— Я так тебя люблю, Тёма!.. — реву, уткнувшись в мужскую шею. — Я больше не буду себя плохо вести!..

Глава 37

— Почему я должна сидеть здесь? Я хочу к себе домой, — я лихорадочно наматываю круги по просторной кухне, залитой мягким светом.

Из большого окна пробиваются лучи солнца, щедро заполняя пространство. Ветер снаружи мягко колышет пожелтевшие деревья, осыпая листву.

Сара готовит обед, а я, невзирая на дрянное настроение и неуместность ситуации, думаю о том, как круто жить в частном доме. Наверное, мой мозг отчаянно хочет отвлечься на что-то более нейтральное, чем жизнь в семье мафии.

Бросив короткий взгляд на террасу, вздыхаю при виде охранника, стоящего снаружи.

— Потому что здесь безопасно, — вставляет свои пять копеек вошедшая Селин.

Кровь вскипает в жилах, стоит мне обернуться и заглянуть в её неприятное лицо с накачанными губами.

— Тебя кто-то спрашивал? — в порыве делаю шаг в её сторону, но передо мной вырастает стройная фигура Сары с деревянной лопаткой в руках.

— Спокойно, дорогая, — мягко улыбаясь, произносит сноха на русском. — Не обращай на неё внимания. Давай представим, что мы на отдыхе?

— Ну как же не обращать? — иронично уточняю, бросив на «силиконовую долину» взгляд. — К нам вон подселили спасённую Иваном принцессу! — улыбаясь, взмахиваю в её сторону ладонью.

— Ты хотела, чтобы он оставил её умирать? — Сара вскидывает бровь, и я отворачиваюсь, не желая развивать эту тему.

— Нет, но можно было отправить её в другое место, а не тащить сюда с нами, — цежу сквозь зубы. Решая не нервировать себя ещё больше, нащупываю пластиковую ручку двери и, толкнув её, выхожу на улицу.

— Мисс, вам лучше вернуться в дом, — двухметровый бугай, патрулирующий территорию, останавливается чуть поодаль, делая кивок головой. — Для вашей же безопасности.

Чуть пройдясь к деревянной лавочке, прислонённой к стене здания, поднимаю с неё плед и сажусь, поджав под себя ноги в одних тапочках.

— А вы постойте где-нибудь рядышком. Позвольте мне подышать свежим воздухом, — парирую, подняв на него голову с прищуром.

Укрывшись, я даю понять, что не сдвинусь с места, и мужчина вынужденно соглашается, поджав губы. Так и сидим. Точнее, он стоит, а я сижу.

Мыслей нет. Переживаний тоже. Но есть стойкое ощущение, что я медленно схожу с ума, и таким образом мой разум блокирует все атаки и болезненные воспоминания, подавляя их.

Иначе я свихнусь, не выдержав.

— Артём или Иван не связывались с вами? — на втором имени запинаюсь, едва ли не произнеся по привычке: «Джон».

— Нет, мэм, — чеканит в ответ, и я понимаю, что правды тут не услышишь. Вряд ли он уполномочен болтать или докладывать нам, трём женщинам, о происходящем в клане.

Ладно. Итак, давайте обо всём по порядку.

В ту ночь взрыва Артём привёз меня к себе в квартиру. Бедная Сара… её ошарашенное лицо нужно было видеть, когда она с порога начала нас по очереди обнимать и плакать, приговаривая: «Слава Богу, живы».

Телефон брата без конца разрывался, и он то и дело отвлекался, о чём-то переговариваясь с Джоном. Один из самых запоминающихся был первый.

— Да. Да, со мной. Всё в порядке. Живая. Блять, говорю же нормально! — Артём был на взводе, а вопросы Грея, похоже, нервировали его капец как сильно.

Тогда-то я и задалась вопросом: а где всё это время был Джон? Почему его не оказалось рядом с Артёмом, и брат приехал за мной один?

Долго гадать не пришлось…

Тёма заставил нас с Сарой собрать сумки с вещами на пару дней. Сказал, что так нужно, и нас отправят в безопасное место, пока они с Джоном не решат дела. Так как за моими шмотками заезжать времени не было, Сара упаковала свои вещи для двоих, и мы принялись за необходимые принадлежности для Алана.

Всё происходило в таком сумбурном хаосе, что я задвигала мысли о пережитом подальше. Решила, что порыдаю позже, в одиночестве.

Находясь в детской, в какой-то момент я услышала знакомые голоса. Быстро закончив с сумками для Алана, мы с Сарой вышли в гостиную, и я обомлела.

Всё встало на свои места, и вопрос о том, где находился Джон, был исчерпан.

На диване сидела рыдающая Селин. Она выглядела, мягко говоря, не очень, хотя я далеко от неё не ушла, будучи в грязной пижаме и с запахом гари на одежде.

— Собрались? — Артём заметил нас первым, оторвавшись от диалога, и тогда все присутствующие обернулись.

Белобрысая скользнула по мне ревностным взором, и я поняла, что в её голове проскочила догадка о том, что похищена была не она одна. Собственно, для меня это так же стало открытием и одновременно горьким разочарованием, потому что я поняла, кого из нас двоих выбрал Джон.

Почувствовав на себе прожигающий взгляд, силой воли я заставила себя оторвать глаза от блондинки. Чуть поодаль, рядом с Артёмом, стоял Грей и внимательно на меня смотрел. Наверное, впервые я не смогла понять, о чём он думает. Показалось, что он злился, держа в руках телефон.

Он был с Селин. И спас её тоже он.

Поэтому ко мне приехал Артём, а не Джон. Наш Ванечка был занят другой.

Сглотнув, я посмотрела себе под ноги и молча вернулась в комнату Алана. Мне не хотелось ни с кем разговаривать и участвовать в обсуждении плана. Ехать куда-либо тем более.

В тот миг единственное, чего я желала, вернуться в свою маленькую квартирку в Нью-Рошелле, свернуться калачиком на кровати и укрыться тёплым одеялом.

Но сделать я этого не могла, поэтому, прислонившись к стене, опустилась на пол и спрятала голову на коленях, обняв себя. Меня волновал всего один вопрос: после всего, что мы пережили вместе… неужели я совсем для него ничего не значила?

Здравый смысл оправдывал Джона. Нашёптывал, что наверняка Артём сам вызвался ехать за мной, но сердце обливалось кровью. И ревностью. Жгучей и обжигающей.

Всё-таки не зря я без конца думала об этой белобрысой суке. Не зря.

Под покровом ночи нас четверых меня, Сару, суку Селин и малыша Алана перевезли в этот загородный дом. С конвоем, в сопровождении нескольких машин я ощущала себя особо опасным преступником, но была такой морально истощённой, что молча сидела в несущемся бронированном