не одна! – пошутила, пытаясь унять забившееся от волнения сердце.

– Вы с мышкой совсем ничего не весите…

Замерев, я смотрела в строгое и резкое лицо державшего меня на руках дракона. Оно было так близко, что сердце едва не вылетело из груди.

«Ах, принц, вы великолепны!» – поддразнила мышь.

«Молчать, грызун! Испортишь свидание – никогда тебе не прощу!» – пригрозила я.

Мышь вздохнула и снова уткнулась в книгу, пробубнив: «А интересно, в какую игру по Эрику Берну играете вы с принцем… Будем изучать. Никто больше не удосужится».

Байдор вынес меня на поляну возле беседки и не думал отпускать. Его глаза сверкали, и у меня закружилась голова. Над нами было ночное небо, оно словно крутилось, звезды и луны сияли, вспыхивали ярко и радостно, до сладкой эйфории внутри.

– Танцуем? – растерянно спросил Байдор, его, видимо, тоже накрыло…

– Да, конечно… – неуверенным шепотом ответила я, облизав губы.

Рука сама собой потянулась к его щеке, коснулась ее… Байдор выдохнул и склонился ко мне…

Я и не поняла, в какой момент мы начали целоваться. Это произошло само собой.

Глава 41

– Байдор, подожди, я должна тебе кое-что сказать… – шепнула, прежде чем принц склонился к моим губам с новым поцелуем.

Мы танцевали на поляне под звездами. Под созданную Байдором прекрасную музыку – даже не думала, что принц способен на такую романтику! Время от времени целовались – нежно и страстно, как настоящие влюбленные. И я совершенно забыла про возможную передачу мне «цвета» через поцелуй. Вспомнила только сейчас.

– Что, моя принцесса? – хрипловато спросил Байдор и приглушил мелодию.

– Я забыла тебе сказать… – немного отстранилась, – ты ведь не знаешь… Выяснилось, что сила какого-либо «цвета» магии может передаваться мне через поцелуй. Мы должны проверить, перешла ли ко мне твоя черная сила…

Байдор замер, сильные руки у меня на талии напряглись.

– Как это выяснилось? – напряженно спросил он.

Я ожидала, что он возмутится, будто я без спроса решила заполучить его особые «черные» способности. Но он подумал о другом, и я была к этому не готова и растерялась.

– Выяснилось… случайно.

– С кем ты целовалась? – с откровенной ревностью спросил дракон.

– Хм… Неважно!

– Алиса! – Глаза его сверкнули. – Я понимаю, что, несмотря на наше свидание, я тебе еще не жених. И ты еще не огласила свой выбор. И я не знаю, кого ты назовешь своим избранником. Но я должен хотя бы знать, кто посмел целовать тебя!

– Э-э… два дракона. Коричневый и… синий!

– Что? Два?! – взревел Байдор. – Целых два?! – Он выпустил меня из рук, отступил и уставился на меня со смесью гнева и изумления. – И под эту лавочку заодно и со мной решила поцеловаться? Решила, что черная энергия не помешает? – спросил едко.

«Доигралась!» – буркнула мышь.

«Молчи! – рявкнула я. – Мне нельзя потерять его! Я ведь его…»

– Байдор, сядь, пожалуйста, – указала на скамейку, – и дай мне объяснить все, прежде чем ты решишь, что я… принцесса слишком легких нравов.

Ревнивый принц сверкнул глазами, но позволил отвести себя за руку к скамейке. Сел прямо, словно кол проглотил. Так и сидел с гуляющими на скулах желваками, пока я рассказывала о событиях, предшествовавших нашему свиданию. Потом выдохнул.

– Понятно, – сказал наконец. – То есть ты не собиралась целовать Бамара?

– Конечно нет! Перегнула палку, провоцируя его! Я слишком много раз сравнивала его – с тобой, между прочим! Любой дракон взбесился бы.

– Это точно! – неожиданно рассмеялся принц, хоть и не очень весело. – С коричневым я разберусь. За свой… хм… «пыл» он заслужил… В общем, мы с ним… поговорим. А эксперимент с синим отвратителен. Понимаю, что Бамар взбесился еще и из-за него. Я бы тоже… Ладно, понятно. Ты вовсе не хотела… – Он обнял меня за плечи и склонился губами к уху.

По коже побежали мурашки, я уже и забыла, что нужно проверить черную магию.

– Что ты делаешь? – с придыханием спросила.

– То же, что и мой коричневый соперник. Борюсь за свою принцессу. Доступными мне методами. – Байдор криво усмехнулся и…

– Да стой ты! – Я вскочила прежде, чем он нагло начал целовать мою шею или чем там еще наглым собирался заниматься. – Мы должны проверить, перешла ли ко мне твоя магия! А я даже не понимаю, что это такое… Без тебя никак…

– Что такое магия черных? – со смехом переспросил Байдор.

Поднялся, встал рядом. Одной рукой обнял меня за плечи, а другой плавно повел в воздухе. Словно темные нити заструились к его руке из тени, залегшей в кустах и повсюду в ночном саду… Он поводил рукой еще, и темнота вдруг стала… нет, не светом, но она засияла изнутри. Странно… Сияющая темнота. Она оставалась тьмой, но словно переливалась изнутри. Байдор скрутил из нее большое сердце, и оно зависло в воздухе над поляной.

– Что это?

– Мое сердце. Иллюстрация посредством черной энергии. – Байдор покрутил пальцем, и под сердцем появилась такая же темно-сияющая закорючка – авторская подпись. – Черная магия – это способность управлять энергиями ночи, темноты, некоторых темных сил… Ее можно собрать и, например, запустить в противника. Он ослепнет, заблудится… потеряется в темноте. Порой – навсегда. А можно создать из нее что-то… Если в тебе она проявилась, можешь дополнить мой рисунок.

– Понятно… что не очень понятно…

– Давай, Алиса, попробуй. Уверен, моя сила тебе передалась. Раз уж передалась от коричневого…

Вздохнув, выставила руку… Да, я чувствовала что-то такое. Видимо, была так увлечена поцелуями с Байдором, что не ощутила передачу силы.

Тьма была и во мне, и вне меня. Красивая, первобытная. Не злая, не плохая и не хорошая. Просто тьма. Та, что можно сплетать с ее противоположностью – светом – и создавать самые красивые на свете узоры.

В ответ на мой приказ туманные нити заструились к руке. Я собрала целое облако, а потом (ничего лучше в голову не пришло) нарисовала рядом с сердцем Байдора еще одно сердечко, поменьше, и заставила его сиять темнотой, клубиться…

– Прекрасно! – Байдор действительно был уверен, что уж от его-то поцелуя я обрету все нужные свойства. – А теперь давай добавим двух драконов, черного и золотого. Золотом напитаем его обычной магией…

Он сжал мою ладонь, вытянул обе наши руки вперед, и мы начали рисовать. Он будто водил моей рукой над бумагой и учил писать картины.

– Как красиво! – восхитилась я, когда над нашими «сердцами» возникли два драконьих силуэта, они взмахивали крыльями на месте, словно летели. – Давай я добавлю кое-что!

Я самостоятельно создала темную стрелу, что пронзила два сердца.

– Что это? – удивился Байдор. – Какой-то хищный символ…

Эх,