи чеболей, родившийся с серебряной ложкой во рту и с пакетом акций в руке.

Так что слухи, распускаемые Минсе она восприняла не серьезно, а скорее как повод познакомиться с одноклассниками поближе и весело провести время с подругами. Однако увидев Бон Хва перед лимузином и распахнувшего перед ним двери водителя — она поняла что это все на самом деле.

Конечно, если верить дорамам и ТВ, она должна была тут же влюбиться в чеболя и предложить ему руку и сердце, познакомить с родителями и оберегать от других девушек. Однако она никогда не была похожа на остальных девушек, не была такой как все. И не стремилась быть как все. Да, деньги — это круто, хорошо, когда у тебя много