бою было принято сходиться борт в борт, сцеплять даккары трехзубыми крюками на веревках, посте чего биться на двух палубах до тех пор, пока одна команда не вырежет другую — ну, или пока другая не сдастся, что среди викингов случалось очень редко. Ведь каждый из них мечтал погибнуть сражаясь, с мечом в руке, чтобы автоматически переместиться в Вальгаллу, прямиком за пиршественный стол О̀дина.

Потому я заметила удивленные лица данов, когда наши драккары начали разворачиваться к ним носами, на которых были установлены деревянные головы драконов — ну, может, размером чуть больше, чем обычно. С точки зрения местной морской тактики очень странное решение... которое очень быстро нашло объяснение.

Асбранд не зря держал в руках две металлические дубинки странной формы. Когда корабль данов пошел на сближение, кузнец нырнул под голову дракона, вставил свое необычное оружие, оказавшееся рукоятями, в кузнечные меха, и принялся быстро качать воздух. В это же время Магни схватил заранее приготовленный факел, и поднес его к срезу специальной трубки внутри головы дракона, присоединенной к бочке солидных размеров.

...Выглядело это эпично!

Внезапно из клыкастой пасти деревянного чудовища вырвалась струя пламени!

Она ударила в борт приближающегося драккара, уже развернувшегося для абордажа, окатила почти всех, кто столпился на корабле с оружием в руках, готовясь ринуться в бой — и достала до паруса, наполненного попутным ветром...

Ужасный вопль людей, горящих заживо, наверно, достиг небес и заставил вздрогнуть богов, наблюдавших за этой битвой. И крики эти приумножились, когда с трех наших остальных драккаров в сторону вражеских кораблей плеснули такие же струи пламени...

Один из капитанов почти успел повернуть свой драккар, не растерявшись и отдав нужную команду гребцам.

Но «почти» — это не то же самое, что «успел»!

Огненная струя, состоящая из смеси топленого китового жира и воды Черного озера, настигла корму драккара — и пламя шустро побежало дальше, к мачте, пожирая всё на своем пути. Похоже, даны перед отплытием хорошо подготовили свои корабли, просмолив их заново — и это сыграло им плохую службу...

Буквально через несколько минут на воде горели четыре костра, с которых, спасаясь от пламени, в воду прыгали люди — но вряд ли это могло им помочь. До берега было далеко, а долго плыть в ледяной воде, будучи отягощенным тяжелым доспехом, практически нереально...

В теории, терпящих бедствие могли бы подобрать другие корабли, но они повели себя странно... Не типично для викингов, которым был присущ определенный кодекс чести! Драккары, лишенные драконьих голов, вместо того, чтобы попытаться выловить тонущих, принялись разворачиваться, явно стремясь покинуть поле боя!

С одной стороны, понять их было можно — кто ж захочет сближаться с огнедышащими кораблями? Но, с другой, зная викингов, они б скорее ринулись в заранее проигрышную битву, чем принялись трусливо удирать, бросив в беде своих товарищей...

Но сбежать с поля боя не получилось — течение несло и наши корабли, и драккары данов к отвесному берегу Зуба нарвала, над которым возвышалась стена форта, сложенная из толстых бревен...

...Я всё рассчитала как по нотам, не один вечер ломая голову над тем, как обыграть форт, выстроенный этой зимой, весенние течения, о которых мне рассказал Фроуд, морской бриз, что днем дует с моря на побережье, разогретое дневными лучами солнца, а ночью — в обратную сторону — и, конечно, уверенность данов в победе превосходящими силами...

Когда долго думаешь над какой-то проблемой, обычно что-то, да получается...

В данном случае, всё срослось практически идеально!

Когда течение тащило корабли данов мимо Зуба нарвала, сверху со стены форта на них посыпались стрелы, копья, и заранее заготовленные горшки с горючей смесью... И захватчики ничего не могли противопоставить этому, так как к бойне подключились еще и лучники Кемпа, стреляющие с наших кораблей из своих дальнобойных луков...

Проход под стенами Зуба нарвала стоил данам еще трех драккаров. Два загорелись, третий попытался вырваться из цепких лап течения, слишком близко подошел к скалистому берегу острова — и волны швырнули его на скалы, размолотив корабль в щепки...

В результате четыре наших драккара и пять кораблей данов течение вынесло на открытую воду, где и отпустило...

И тут настало время нам налечь на весла, чтобы догнать убегающего противника.

Конечно, даны старались, гребя изо всех сил. Но проход возле Зуба нарвала дался им не легко — убитых и раненых на кораблях было немало. Ну и наши викинги в предвкушении скорой победы старались вовсю, постепенно приближаясь к вражеским драккарам. И, когда расстояние достаточно сократилось, я набрала в легкие побольше воздуха, и звонко крикнула:

— Даны, сдавайтесь! Иначе я сожгу вас всех вместе с вашими кораблями!

Глава 51

Я ожидала услышать: «викинги не сдаются!» на датском языке, не особенно отличающемся от норвежского. Но с кораблей раздалось на староанглийском:

— Не убивайте нас! Пощадите! Просим милости! Не надо нас жечь!

Благодаря Кемпу, я неплохо освоила этот язык, который изучала чисто из любопытства и для расширения кругозора. Кто же мог подумать, что он мне когда-нибудь пригодится?

— Если вы сдадитесь, спустите паруса и поднимите руки, то останетесь в живых! — прокричала я, не очень надеясь, что меня поймут.

Поняли.

И всё выполнили в точности.

— Отличная речь, дроттнинг! — улыбнулся Кемп. — Из тебя вышла прекрасная ученица.

— Всё твоя наука, — усмехнулась я в ответ. — Только не могу взять в толк, какого йотуна саксы делают на драккарах?

— Подозреваю, что это наемники, — нахмурился Рауд. — Похоже, новая королева данов собрала всякий сброд из тех, кто готов перерезать глотку любому за медную монету. И таким образом решила прощупать Каттегат. Получится захватить — замечательно. Нет — кто-то да вернется и расскажет, как тут у нас и что. Из всех кораблей я насчитал лишь четыре датских, на которых плыли даны. Остальные были забиты вот этими крысами, лопочущими на непонятном языке.

— Разведка боем, — задумчиво произнесла я. — Потому на носу остальных кораблей и не было драконьих голов — это привилегия викингов, а не наемников.

— У них на носах установлены изображения так называемого английского топора, который используется и в Англии, и в Дании, — произнес Кемп.

— Вот как... — задумчиво произнесла я. — Интересно... Но с этим мы разберемся позже. Что ж, ладно. Берем эти посудины на буксир и плывем в Каттегат, праздновать победу и считать трофеи. Бой окончен.

— Да, бой окончен, — кивнул Рауд. — Но, боюсь, что война только начинается...

...Жители Каттегата встретили нас приветственными криками. Оно и понятно: в этой битве мы потеряли только