Стоявший рядом Рауд покачал головой.

— Пока нет.

— Ясно, — вздохнула я...

— Это и не удивительно, — криво усмехнулся рыжебородый викинг. — Думаю, они втайне надеются, что мы с данами поубиваем друг друга, после чего им достанутся Каттегат со Скагерраком.

На это я не нашлась что ответить. Возможно, мой собеседник был и прав, но мне всё-таки хотелось думать о людях лучше, чем подсказывали Рауд, логика и здравый смысл... Я не питала особых надежд на помощь городов, которые обложила данью, но в душе поклялась, что если мы выживем сегодня, а помощь не придет, то жители Эресунна и Малого Бельта горько пожалеют о том, что не исполнили своих обещаний...

Драккары данов между тем приблизились к Зубу нарвала и принялись осторожно выстраиваться в полукруг, охватывая полукольцом остров с построенной на нем крепостью. Если вражеские корабли атакуют одновременно, то такого штурма не выдержит ни одно укрепление...

— Пора, — проговорила я. — Всем командам занять свои места на драккарах!

— Может, всё-таки я пойду? — проговорил Рагнар.

— Мы это уже обсудили с тобой ранее, любимый, — тихо проговорила я. — Если погибнут оба вождя, Каттегат точно не устоит. К тому же ты ничего не понимаешь в том, что я напридумывала.

— Это так, — помрачнел лицом мой муж.

— Если я погибну, просто воспитай Фридлейва таким же великим воином, как ты, — попросила я. — Ты сможешь, я знаю.

— Обещаю тебе это, любимая, — произнес Рагнар, глаза которого странно заблестели. И если б я не знала, что викинги никогда не плачут, то могла бы подумать, будто в глазах моего мужа прозрачными льдинками застыли слезы...

Глава 49

На свои драккары я посадила самых сильных воинов — в том числе потому, что дневной бриз, дующий с моря на берег, в нашем случае исключал применение парусов, и полагаться приходилось только на весла...

Тем временем даны начали приближаться к Зубу нарвала, явно намереваясь атаковать форт, высадившись на пологий берег одновременно с пятнадцати драккаров — но тут кто-то из незваных гостей увидел нашу маленькую эскадру, и затрубил в медный рог, привлекая внимание остальных к забавному зрелищу. Наверняка сейчас даны решили, что мы сошли с ума и решили самоубиться об их корабли — слишком уж неравными были силы...

Разумеется, захватчики немедленно решили изменить план атаки: сначала разделаться с нашими драккарами, потом с фортом, ну а после уже взять Каттегат, в котором воинов останется всего ничего...

Что и говорить, план был хорош!

Правда, даны не учли, что с прибрежных скал в океан уже начала течь теплая талая вода, формируя довольно сильные ручьи, которые, журча, бежали по глубоким руслам. Много столетий снег, растаявший под весенним солнцем, стекал в море одним и тем же маршрутом, формируя в фьорде мощные скрытые течения, вызванные смешиванием теплой пресной и холодной соленой воды. О чем мне и рассказал мудрый Фроуд незадолго перед своей смертью, и даже нарисовал на листе дорогого пергамента карту этих течений...

И сейчас наши четыре драккара, которые до этого плыли навстречу флоту данов, внезапно резко повернули вправо, что со стороны выглядело, будто мы испугались, передумали атаковать, и собираемся разворачиваться, чтобы вернуться в Каттегат...

Звуки по воде разносятся прекрасно, и до нас донеслись вопли данов:

— Эй, трусливые зайцы, куда собрались? Никак испугались наших мечей? Вернитесь и сразитесь как мужчины! Или вы слишком размякли, сидя под подолом вашей королевы?

— Клянусь бородой О̀дина, я вобью эти слова в глотку каждому шутнику по отдельности! — скрипнул зубами Рауд.

— Всему свое время, друг мой, — усмехнулась я. — Главное, чтобы они клюнули на нашу наживку.

В какой-то момент мне показалось, что даны откажутся от погони — но я ошиблась! Слишком уж лакомой была добыча, тем более, что корабли захватчиков с парусами, наполненными ветром, чуть ли не вдвое превосходили нас в скорости...

Драккары данов, словно гончие псы, ринулись за нами, теряя строй и мешая друг другу. Правда, у кого-то из мореходов быстро включился мозг, и он несколько раз дунул в рог, отдавая команду вытянуться в линию, чтобы поймать нас словно в капкан...

И это он, конечно, сделал зря.

В результате этого маневра три крайних драккара внезапно словно подхватила невидимая рука — и потащила прямо на Зуб нарвала! Не помогли ни лихорадочная работа с парусами, ни весла, на которые изо всех сил налегали гребцы... Весеннее течение, неумолимое, словно рука судьбы, несло корабли на остров, с одной стороны которого из воды торчали острые камни, похожие на наконечники копий...

Треск ломаемого дерева и крики людей, попадавших в воду, донеслись даже до нас, хотя расстояние было довольно значительным. Тем не менее, нам было видно, как волны перемалывают три корабля об каменные наконечники, откатываясь назад, и снова швыряя в эту природную мясорубку груду деревянных обломков, в которую столь быстро превратились крепкие, добротные драккары. А со стен форта уже летели стрелы и метательные копья, добивая тех, кому удалось выбраться из воды на берег...

Но всё равно преимущество данов было слишком велико, и, несмотря на потери, от погони они не отказались! Расстояние между их драккарами и нашими стремительно сокращалось... Причем удивительно: я рассмотрела, что фирменный знак викингов — голова дракона на носу — был лишь на головном корабле. Остальные не озаботились выставить этот непременный атрибут битвы. Вместо него деревянные носы этих кораблей были выполнены в виде то ли съемных, то ли стационарных... деревянных топоров.

Почему?

На данный вопрос ответа у меня не было.

И тут я почувствовала, как наш драккар потащила в сторону неведомая сила! Все четыре корабля Каттегата попали в ту же ловушку, что и суда данов, и теперь скрытое течение волокло нас в сторону Зуба нарвала... При этом слева к нам приближались корабли данов, летящие над волнами с парусами, щедро наполненными ветром. Мы уже видели бородатые лица, искаженные яростью... Еще несколько минут, и озверевшие враги хлынут на наши палубы, убивая каждого, кто встанет у них на пути...

— Ну, Всеотец, если что, не откажи нам в гостеприимстве, — произнес кузнец Магни, натягивая на свои ручищи толстые боевые перчатки.

— Думаю, не откажет, — усмехнулся его друг Асбранд, доставая из-за пояса две металлические дубинки необычной формы. — Но даже если нам суждено отправиться в Хельхейм, сегодняшний день мы будем вспоминать долго.

— И наши враги тоже его запомнят! — произнес Рауд, взвешивая в руке короткое и тяжелое метательное копье.

Глава 50

Согласно тактике северных мореплавателей, в абордажном