будучи царём, спокойно перемещался по Европе под именем Петра Михайлова. При этом любой кабатчик точно знал, кто перед ним. Но все делали вид, что не знают правды. Вот только шведы чем-то обидели молодого царя, не проявили вежества, чем и заслужили Полтаву.

Сейчас не принято охотиться на монархов. Это плохой прецендент, любой государь понимает, что завтра он может оказаться в такой ситуации. Поэтому нередко короли свободно посещают другие страны. Даже если они находятся с ними в натянутых отношениях. Исключение является только война между ними. И то пленных монархов содержат со всей вежливостью и почётом, и отпускают за богатый выкуп.

Вот это я и изложил это своим собеседникам. Салтыков уже понял, что меня не переубедить и стал думать в более прагматичном ключе. Как сохранить мою поездку в тайне и обставить всё в лучшем виде.

В итоге я объявил, что устал и планирую удалиться на богомолье в Кирилло-Белозёрский монастырь. Хочу отдохнуть душой и телом.

И ведь в самом деле императорский выезд в сопровождении моего личного экскорта отправился на север Руси. Но там вместо меня едут проверяющее. Заодно наведут шороху, но то будет на обратном пути в Москву.

А сам я отправился с небольшой охраной из тридцати человек к строящейся Петропавловской крепости. Там уже должны ждать три военных фрегата, охраняющих русские торговые суда в неспокойных водах Балтики. Надеюсь, мне удалось хоть на время сохранить инкогнито.

Странное ощущение, на флагмане в основном экипаж знает, кого везёт. Вон как матросы и офицеры косятся в мою сторону. А там на юте сидит простой граф Иван Михайлович Азарьев, у меня даже грамотка есть, подтверждающая мою личность. Я сомневаюсь, что в тех далёких краях кто-то детально знаком с семейством Азарьевых. А они и в самом деле существуют. Вот только не уверен, что их тоже в дороге охраняет дюжина специально натасканных бодигардов и два десятка тяжеловооруженных солдат. Все служат мне не один год.

А я наслаждаюсь компанией Мити Зубова и Пахома, который одет в одежды богатого торговца и якобы является старшим в нашем представительстве. Чуть поодаль расположился Афанасий Сицкий. Он представляет наш дипломатический корпус в Дании и сейчас едет якобы на службу. А в реальности его задача — обеспечить мне благоприятный режим.

Июльский бриз ласково обдувает моё лицо. Я же наслаждаюсь тонким вкусом фалернского вина и закусываю тонкими ломтиками острого сыра. При этом блаженно щурюсь на полуденное солнышко и пытаюсь представить себе, что я и в самом деле мелкий дворянчик и могу делать всё, что моей правой ноге вздумается.

Наша флотилия величественно минула Нарвскую Губу. Где-то глубже находится теперь уже русская крепость. Держим курс на Ригу. Мне очень интересно посмотреть на этот город.

Правда от побережья до самого города-крепости нам пришлось добираться почти три часа. Скрипучие телеги благополучно доставили всю компанию к стенам города.

Своеобразный посад, где, по-видимому, живут слои победнее. Деревянные дома низенькие и похожи на наши. Но вот дальше выросли мощные городские стены.

М-да, солидно. Не даром поляки обделались, и так и не смогли взять крепость штурмом. Глубокий ров с водой, валы и нависающие бастионы. Шведы совсем недавно провели реконструкцию фортификационных сооружений. По договору при заключении мира, город отошёл польской короне. Но возникла интересная ситуация. Почти 50 лет им владели шведы и многое сделали для благоустройства города. Построили школы, обновили инфраструктуру. Это настоящая столица шведской Ливонии. Являясь крупнейшим торговым центром Балтики, город притягивал внимание различных сторон. Через этот порт шёл экспорт зерна, льна, древесины и других товаров из внутренних районов России. Он имел обширные связи. И не только с Ганзой, а также с Амстердамом, Лондоном, Стокгольмом и другими столицами.

Судя по всему, здесь заправляют по-прежнему немецкие гильдии. Население 25–30 тысяч человек. А это очень немало.

Судя по пояснениям Афанасия, в магистрате заправляют балтийские немцы. Латыши — в основном сельчане и ремесленники. Шведы — военные и представители администрации. Были также русские, поляки и евреи.

Для меня и моих приближённых сняли весь этаж постоялого двора. На ужин подали кашу, хлеб, капусту, рыбу и куски жаренного мяса. Еда неприхотливая, но сытная. А когда меня потянуло помыться, Афанасий договорился, и мы направились в общественные бани.

А уж утром дружно направились в Старый город. В прошлой жизни я был в Риге проездом, по дороге в Юрмалу. Сам город видел только с экрана телевизора. Типичная средневековая готика. Узкие улочки, трёх-четырёхэтажные каменные дома с остроконечными крышами. Зато зашли в Домский собор. Службы не было, и мы просто осмотрели витражи. Ещё нам на пути попалась Петракирха (церковь Св. Петра). В новых зданиях, построенных в духе северного барокко ранее размещалась шведская администрация. А сейчас сидят чиновники магистратуры.

Юмор ситуации в том, что городские власти оказались предоставлены самим себе. Шведские чиновники в основном уехали, а прибывшего польского управленца вскоре отозвали. В Варшаве начались волнения и всем стало не до новых приобретений. Понятно, что власть в городе прибрали патриции из немецких купцов и руководители цеховых гильдий.

Надо срочно заняться этим вопросом. Я сразу же написал письмо в Сенат с приказом выдвинуть армию в этот регион. Параллельно указал, что надо начинать работу с членами магистрата. Чтобы захват города прошёл бескровно. Ведь в городе имеется немалый гарнизон из местных, которые охраняют стены и ворота.

С большим любопытством я ознакомился с Домской школой и шведской гимназией. Меня интересовала организация учёбы. Жители в основном исповедуют лютеранство. Один из членов магистрата дал бал для видных горожан. Ну и для неприметного русского графа Азарьева тоже удалось получить приглашение. Мне даже удалось переговорить с этим чиновником.

Чёрт, вот как он сумел раскрыть мою истинную сущность. Был исключительно вежлив и даже предупредителен. Я его вычислил по оговорке, он попытался назвать меня по моему официальному титулу. Но моментально исправился и закашлял, сделав вид, что горло перехватило.

Ну я и выдал пару тезисов, где предлагал принять сторону российской короны. А взамен мы не будем вмешиваться в их внутреннюю кухню. Мужчина кивнул в знак того, что понял меня.

— Афанасий, откуда у местных информация обо мне? Мы же держали всё в полном секрете?

— Хм, Ваше Величество. Но личность Вашего уровня узнаваема. Вы же не сидите взаперти в Теремном дворце. Много иноземцев посещают Москву и Ваши балы.

— Ну да, надеюсь меня не будут торжественно встречать в том месте, куда мы стремимся.

— Чем дальше от нашей границы, тем меньше