– Поймите, – сказал он, вскакивая и указывая на Мартина трубкой. – Дженни – лучшая девушка на свете! Ради нее я сделаю все, что угодно. Она мне очень нравится, и временами я начинаю верить, что эта идея с нашей женитьбой не так уж и плоха. Но…

– Но?

– Мы росли вместе, – с сильным напряжением в голосе продолжал Ричард. – С пяти до семнадцати лет Дженни всегда была рядом, да и после тоже. Признаюсь откровенно: я не испытываю к ней физического влечения. В то время как вас, очевидно, тянет к ней. И это очень важно. Да, я все понимаю! – Он поднял руку, предвосхищая возражения Мартина. Затем спрятал трубку и зажигалку в карманы пиджака. Серые умные глаза смотрели на Мартина с таким глубокомысленным видом, словно этому человеку были подвластны все тайны вселенной. По крайней мере, он производил такое впечатление. – Сейчас много говорят о важности дружеских отношений и общности интересов. Что ж, – улыбнулся Ричард, – о таких вещах лучше задумываться ближе к старости. Самое во всем этом замечательное то, что я увлекся одной особой и собираюсь на ней жениться.

Мартин тоже испытал облегчение, но, как ему показалось, не такое сильное, как у его собеседника.

– Поздравляю! Поздравляю от всего сердца! Кто она?

Ричард подошел к двери и осторожно закрыл ее.

– Сьюзан Харвуд. Она живет на окраине Брейла, не поместья, а города. – По лицу Ричарда пробежала тревожная тень. Но тут же исчезла, и он оживленно воскликнул: – Боже мой! Это же так чудесно!.. Давайте пожмем друг другу руки.

Они обменялись энергичными рукопожатиями.

– Скажите, – продолжал Ричард, – чего вы хотите?

– Чего я хочу?

– Ну, – сказал его собеседник, у которого, судя по всему, от радости возник порыв что-нибудь кому-нибудь подарить, – как насчет моего автомобиля с пятьюдесятью галлонами лучшего бензина, купленного на черном рынке? Или, может, выберете ружье на свой вкус? У меня их целая коллекция! Еще могу дать вам лучший телефонный справочник… Хотя зачем вам телефонный справочник, если вы хотите жениться? Мне он тоже не понадобится. – Он задумался. – Между прочим, как вас зовут?

– Мартин.

– Хорошо! А я Рики. – Он снова задумался. – Мне кажется, если мы все тщательно спланируем, у нас, возможно, получится.

– Тщательно спланируем? Что нам нужно планировать?

– Вы даже не представляете, с кем вам придется иметь дело, – тихо сказал Рики. – Нет, подождите. Вы думаете, что все знаете, но это не так.

– Семья будет против?

– В вашем голосе слышится пренебрежение. Возможно, Дженни вам не все рассказала. – Рики потер ладони друг о друга, а затем крепко обхватил их длинными пальцами. – Вы, полагаю, никогда не играли в шахматы с бабушкой Брейл? Я играл. Этой леди стоило родиться мужчиной. Ей нужны деньги, и она собирается получить их во что бы то ни стало.

Солнце уже клонилось к закату, но его лучи еще окрашивали в золотистый цвет окна с частым переплетом. Из-за закрытых дверей и окон в баре стало жарко и душно. Рики подошел к окну и уставился в него невидящим взглядом.

– Моя мать, – продолжал он, – чудесная женщина. Но бабушка Брейл держит ее вот так. – Он обхватил большой палец ладонью левой руки и выгнул его. – И доктор Лорье имеет на нее огромное влияние. Что же касается Дженни… – Он вдруг осекся. – Глазам своим не верю, а вот и она!

Мартин быстро подошел к нему.

Перед «Лежбищем дракона» виднелся поросший травой пологий склон, залитый солнечным светом. Дальше проходила дорога, а за ней – небольшая лужайка, вдоль которой тянулась низкая каменная ограда парка поместья Флит-Хаус. Около нее стояли Дженни и Рут Каллис и, кажется, о чем-то непринужденно беседовали.

Здесь, среди деревьев, неподалеку от белого угрюмого дома слева, они сразу приковывали к себе внимание. На Рут было шелковое платье – такие она обычно носила в Лондоне; светло-каштановые волосы убраны в модную высокую прическу, а в ушах блестели серьги. Дженни была в белой блузке и белых шортах. Разговаривая, она все время приподнимала плечо.

Рики Флит оперся обеими руками на оконную раму.

– Знаете что, – сказал он, – кажется, назревает ссора.

– Что?

– Ссора. Не спрашивайте, откуда я это знаю. Разве вам самому так не кажется? К тому же я ожидал чего-то подобного.

– Почему?

– Полагаю, сейчас я должен находиться дома, встречать гостей, – проворчал Рики. – Но что-то заговорился и потерял счет времени. Рут звонила в поместье Брейл, еще до вашего звонка. Трубку взяла Дженни. – Он немного замялся. – И говорила она с Рут мило и вежливо, как обычно. Но голос ее звучал слишком уж приторно. И она напоминала женщину, которая только и ждет удачного момента, чтобы выплеснуть накопившееся. Понимаете, о чем я?

Пока Рики все это говорил, Дженни закончила беседовать с Рут, снова дернула плечом и зашагала прочь. Потом она оглянулась на окно, за которым стояли Ричард и Мартин, и пошла чуть медленнее, уже не так уверенно, но не остановилась, а только машинально смахнула набок висевший на плечах тонкий голубой джемпер. Мартин увидел, как напряглись плечи его собеседника, и кое-что осознал.

– И что, черт возьми, – выпалил Рики, – я ей теперь скажу?

Дверь открылась, и фигура Дженни заслонила собой солнечный свет. Вместе с ней в помещение ворвалось ощущение какой-то неловкости, заставившей всех троих замереть на месте. Мартин увидел, что Ричард собрался с духом, словно актер, собирающийся произнести героический монолог о самоотречении. Он даже заметил, как Ричард взглянул на свое отражение в засиженном мухами оконном стекле, словно проверяя, достаточно ли убедительно он выглядит. Но первой заговорила Дженни.

– Все хорошо, – сказала она, опустив взгляд в пол. – Я поняла, что все будет хорошо, кода увидела, как вы пожимаете друг другу руки.

Чувство неловкости сохранилось, но напряжение начало спадать.

– Ты же понимаешь, что ничего из этого не выйдет, – проворчал Рики.

– Рики оказался таким честным и порядочным, что я даже не знаю, как его благодарить, – сказал Мартин.

– Чушь, старина! Ерунда!

Глаза Дженни заблестели, когда она посмотрела на своего бывшего (по крайней мере, Мартин очень на это надеялся) жениха.

– Какой же ты милый, Рики!

– Да ладно тебе, старушка!

Похоже, Ричард убедил себя в том, что он в самом деле совершил акт героического самопожертвования. По крайней мере, Мартин в этом уже не сомневался.

– Мартин, – сказала Дженни и после небольшой паузы добавила: – Давай сходим куда-нибудь сегодня вечером?

Услышав это предложение, Рики оживился и снова заговорил прежним голосом:

– Неплохая идея. Можете взять мою машину. Только где здесь развлечься, в этих неизведанных дебрях?