примитивным способом перекачивает из него остатки его энергетики и праны, формируя и усиливая новопреобретаемый ранг. Ни до, ни после я не смог повторить подобного высасывания — в тот день я, ослепленный ненавистью, чувством вины, болью потерь — большая часть моей родни, боевые маги невысоких рангов, от подростков Подмастерий до нескольких стареньки Старейшин Младших Магистров, что сумели решили не пытаться бежать, рискую быть застигнутыми в движении и легко перебитыми, а остаться в укрепленном особняке и продержаться до прихода подмоги. Но недооценили опасность — когда подмога в моем лице пришла, живых было лишь пятеро наших. И он убил их на моих глазах… Будь я с отрядом, подожди я ещё пятнадцать и, всё было бы иначе — что б пробиться почти к центру города, где были мои родичи, сквозь обезумевшие от крови орды мертвецов, среди которых были даже высокоранговые твари, у меня ушло больше сорока минут. С отрядом это заняло бы минут семь, максимум восемь — и всё было бы иначе…

В тот день мой разум каким-то образом очень глубоко погрузился и получил озарение в Темной Магии. А особенно — в магии Крови. Тогда-то я и заключил первый договор с тогда ещё просто очень могущественным Духом Крови, уровня Великого Мага, но ещё не ставшего Владыкой. И не очень помню, как так у нас это с Маргантоном вышло и почему он не сожрал призвавшего его с диким количеством лазеек и ошибок чародея. И даже помог поглощать силу вампира — я очень, очень хотел добраться до того, кто его создал, уничтожить всех, кто хоть косвенно причастен к произошедшему, и потому искал силу.

Вот тогда-то, после спаленного дотла в основном моей магией Озерцове, одного из последних оставшихся серьезных магов Рода Минаевых, Руслана Викторовича, свалилось прозвище Пепел. Правда, оно было сказано последним… И с ним долго конкурировало Мясник, за устроенный мной разгром и за поглощение части силы Лорда-Вампира. Меня даже всерьез отдали на три дня для изучения монахами-экзорцистами, но вынуждены были признать, что я не одержимый и не тайный чернокнижник. Вот тогда-то и родилась основа моему будущему возвышению, тогда-то я покинул удобную зону комфорта — со временем стал Стражем Империи и даже сумел переродиться. Но именно тогда я по-настоящему осознал, к чему приводит бездумное следование своим порывам и эмоциям. И не хотел, что бы Петя или ещё кто-то из моих получили эти уроки от жизни, а не от меня.

— Тогда я начал прощупывать его оборону. От какой магии его барьеры получают больше ущерба, насколько сложны сплетения защитных чар, чем враг атакует, какие связки предпочитает в разных ситуациях, какие атакующие заклинания использует. — продолжил Петя. — Свои полные возможности скрывал, как и основные ударные чары. Бил Воздухом и Огнем, без твоих Молний, реже Водой, разок даже Землю применил… Ну и магию Света, разумеется. Магию Крови и всё, что я умею в Магии Молний и преимущества, даруемые твоими Силами, я скрывал.

— Он был силен. Постоянно нападал, много двигался, старался больше бить глефой, экономил силы — решил, что я легкий противник и не стою магии седьмого ранга. Примени он что-то действительно сильное этого ранга — и никакие артефакты меня, скорее всего, спасли бы, но я остался бы без права на ошибку. Но тратить столько сил на явно средненького человечка он не захотел, а именно этого и добивался. Поняв, что простым наскоком взять все же не выходит, он начал больше бить магией — а затем постарался убедить меня, что на его защиту худо действует именно магия Света. И когда почуял, что я собираюсь ударить чем-то на пределе сил, явно связанным с магией Света, начал укреплять и перестраивать защиту конкретно под Свет.

— А как гласит одно из правил магии ниже Высшего ранга — перестраивая защитное заклинание на усиление одного типа защиты, ты ослабляешь его по остальным направлениям, — согласно покивал я.

— Когда ударили Синяя, Фиолетовая, Желтая и Золотая молнии, в которых от магии Света была только изначальная обманка, его щит был не готов. Да и я нащупал слабое место в его защите — значительно хуже других прикрытый один из распределительных узлов защитной сферы. В общем, мой удар смел его барьер и даже преодолел действие его личного защитного артефакта, защищавшего шею и голову. Самоуверенная тварь не носила шлема, хотя его кираса и была по качеству не хуже вашей — но я ж не идиот, в защиту бить. А вот морду ему опалило знатно, повредило часть энергетики и на несколько секунд ввела его во что-то вроде ступора или нокдауна — он двигался в четверо медленнее, туго соображал и даже не пытался использовать магию. Я срубил ему за это время левую руку и ранил переднюю правую, ударил несколькими сильными заклятиями — но природная защита и другие защитные артефакты, особенно кираса, сильно ослабили мои удары — а дальше он пришел в себя. И начался уже настоящий бой — он стремился на ходу исцелить полученные раны, я же, больше не сдерживаясь, не давал ему этого сделать. Схватка пошла на равных, но вот только у меня в запасе были все мои артефакты, до сих не истраченные, а у него уже нет. И когда я одновременно с ещё одним сильным боевым заклятием активировал Перстень Саламандры с огненными чарами Пламени верхней планки шестого ранга, я снова пробил защиту и ранил его. И после этого он уже продержался лишь десяток секунд — второй шанс я не упустил.

А дальше парень помог добить второго демона высшего ранга, а затем и зачистить остатки их свиты. Потеряв при этом меньше полусотни убитыми… Сорокатысячное войско после этого оказалось быстро разгромлено — в демоны весьма разумно решили, что сумевшие убить их лидеров люди скорее всего и их если не перебьют, то заберут с собой почти всех. И уже через десять минут начали потихоньку драпать… Когда же ломанулись дружно и все, у них начались самые дикие потери — давка, огонь солдат и гвардейцев в спину убегающим, боевая магия чародеев…

А затем, в течении дня, мой ученик сумел прикончить ещё четверых. Двоих с гвардией, а затем, когда наши окончательно выдохлись, уже в одиночку, помогая на тех флангах, где ситуация становилась особенно плачевной. И самое интересное, что всех, кроме второго, которого он убил совместно с гвардейцами, остальных пятерых парень убил в личных поединках. При помощи