— Ну рассказывай, Влад, что тут у нас за сборная чехарда, — подпер я кулаком щеку, с интересом глядя на него.

— Так уж вышло, господин Аристарх Николаевич, что… ах… а-а-а… — с легким недоумением схватился за горло чародей. А затем, миг спустя, под моим насмешливым взглядом рухнул на землю, корчась от нестерпимой, нечеловеческой боли.

— Господин!.. — вскинулась было Алтынай, но одного мимолетного взгляда хватила, что бы она умолкла.

— Так-так-так… Кто же у нас тут такой любопытный сидел, а? — поинтересовался я, не меняя позы. — Любопытный и наглый сверх всякой меры, поди ж ты…

Крик боли, исторгнутый корчащимся мужчиной, сотряс стены зала. Аура неудачливого чародея затряслась, пошла трескаться и трансформироваться, стремительно наливаясь силой — черной, злой силой. Демонической, если быть точным — вот только к Инферно эта сила не имела никакого отношения. Слуга кого-то из Демонических Богов, правда, какого именно, мне разобрать не удалось. Впрочем, оно и не удивительно — этой пакости в мироздании на любой цвет и вкус, сколько угодно, и всех своих даже они сами не упомнят, куда уж скромному мне.

Под давлением моей Силы Души аура из ложной стремительно трансформировалась в истинный свой вид — перед нами на каменном полу лежал демонолог, в чьей энергетике добрых девять десятых силы была заемной, подаренной его покровителями. А был он, ни много ни мало, полновесным Архимагом. Из тех, кто с трудом осилил в свое время планку Мастера, не смирился с этим и пошел по кривой дорожке, отдав свою свободу и судьбу своей души руки Демонического Бога. Тот даровал своему слуге могущество и долголетие, невозможное для обычного смертного… Вот только обмен всё равно сомнительный — ни один образованный маг хотя бы с парой извилин в голове ни за что не пойдет на подобное. И никакое долголетие не соблазнит разумного чародея на подобный шаг — ибо толку с этого долголетия, если рано или поздно тебя кто-нибудь да прикончит, и тогда твоя душа отправится в угодья твоего темного владыки? Нет, если ты уж очень выслужился и доказал свою полезность, то в посмертии тебя ожидает участь перерождения в магическое существо на службе своего покровителя — причем куда более могущественное, чем при жизни…

Но шансы на подобный исход — один к тысяче. Ибо что бы подобным образом наградить верного слугу, требуются определенные усилия и траты силы от самого Демона-Бога. И пусть по меркам такой сущности это совсем небольшие траты и усилия, но тут как в купеческом деле — если бездумно тратить заработанное, то никогда не разбогатеть. Эти твари Богами становятся как раз за счет десятки тысяч лет накоплений душ, жертвенной крови и прочих всевозможных источников силы, и тратить хотя бы крупицу своего могущества готовы лишь ради тех, чья полезность с лихвой перекрывает затраты. А вот для всех остальных своих смертных рабов у них участь простая и не слишком завидная — тысячелетия страданий и боли в качестве одной из бесчисленных батареек для своих владык… И потому, не смотря на возможность теоретически даже для какого-нибудь жалкого Мастера прожить тысячи лет и подняться до самых вершин могущества, такое почти никогда не происходит. Ибо сама служба Демоническому Богу предполагает исполнение его воли и воплощение его целей — нахапать для покровителя побольше сил и ресурсов в мире смертных. Учитывая же способами, которыми Темные вообще и Демонические Боги в особенности черпают силы, долго прожить удаётся редким счастливчикам…

Тварь, что сейчас корчилась передо мной и моими изумленными соратниками, человеком называться права не имела уже давно. Ибо за подобные дела, вообще-то, сжигают к чертям собачьим на кострах. Дровами которым служат магические породы деревьев, политые специальными алхимическими растворами и освященным, святым маслом для пущей надежности. И в целях безопасности огражденные двумя, а лучше тремя и более кругами ритуальных чар, да при максимально возможном стечении народу. Ибо ритуальный каннибализм, принесенные на алтарь младенцы, отданные демонам на поругание с последующим пожиранием девушки и юноши — лишь вершина айсберга. Самая безобидная часть, ибо это, сколь бы ужасно не звучало, лишь тварные аспекты — мучения на обычном, физическом уровне, что среди этой братии считалось уделом неопытных недоучек. Истинные мастера терзали, уродовали и калечили сами души… А потому все религиозные организации, от Церкви до языческих жрецов, (из числа Светлых или хотя бы нейтральных культов), в редкостном единодушии с властями светскими этих ребят пускали под нож. Ибо если им дать окрепнуть и пустить корни — катастрофа и погибель регионам, а иной раз и целым странам гарантированы.

— А-а-а-а-а!!! — выла тварь. — Отпусти меня-а-а-а-а!!! Отпусти-и-и-и!!! Иначе не миновать… тебе кары…

— Захлопни пасть, таракан, — с брезгливой улыбкой сказал, ещё немного усилив действие своей магии. — Плевать я хотел на угрозы что твои, что той паскудной мерзости, которой ты продал свою душу. Не всяким недоумкам поднимать на меня хвост!

— Владыка Орсанг не простит! — пересилил боль и с ненавистью прохрипел испытывающий чудовищную, непредставимую ни для кого здесь, кроме меня и него, боль. Силен, бродяга, и духом крепок. Такие более прочих опасны. — Самоуверенный глупец, как смеешь ты поднимать руку на Его слугу! Одумайся, смертный — ты противишься Божественной Воле!

— Не трать кислород, насекомое, — презрительно фыркнул я, вставая и начиная обходить огромный стол, во главе которого сидел. — Я из мира, где неделя не проходила, что бы на центральных площадях больших городов сжигали шваль вроде тебя. Это здесь, в этом мире для вас край не пуганных идиотов, меня к ним не относи. Я таких как ты перевидал столько, что аж тошно становится… Ну вот чем мне может грозить гнев какого-то задрипанного Демонического Божка из третьесортного Пантеона? Он сильно обидится и будет возмущенно пердеть в той дыре мироздания, что служит ему обиталищем?

— Т-ты!.. — прохрипел демонолог.

Ну нельзя в их присутствии вот так пренебрежительно отзываться об их владыках, не могут они не отреагировать на подобное. Демоны, они ведь такие — их не зря ассоциируют со всем худшим, что есть в человеке. Гордыня, зависть, гнев и прочее — это всё про них, уж не сомневайтесь. Нет, если оскорбивший твоего владыку смертный не в курсе, что ты его слуга, то стерпеть они подобное могут очень даже запросто — совсем